Демон и(ли) дракон? - Эльвира Осетина

Вот уж кто тут был настоящей императрицей.

Сразу чувствовалась властная аура, которую распространяла вокруг себя эта женщина. Хоть она и выглядела как молодая девочка лет девятнадцати, но держала себя так, как будто прожила не одно столетие…

Как же тогда выразился Антуан?

«Держи врагов ближе».

Теперь понятно, почему он считал эту женщину врагом.

Она, похоже, вполне могла дать ему фору как правителю…

Да, кстати, теперь отношение подданных кардинально поменяло полюса.

Те, что стояли с левой стороны и до этого кланялись демону, теперь обливали его и его жену ненавистью, а вот те, что стояли с правой стороны, наоборот, все подобострастно кланялись и глядели на своих правителей как фанатики.

На Антуана я старалась не смотреть, и так знала, что он шикарен, а мне надо, чтобы мозги были на месте, а не где-то в трусах.

И вместо этого задумалась о том, куда же посадит дракон свою жену. Сдается мне, что на колени она сама не захочет присесть. Не того поля ягода.

Но спустя пару мгновений моё любопытство было удовлетворено.

Антуан подвел свою жену к свите из эльфов, стоящих недалеко от помоста, и, оставив на их попечение, поднялся ко мне и сел на правый трон.

В этот самый момент заиграла музыка, как будто кто-то тысячи колокольчиков дернул в хаотичном порядке, и над креслом Антуана появился светлый вихрь, похожий на мини-туман, а над креслом Себастьяна точно такой же, только черный.

Я заинтересованно завертела головой, дивясь таким необычным спецэффектам.

Магия, что ли?

В этот самый момент по рядам всех подданных прошелся очередной удивленный вздох, и я случайно встретилась со взглядом эльфийки, которая явно была шокирована происходящим.

Э-э-э, это что, не по плану? Такого не должно было случиться?

Антуан с Себастьяном тем временем почему-то не двигались и сидели, прикрыв глаза, а вихри над их тронами уплотнились и направились в мою сторону, точнее — оказались надо мной.

Я подняла голову вверх, завороженно смотря на эти мини-ураганчики, которые вдруг, столкнувшись между собой в воздухе, начали такое светопреставление, что даже глазам стало больно, но оторваться от этого зрелища я никак не могла.

И не сразу сообразила, что все эти искорки начали падать на меня и впитываться в мою кожу.

Было не больно, скорее щекотно.

Я протерла глаза, чтобы светлячки прошли, и попыталась стряхнуть с себя искры, но их уже не было.

В этот момент по рядам прошелся дружный шепот:

— Истинные…

— Благословлённые богами…

— Боги их благословили…

— Избранная богами…

— Та самая!

— Пророчество сбывается!

— Избранная для света и тьмы!

А затем все подданные начали вставать на колени, смотря при этом на меня как на восьмое чудо света — или на мессию?

Даже эльфийка, жена Антуана, тоже встала на колени, и перед тем, как опустить взгляд, я заметила хмурую складку между её бровей и серьезную работу мысли.

Единственная, кто не встал на колени, так это Асатора.

Блондинка стояла с выпученными глазами и растерянно переводила взгляд с толпы на меня и обратно.

А затем, посмотрев на Себастьяна, уперла руки в бока и начала ему предъявлять:

— Себик! В чем дело? Это что всё значит? Что за светопреставление? Я не поняла? — Она посмотрела на подданных и спросила: — Вы чего все на колени бухнулись перед этой? — Она покрутила рукой в воздухе, явно подбирая для меня какое-то гадкое слово, но затем махнула рукой и вновь требовательно уставилась на императора демонов. — Себастьян! Скажи им, что это очередной её концерт! Что всё это ложь! Я уверена, она опять что-то затеяла! Чего ты там сидишь и поддерживаешь эту её игру?

Я посмотрела на эльфийку и заметила, как она брезгливо морщится, но взгляда от пола не поднимает и о чем-то серьезно думает.

Повернув голову к «Себику», я вопросительно приподняла свою бровь.

Мне тоже было интересно, что случилось. И что это за магическое представление? И самое главное, чего все так отреагировали странно?

Какое пророчество? О чем речь?

Себастьян же с шумом выдохнул, затем открыл глаза, и в этот момент я была рада, что смотрел он при этом не на меня, а на свою любовницу, которая даже сделала шаг назад, но затем приосанилась и, подняв подбородок еще выше, опять спросила:

— Ты объяснишь, что случилось, или нет?

А демон же очень тихо, но проникновенно сказал:

— Немедленно приклони колени, Асатора, пока я не велел бросить тебя в темницу за неуважение к избранной богами и… — он сделал короткую паузу, словно споткнулся на этом слове, но затем все же продолжил: — Моли о прощении за свои дерзкие слова перед нашей истинной парой.

Лицо блондинки вытянулось от удивления, она опять перевела на меня растерянный и неверящий взгляд, а затем посмотрела на Себастьяна и тихонько пискнула:

— Зайка, но…

— На колени! — рявкнул Себастьян так громко, что я сама от страха чуть на них не бухнулась, хорошо, что сидела, а не стояла, а то вот бы конфуз случился.

Блондинка наконец-то сообразила, что демон явно не шутит, и, бухнувшись на колени, начала поднывать, глядя перед собой:

— Простите меня, о великая избранница богов, умоляю. Я не хотела вас обидеть. Я просто… — Она сглотнула, бросила на меня взгляд, а затем продолжила бормотать себе под нос: — Я просто дура презренная…

— Думаю, что твоя любовница недостаточно хорошо просит прощения у нашей истинной, — вдруг подал голос до этого молчавший Себастьян. — Я вижу, она не искренне это делает. И считаю, что за подобный проступок положена смерть. — Я даже рот приоткрыла от шока, а дракон продолжил: — Оскорбив избранницу богов, она оскорбила самих богов. За оскорбление богов положена смерть через очищение.

В ответ же демон зло сверкнул на него взглядом, затем посмотрел на меня и сказал:

— Мне кажется, судьбу этой темной должна решать избранница богов. Ведь Асатора оскорбила именно её. А мы смиренно исполним её.

В этот момент наступила гробовая тишина, и все взгляды подданных уставились на меня.

Я же, с шумом выдохнув, посмотрела на стоящую на коленях бледную блондинку, до которой только сейчас доходило, что я могу решить её судьбу одним своим словом и обречь на не самую приятную смерть (ибо есть у меня подозрение, что смерть через очищение — это что-то не особо хорошее), затем перевела взгляд на Себастьяна, который смотрел перед собой и делал вид, что ему вообще на всё плевать, и почему-то почувствовала грусть.

Неужели он готов принять любое