Сенатский гламур - Кристин Гор

Я поздравила ее, но задумалась, как скоро она поймает его на ком-то еще. Надо быть психом, чтобы изменять Лизе, но у нее талант выбирать самых чокнутых.

Свет погас, и на экране замелькала реклама лихого боевика с Борденом Дентом. В зале раздались смешки. Борден Дент был мультимиллионером и голливудской звездой; недавно он заявил, что собирается баллотироваться в президенты. В «Энтертейнмент Уикли» он осудил обе партии и объяснил, что предлагает иной путь, но не уточнил, куда этот путь ведет. Из интервью было ясно одно: его самолюбию мало регулярных поглаживаний на премьерах и церемониях награждения. Борден Дент жаждал большего и надеялся, что Америка полюбит его в новой роли. Я покачала головой и вознаградила себя шоколадной карамелькой.

Сотовый и «Блэкберри» на время фильма я поставила на виброзвонок, вдруг Аарон захочет связаться со мной. К сожалению, он не захотел, зато Уилл Смит, как обычно, рассмешил меня. После фильма мы с Лизой посидели за чашечкой кофе, обсуждая, счастливый у них с Джадой[37]брак или нет. Я настаивала, что счастливый, но Лиза сомневалась, отчего я еще больше уверилась в правильности своего мнения.

Чтобы встряхнуться, мы перешли к менее романтическим темам и обсудили события на Ближнем Востоке, но лишь расстроились и поняли, что это мы зря. Все дело в новостях. От них только хуже становится.

Я поднималась на крыльцо, когда Аарон наконец написал мне. Письмо гласило:

Кому: Саманта Джойс [srjoyce@gary.senate.gov]

От: Аарон Драйвер [aedriver@bramen.senate.gov]

Тема: О, где же ты?

Прелестная леди Рили, что поделываешь? Если ты поблизости, позвони мне на сотовый.

Интересно, каково быть женщиной, которая, получив такое письмо, спокойно войдет в квартиру, уютно устроится в кресле и только потом позвонит? Оставив бесплодные размышления, я плюхнулась на ступеньки, доставая мобильный одной рукой и перепроверяя номер Аарона другой.

— Привет, — сказала я, когда через семь секунд Аарон взял трубку.

— Ух ты, как быстро, — ответил он.

Об этом я не подумала. Проклятье.

— Я выхватываю пистолет быстрее всех в Вашингтоне. Странно, что ты не слышал.

Слава богу, Аарон засмеялся.

— Ну, я не в обиде. Я люблю быстрые удовольствия, как и все парни.

Он что, назвал меня шлюхой? Надеюсь, нет. А то свадьбе не бывать.

— Послушай, я хотел узнать, что ты делаешь сегодня вечером, — продолжил он.

Да, да, да! Он хочет снова побыть со мной.

Я постаралась говорить небрежно.

— Я еще толком не решила. А что? Ты бросаешь мне вызов?

Отлично. То, что надо.

— У нас мальчишник неподалеку от тебя, но я хочу слинять, когда дело дойдет до стриптизерш, и надеюсь, что смогу нанести тебе визит.

Вот как. Непростой выбор. Если я соглашусь, то мне придется весь вечер сидеть дома и ждать его? Нет, так нельзя.

— Хорошо, давай. Я точно не знаю, где буду, но позвони, и если получится, устроим рандеву, — предложила я.

— Вот и прекрасно. Надеюсь, до встречи, — ответил он.

Как только мы разъединились, я запаниковала. Вдруг я была слишком сдержанной? Или слишком уступчивой? Не развел ли он меня только что на потрахаться? Это плохо?

Я была уверена лишь в слове «рандеву». Во-первых, оно французское, и произнесла я его безупречно. Но главным образом меня радовало то, что это придало мне загадочности. Я никогда не перерасту детскую мечту стать шпионкой.

Она расцвела пышным цветом после краха Рибоквиля — курорта для белок, когда я забросила архитектурные чертежи и принялась искать другую профессию.

Голубь нагадил мне на плечо и вернул к действительности. Хоть и говорят, что это на счастье, но такому верят лишь люди, которые не знают, что птичий помет полон зловредных микробов и грибков. Увы, я знала, поэтому плечо следовало хорошенько потереть губкой с сильным дезинфицирующим средством.

Я встала, поднялась к себе и обнаружила, что Шеклтон вяло лежит на дне аквариума. Он все еще был жив, но выглядел чертовски плохо. Меня ужасно беспокоили его тренировочные смерти, но что я могла поделать? Шесть уже пробило, а значит, мистер Ли закрыл магазин. Кроме того, насколько известно мистеру Ли, никакого Шеклтона больше нет, если верить моему драматическому посланию о его гибели. Он, наверное, уже поднял цены на оставшихся японских бойцовых рыбок, предвкушая мой неминуемый визит. Шеклтон должен жить. Мы должны нарушить традицию.

— Не сдавайся этим ублюдкам, — попросила я.

Тусклый ответный взгляд, похоже, сообщал, что уже сдался.

Простерилизовав плечо, я собиралась принять душ, навести марафет и выбраться в город, но неожиданно пробило девять, а я так ничего и не сделала. Возможно, сегодня стоит заняться самосовершенствованием? Я просмотрела список вещей, которые хотела узнать за лето. Было слишком жарко, чтобы учиться вязать или изучать азбуку Морзе. Просматривая список и вычеркивая один пункт за другим, я подумала, что, возможно, причина моего раздражения кроется в пониженном содержании сахара в крови. К счастью, в списке значилось «научиться готовить», второй пункт снизу.

Похоже, у холодильника были другие планы. В нем нашлась бутылка соевого соуса, литр корневого пива[38]и открытая банка пикулей. Морозилка выплюнула упаковку «Сливочного бриза» и бутылку водки.

Я съела ложку «Прохлады», чтобы немного повысить сахар, и принялась изучать упаковку. Ее оборотная сторона убеждала меня позвонить по телефону 1—800, если у меня есть какие-либо вопросы или затруднения. Заманчиво.

Немного спокойной музыки, и мне ответила женщина по имени Беверли. Она спросила, чем может помочь.

— Приятно познакомиться, Беверли. Меня зовут Саманта. И я только что попробовала один из ваших продуктов, «Сливочный бриз», — начала я.

— «Сливочный бриз» — прекрасный продукт, мы очень рады, что он вам понравился, — ответила Беверли примерно то же самое. — Вы знаете, что он универсален? — продолжала она. — С помощью этих сливок можно приготовить несколько очень вкусных блюд.

— Правда? У меня есть пикули и соевый соус. Из этого что-нибудь получится? — Я решила не упоминать о водке и корневом пиве. Не стоит упрощать. Беверли, похоже, смутилась.

— А у вас точно нет нашей «Нежности» или чего-то вроде? — отчаянно спросила она после нескольких секунд молчания.

Ну, вообще-то я покупала «Нежность» прошлой зимой на случай туберкулеза. Но оказалось, что у меня всего лишь простуда и можно есть нормальную еду, а не больничную. Я проверила буфет. Действительно, там лежала маленькая картонная упаковка малинового желе, покрытая пылью.