Вернуть жену. Жизнь после любви - Алекс Мара

И уж точно не хотела «делиться» с ним сыном.

А вот теперь я делаю именно это, причём сознательно.

— Сеня, я уже пять раз тебе объяснила, что это вообще не про нас с Ярославом, а только про Матвея.

— Про Матвея? Думаешь, ему это на пользу?! — Его голос становится тверже, резче. — Ты действительно считаешь, что сейчас — подходящее время? Семь лет, Рита! Ему всего семь! Ты хочешь взорвать весь его мир?

— Я не хочу ничего взрывать, — с трудом выдавливаю слова. — Он и так знает, что его настоящий отец уехал и оставил нас. Он имеет право знать правду. Ярослав сейчас в городе, и у них будет возможность познакомиться и наладить отношения…

— Правду? Ты знаешь, что правда бывает разной? Ты подумала о том, что у Ярослава есть семья и дети? Как вы это объясните Матвею? Что сказала жена Ярослава?

Самое раздражающее то, что во многом Сеня прав. Ситуация с женой Ярослава так и не разъяснилась. Сейчас Ярослав умоляет о возможности познакомиться с сыном, но что будет дальше?! Он вернётся в Москву и забудет о нас, как сделал в прошлом? Меня он больше не ранит, а вот за Матвея я, не колеблясь, перегрызу ему глотку, потому что мальчику будет очень больно и тяжело найти отца и тут же его потерять.

— Сеня, не считай меня дурой. Ты прав, у нас сложная ситуация, и я очень рискую, однако я потребую с Ярослава обещание…

— Обещание?! Господи, Рита… Ну что ты несёшь! Обещание потребуешь… А разве брак не обещание? Он женился на тебе, потом развёлся чёрт знает как и через какие каналы. Взорвал данное тебе обещание и исчез. Неужели ты снова поверишь его обещаниям? Речь идёт о благополучии твоего ребёнка! Ты забыла, как по-свински Ярослав тебя бросил, беременную? Ты думаешь, что он изменился? Что он теперь станет любящим и ответственным папой, которого Матвей заслуживает? Неужели ты не понимаешь, что Ярослав опять играет нужную тебе роль, потому что ему вдруг стало интересно. На сколько его хватит в этот раз? На пару недель? Ты жертвуешь спокойствием сына из-за своей наивной веры, что Ярослав исправился? — Его голос срывается.

Сеня так и остался хорошим другом во многих отношениях. Он до сих пор болеет за меня и говорит всё как есть. Знает, что я рассержусь и расстроюсь, но не пытается подсластить горькую пилюлю.

Я сжимаю телефон. Закрыв глаза, сглатываю слёзы.

— Я не хочу, чтобы ты думал, что я вернулась к Ярославу. Я не вернулась.

— Тогда зачем ты это делаешь? — В его голосе слышится отчаяние. — Разве не понимаешь, как рискованно снова ему доверять? Уверена, что справишься с последствиями?

— Я делаю это ради Матвея, потому что сейчас у него есть шанс узнать отца. Действительно узнать. Мы в одном городе, они смогут общаться. Матвей растёт, и ему нужен мужской пример…

— Ты так говоришь, как будто я его не растил!

— Нет, что ты. Я всегда буду тебе благодарна за поддержку. Но сейчас тебя нет рядом…

— В этом только твоя вина. Если бы вы приехали ко мне…

— Не надо, Сеня. Не будем об этом снова. Наш дом здесь.

Какое-то время Сеня молчит, потом вздыхает.

— Поверить не могу, что ты действительно собираешься их познакомить!

— Я и раньше говорила, что собираюсь это сделать.

— Да, но я думал, что к тому моменту Матвей будет намного старше. Ты хоть подумала о том, как твой поступок отразится на нашей дочери?

— Аля дружит с сыном Ярослава, поэтому они уже знакомы. Она знает, что у Матвея другой отец…

— Но что будет, если Матвей расстроится? Это скажется на Але.

— А что если Матвей будет счастлив?

— Хорошо, предположим, что их отношения с Ярославом сложатся, и всё будет хорошо. Как Аля справится с тем, что у Матвея есть отец рядом, а у неё — нет?

— Знаешь что? Я слушаю тебя и уважаю твоё мнение, но хватит уже… ты перегибаешь палку. Считаешь, что раз ты уехал, а твоя дочь осталась, то и у Матвея не должно быть отца?!

— Я не это имел в виду, и ты об этом знаешь. Ладно, что уж… Ты всё равно меня не послушаешь. Иди делай ошибку, Рита. Когда Сабиров снова сделает тебе больно, ты знаешь, где меня найти. Только не жди, что я приеду. Нет. Если я снова тебе понадоблюсь, то жду тебя здесь.

Откидываюсь в кресле, закрываю глаза и пытаюсь унять бешеный рой мыслей в голове. Как же это порой сложно — решить, что правильно для твоего ребёнка. Что, если Ярослав быстро потеряет интерес, разочаруется и исчезнет так же безвозвратно, как восемь лет назад? Как я объясню это ребёнку? Как я помогу ему пережить предательство и боль, зная, что в них есть моя вина?

А что если вмешаются родственники Ярослава? Я боюсь их неприязни, их упрёков и интриг. А как насчёт жены Ярослава? Как она отреагирует, узнав, что у её мужа есть сын?

Всё это может обернуться скандалом, который разрушит хрупкий мир, который я пыталась сохранить ради Матвея.

Но есть и другая сторона страха, не менее страшная. Что, если Матвей с Ярославом станут лучшими друзьями, и сын захочет переехать к отцу? Что, если Ярослав решит, что имеет право забрать сына?

Как же сложно бояться всего одновременно.

В доме тихо. Дети спят. За день они устали настолько, что, когда я сказала, что пора ложиться, не последовало ни одного вопроса, ни спора — они просто кивнули и ушли в свои комнаты.

Большую часть дня они провели рядом с Ярославом. После нашей поездки он ушёл вздремнуть в спальню, но к обеду вышел — и с того момента дети от него буквально не отходили. Сначала они играли в футбол в саду, потом надолго ушли в спортзал. Аля быстро потеряла интерес, зато Матвей с Ярославом увлеклись «мужскими разговорами» о том, как правильно качать мышцы, какие упражнения лучше делать. Поднимали штанги. Вернее, Ярослав поднимал, а Матвей только притворялся.

Не знаю, как Ярославу удалось убедить его быть осторожным, но он ни к одному тренажёру так и не прикоснулся и только имитировал движения. Даже в футбол они играли с изменёнными правилами — это был ходячий футбол, без бега, чтобы Матвей уж точно не повредил руку.

Признаю, это был очень хороший день. Даже удивительно хороший. Если что и омрачало настроение, так это мысль о сыне