Злодей для Эльфийской Принцессы - Николь Фенникс

— Спрячемся здесь, — указал на дальние полки.

Фиэль послушно и незамедлительно отправилась туда и я за ней. Обзор отсюда был хороший и мы стали ожидать.

— Любят же нас заставать врасплох, — прошептал я, но в ответ лишь получил недовольный взгляд.

Желание подшутить над ней было велико, но заметив силуэт, присмотрелся и удивился. Это была не охрана, это был Король.

— Что он… тут делает? — услышал лепетание Принцессы.

Алариэн выглядел как и всегда спокойно, холодно и отстраненно. Шел он уверенной походкой к витражному окну, где была изображена эльфика.

— Прости меня, — начал свою речь, подняв голову и смотря внимательно на изображение девушки, — Я не смог уберечь нашу дочь, но другого выхода я не вижу. Если бы ты была рядом, то точно не допустила того, что я творю сейчас. Мне так тебя не хватает…

Какое-то время мы все находились в тишине. Король молчал, а после, развернулся и ушел.

— Чего это он? — решил поинтересоваться я.

— Эльфийка изображенная на окне — моя мама… — слегка дрожащим голосом ответила Фиэль.

Эта новость вызвала у меня смешанные чувства.

— Когда взойдет луна, хранительница тайн своим светом укажет путь… — прошептала Принцесса, — Так мне написала моя нянечка.

Глава 17

Фиэль.

На лице Габриэля играли противоречивые эмоции. Сначала в его глазах вспыхнула тёмная, почти чёрная злоба, но затем, словно подчиняясь неведомой силе, он медленно повернулся к витражу, на котором была изображена моя мать. Её лицо, озаренное неземным светом, казалось, излучало спокойствие и мудрость.

— Хранительница… луна… свет… — прошептал он, голос его звучал как глубокий, таинственный шепот древнего заклинания. — Небо затянуто, как мёртвым саваном. Может, отложим до следующего новолуния?

— Нет, времени не осталось, — мой голос звучал твердо, несмотря на нарастающее напряжение, — Даже сквозь эту тьму, лунный свет найдёт свой путь. Мы должны попытаться.

— Как скажешь, птичка, — усмехнулся Габриэль, его взгляд стал пронзительным, словно он видит меня насквозь, — Твоя решительность… завораживает. А пока… мы можем прекрасно провести время, — он протянул руку, но я снова увернулась.

— Ты действительно думаешь, что всё так просто? Что твое обаяние непобедимо, и я не смогу устоять? — спросила, решив не церемониться.

— Непобедимо, — ответил спокойно, словно уверенный в своей праве, — И, кажется, ты уже несколько раз в этом убедилась. Помнится…

— Хватит! — оборвала его, чувствуя, как волшебная энергия начинает наполнять воздух.

В этот миг библиотека озарилась неземным светом. Не просто светлым, а сияющим, словно сама луна проникла сквозь тучи, окутывая всё вокруг серебристым сиянием. Мы обратили взгляд на витраж. Руки эльфийки на нем засияли нежным, лунным светом, словно живые, пронзая тьму.

На каменном полу, под витражом, появились сияющие руны, будто выкованные из самой луны. Они рисовали на полу замысловатый узор, пульсирующим мягким светом, вплетаясь в каменную мостовую.

Руны наполнялись силой, оживая, излучая нежное, волшебное тепло. Там, где узор завершился, каменная плита медленно и плавно отошла в сторону, открывая глубокий, темный проход в тайную комнату, веками скрытую под полом. Из проема потянуло волшебным ароматом древних пергаментов и загадочных специй, а воздух задрожал от невидимой магической энергии.

— Не буду скрывать, все это выглядит весьма эффектно, только, конечно, интересно, что там такое прячут, что усердно так закрыли магией… — разбавил тишину Габриэль.

— Я думаю, что мы сейчас это узнаем… — еле слышно прошептала, не отрывая взгляда от появившегося прохода.

Первое, о чем я задумалась: знал ли отец об этом месте?! А может, мама скрывала его от него…

— Пойду первый, а то мало ли что…

Мой спутник, быстро подошел, нагнулся и аккуратно дотронулся до плитки, после чего взявшись двумя руками, отодвинул ее окончательно в сторону.

— Тут есть лестница, но темно, что вообще ничего не разглядеть.

— Подожди, кажется я знаю, что нужно сделать.

Не знаю, чем я руководствовалась, но присев рядом, дотронулась до первой ступени. Руки почувствовали сначала небольшой холод, который моментально сменился теплом. Кончики пальцев закололо, но каждая ступень засветилась. Сияние оказалось слабым, но это было достаточно, чтобы спуститься вниз.

— Ничего себе, а ты способная, оказывается. Жди здесь — скомандовал Габриэль.

— Переживаешь, что со мной может что-то случиться? — усмехнувшись, посмотрела ему в глаза.

— Ну вы же принцессы такие хрупкие, беречь надо, как вазочку хрустальную.

Мне было приятно слышать такое, хотя это и вызывало странные чувства.

Задумчиво посмотрела на свои руки. При прикосновении, мне показалось, что я ощущала присутствие мамы. Сердце слегка защемило от воспоминаний. Я ужасно скучала, но уверена, она не причинит мне вреда. Такое ощущение, что эти тайны были предназначены именно для меня, вело предчувствие, что все делаем правильно.

— Я должна идти первой, — комната эльфийская и чужаков могут ждать неприятности, — Для тебя это опаснее, — озвучила свои догадки.

— Переживаешь за меня? — вернул мне вопрос.

— Да, — несмотря на него, а чуть подсвеченный вход, — Ты мне еще нужен.

Он, наверно, ожидал шутки, а не прямого ответа, и сам посерьезнел и перестал усмехаться. Но это была правда, одной мне не справиться, слишком трудно, а мужчина словно мотивирует меня на действия. Не зря он появился в моей жизни…

Ступень за ступенью я приближалась к тайнам моей матери. В последнее время мне все чаще она видится. Для меня она была любимой мамочкой и в детстве все казалось проще. Меня смутили слова отца, я гнала их от себя, слишком больно было их слушать. При Габриэле храбрилась, довольно показала свою слабость в прошлый раз. Он шел не отставая ни на шаг, следуя тенью, дыша в затылок, но тем самым придавая уверенности.

Я сказала абсолютную правду ему. Может, теперь он поймет как важно доверие между нами. Понимаю, у нас разные цели, но мы идем к ним одной дорогой. Вместо того чтобы мешать, мы можем помочь друг другу.

Комната, в которую мы попали выглядела ветхой, ее точно давно никто не посещал. У самого входа стоял светильник, который мы зажгли, а потом и свечи, заполнили помещение светом. Теперь можно было все рассмотреть. Тут было множество книг, а также рукописей. Этот почерк я прекрасно знала. Их писала мама. Судя по всему, после ее смерти, сюда никто больше не заглядывал.

Я отвлеклась на одну книгу, подошла ближе, узнавая ее. Помню ее в руках мамы, сразу нахлынуло столько воспоминаний.

— Похоже, это тебе, — окликнул меня спутник, протягивая лист бумаги, пожелтевший, но не утративший своей ценности.

“Дорогая, я знаю, что ты найдешь эту комнату, как и свой путь.