Дракон и диковинка для драконёнка - Саша Винтер

И мы оба видим продолговатую рваную прореху. Я достаю из кармана лоскут. Руки дрожат. Я прикладываю ткань к краю подола.

Лоскут подходит идеально. Совпадает до последней нитки.

В комнате становится тихо. Дэйнарин медленно опускает платье. Поворачивается.

Марианна стоит у стены и холодно улыбается.

— Вам есть что сказать, леди Марианна? — спрашивает он.

Она качает головой.

— Уже нет, лорд Харлан, — цедит она и скользит ледяным взглядом по мне

— Вы с мальчишкой должны были умереть под той стеной, — говорит она спокойно.

У меня на секунду перехватывает дыхание.

— Но, признаю… вы оказались более живучим сорняком, чем я ожидала.

— Баронесса Марианна Стайнер, — жёстко заявляет Дэйн. — Вы обвиняетесь в покушении на жизнь лорда Тиберия Риана. И до прибытия конвоя в Стормдорн вы останетесь в этой комнате.

На этом мы выходим. Дэйнарин закрывает дверь и кладёт ладонь на центр филёнки. По всему полотну пробегает белое свечение.

— Белодраконья печать, — поясняет он. — Без моего участия эту дверь никто не откроет.

Я молчу. Опираюсь о стену, чтобы удержаться на ногах. Сил почти не осталось. До этого я держалась на злости и адреналине, а сейчас… тревоги отступили. Тиберий в безопасности, угроза ликвидирована, виновная найдена. Напряжение уходит, и тело вспоминает про боль.

Дэйнарин долго внимательно смотрит на меня.

— Я доведу это дело до конца, — говорит твёрдо. — А вы… выздоравливайте.

Я киваю. Не знаю, что сказать. Между нами повисает тяжёлое молчание. Потому что именно в нём осталось столько недосказанности, что отмолчаться просто не удастся. Просто, наверное, этот разговор произойдёт не сейчас.

30. Стормдорн

Дэйнарин

Я возвращаюсь в кабинет и по эхо-камню вызываю конвой из белых драконов.

Пройдёт не больше получаса до момента, как Марианну доставят в Стормдорн. Я полечу вместе с ними и допрошу её перед вынесением приговора. И у неё не будет возможности что-то скрыть.

Два белых дракона приземляются во дворе замка и сразу обращаются в людей. Виконты Верилан и Стеррин, следователи Ордена. Я ожидаю их на ступенях в замок, киваю им приветственно, и мы вместе поднимаемся в гостевое крыло. Я снимаю печать с двери Марианны.

Я остаюсь в коридоре, драконы входят к ней сами, зачитывают формальный текст, выводят из комнаты уже в кандалах. Я не говорю ни слова. Потому что если открою рот… боюсь, просто сожгу её на месте без суда и следствия.

Марианна идёт спокойно. Слишком спокойно для человека, которого только что обвинили в покушении на жизнь ребёнка. Спина прямая, шаг ровный, взгляд холодный. Ни страха, ни смятения. Только раздражающая, почти оскорбительная собранность.

Я иду рядом.

Внутри тишина. Решение уже принято. Но есть одна мысль, которая сидит в мозгу словно заноза. Если Элина права…

Я обрываю её. Жёстко. Как лишнюю ветку. Не сейчас. Я всё услышу из первых уст.

Мы выводим Марианну на ступени, Стеррин обращается и берёт её лапами. Поднимает в воздух. Следом обращаемся мы с Вериланом. Летим в Стормдорн.

Мрачный замок встречает нас холодом.

Чёрный камень, узкие коридоры, магия, которая давит на грудь, будто сам воздух здесь проверяет тебя на прочность. Здесь не кричат. Здесь ломаются тихо.

Виконты ведут Марианну в допросную. Я захожу в хранилище за Астролитом, который в простонародье называют кристаллом правды, оформляю допрос с его применением и иду в допросную к Марианне.

Дверь закрывается за моей спиной с громким щелчком. Лязгает металл.

Марианна сидит за столом, стоящим по центру. Нога на ногу, руки в кандалах мягко лежат на столешнице.

Я кладу на стол перед ней Астролит. Прозрачный, как лёд. И такой же беспощадный.

Марианна скользит по нему взглядом и усмехается.

— Астролит? Как предсказуемо, лорд Харлан, — произносит она спокойно. — Похоже, нет смысла отпираться. Он всё равно покажет, где я солгу. Поэтому не будем терять времени.

Она даже в допросной остаётся хищной, держится с нарочитым достоинством.

— Начнём с обвала, — говорю ровно.

Она обводит допросную скучающим взглядом, останавливает его на мне.

— Да, — отвечает. — Это была я. Ваша приблудная девка всё правильно поняла. Я не успела убрать тот лоскут.

В груди неприятно сжимается тревога и тлеет ярость.

— Зачем? — спрашиваю я.

— Я хотела организовать несчастный случай, — пожимает плечами. — Старое крыло, ветхие перекрытия. Удивительно, что это не произошло раньше.

Кристалл вспыхивает красным светом. Ложь.

Она усмехается.

— Хорошо, — поправляется. — Я ускорила процесс.

— Вы хотели убить ребёнка? — спрашиваю я.

— Мне нужно было уничтожить золотого наследника, — спокойно отвечает она. — А уж каким способом — вопрос вторичный.

Кристалл светит ровным голубым. Значит, правда.

У меня внутри становится холоднее.

— Как Тиберий вышел на крышу? Это вы контролировали его? — спрашиваю дальше. — Чтобы создать ещё один несчастный случай?

Вот тут в её глазах появляется интерес.

— Наконец-то правильный вопрос, милорд, — Она чуть склоняет голову. — Да. Вы правильно всё поняли. Я с первого дня подбиралась к Тиберию Но пока на нём был амулет, мои чары были бессмысленны.

Я застываю. Амулет. Вспыхивает воспоминание, как он будто очнулся от транса, когда Элина вернула ему амулет. И как он ей его отдал! «Тебе он сейчас нужнее».

Холод проходит по позвоночнику.

Тиберий отдал защитный амулет Элине и оказался под угрозой. И если бы она не пошла за ним на крышу, он был бы мёртв.

Несколько секунд я не говорю ничего. Смотрю на Марианну. И сейчас отчётливо ощущаю, насколько глубоко я ошибся.

— Вы действовали одна? — спрашиваю глухо.

Она улыбается и качает головой.

— Нет, — тянет довольным голосом и добавляет: — Я выполняла работу.

Ладони становятся влажными, а по спине бегут колючие мурашки. Заговор, и Марианна — его верхушка.

— По чьему приказу? — вырывается у меня нетерпеливо.

Она смотрит прямо на меня.

— Заказ Академии Мыслителей, — говорит она. — Но вряд ли через меня вы выйдете на конечного выгодоприобретателя. Я сама его не знаю.

Кристалл остаётся голубым. Он реагирует на изменение астрального поля и показывает, когда знания человека не совпадают с тем, что он говорит. И тут Марианна не лжёт.

— Зачем? — выдыхаю я.

— Золотой наследник, — отвечает она. — Вы правда думали, что его оставят в покое?

В допросной становится тесно и душно. Я медленно сжимаю кулак.

Перед глазами всплывает картина, как я нашёл Элину. Кровь на спине, дрожащие руки, как она собственным телом закрывала Тиберия. И то, как я рявкнул на неё: «Вы могли убить его».

Горло перехватывает. Я отворачиваюсь. Потому что иначе я сейчас убью кого-нибудь. Я наказал Элину за то, что она ценой своего здоровья защищала моего воспитанника. Слепой