Их пара - Мэри Лисичкина

В глазах обоих моих мужчин я читала беспокойство, они внимательно осматривали меня. Взгляд Эдриана наполнен был голодом, из-под приоткрытых губ выступали клыки, хотя вчера утром он кусал меня. Если эти проволочки затянутся, то он опять впадет в то полубезумное состояние ведомый одними инстинктами. Джеймс был очень напряжен, костяшки на сжатых кулаках побелели, челюсти плотно стиснуты, между бровей залегла морщинка. Так и хотелось провести по ней и разгладить пальчиком.

Меня подвели трибуне, которая находилась в центре помещения. Я заставила себя держать лицо, гордо расправила плечи, прямая спина. Откинула копну волос на спину чтобы всем показать отметины на шее. Благо Евгеника направила мне платье, которое позволяло все продемонстрировать в полной мере, дабы ни у кого не возникало вопросов о наличии меток.

Со всех сторон послышались шепотки, которые смешивались в сплошное ш-ш-ш, я в какой-то момент времени очень четко представила, будто меня окружает сотня змей.

Я уже более внимательно осмотрела присутствующих. Зал разделен на несколько секций – справа от меня надменные вампиры, а слева суровые оборотни, прямо передо мною большой стол, за которым сидят три важных господина, расу которых крайне сложно определить. Справа и слева от большого стола расположились знакомые по экспертизе маги, один из них опять принес артефакт правды. Также за столами сидели Евгеника Грин и Его Преосвященство. Они приветливо мне кивнули.

Странно, но единственной женщиной в этом зале помимо меня была Верховная Ведьма. Это сильно удивило. Может оборотни и вампиры не выпускают своих женщин в места, где есть вероятность встретиться с представителями другой расы, чтобы более не возникало таких прецедентов как в прошлом? Надо будет при возможности уточнить этот факт у епископа.

Раздался стук молотка и прозвучал громкий мужской голос:

- Мы собрались в этом зале для рассмотрения дела о неподобающем союзе между оборотнем, вампиром и ведьмой!

- Возражаю, Ваша честь! Лилия не является ведьмой! Свою сестру я бы узнала сразу. В ней нет силы ведьмы она просто очень красивая девушка человеческой расы.

- Но в протоколе экспертизы… - удивленно начал судья тот, что в центре и судорожно протер лысеющую голову платочком.

- Я говорила членам экспертизы о данном факте, но они, по всей видимости, проигнорировали этот важный момент.

Артефакт загорелся зеленым, подтверждая слова Евгеники, а она в свою очередь испепеляюще посмотрела на своих оппонентов. Маги неуютно заерзали на стульях.

- Хорошо, мы отметили, что эта женщина не имеет отношения к ведьмам.

На этих словах Верховная ведьма удовлетворенно кивнула. А судья продолжил:

- Лилия, можете рассказать - как вы попали в наш мир? – зал взорвался гомоном голосов с обеих сторон, складывалось впечатление, что эти представители от обоих рас не знали многих обстоятельств дела, чтобы навести порядок судья громко постучал молотком. – Тихо!

Глава 29. Совет

Джеймс

Я прекрасно понимал, что продолжать сидеть в уютном охотничьем домике вместе с Лилией и дальше будет не возможно. Внезапно стать отшельником не реально, социальную жизнь никто не отменял. И если бы я засел на дно, то рано или поздно кто-то все равно появится на пороге дома, а там правда моментально вышла бы наружу. Запах моей беременной пары буквально проник мне под кожу. Любой оборотень его учуял, стоило подойти ко мне на расстояние пары метров.

Когда вчера утром я шел к старшим на ковер, то конечно ожидал, что столкнусь с проблемами. Но не ожидал, что начнется сущий ужас. Они подвергли мою девочку дикому стрессу. Я знал, что союз между вампиром и оборотнем не возможен и будет пресечен. Но у нас совершенно другая ситуация – Лилия человек. Меня никто даже слушать не стал.

Срочно создали группу из представителей обоих рас. Никакие заслуги, что я столько лет участвовал в стычках с вампирами, охранял границы, командовал оборотнями и пользовался расположением сильных мира сего, не дали мне никаких преференций. Так же как и Эдриан Дэвис был не последней сошкой в их вампирском сообществе – мы примерно равные по социальной значимости. Хотя, если бы не всё вышеперечисленное, то вполне вероятно, что стоило бы только обмолвился, то нас в ту же минуту молча убрали.

Естественно даже среди своих – среди оборотней у меня были так сказать доброжелатели, которые громче всех и орали о том, чтобы нас сжечь и вычеркнуть из истории. Интересно, а если мы не первые такие, сколько же смешанных пар уже убрали, чтобы они не портили эту идеальную картину.

Я осмотрел зал заседания и читал в глазах большинства предвкушение от зрелища. От бессильной ярости сжал кулаки еще сильнее. Только у Верховной Ведьмы и епископа выражение лиц оставалось нейтральным, а остальные были словно шакалы.

Дверь распахнулась и в помещение вошла моя девочка. Я дернулся к ней, но не получилось сдвинуться с места. Судорожно осматривал ее – она, конечно, волнуется и боится, но физически с нею все хорошо. Так же все хорошо и с нашим малышом. Почувствовал физически, что часть напряжения сковавшего все мое существо ослабла. Признаюсь, меня разъедал изнутри страх, что нашего ребенка могли убрать, ведь он является неоспоримым свидетельством нашей истинной связи.

А сейчас я сидел скованный по рукам и ногам, наблюдал, как моя храбрая девочка выступает перед этими холеными мордами. Волк внутри скребся и хотел прикоснуться к Лилии, но он не имел возможности выйти наружу и от этого метался все сильнее.

Посмотрел на вампира и понял, что не мне одному хреново, попытался улыбнуться, только резкая боль от разбитой губы немного подпортила мое чувство самодовольства.

Эдриан и правда выглядит удручающе – весь дерганный, хотя на нем такие же кандалы, глаза воспаленные и сверкают голодом. Мне кажется, если ему не дадут укусить Лилию, то у него поедет крыша от голода значительно раньше, чем принято, тем более, когда объект его жажды всего в паре метров. Он, не отрываясь, смотрел своими красными глазами на шею Лилии.

Вероятно виною тому то, что внутри нас есть животная суть, и она обычно успокаивалась, когда была поставлена метка, но из-за особенностей нашего союза, то все протекает стремительнее и обостреннее в разы, вот и его голод пробуждается быстрее. Судя по присутствующим, то они словно не замечают как колбасит вампиреныша.

Нам с вампиром дали право