Цветок эдельвейса или под сенью львиной лапы - Ольха Пономарь

со смертью и не поддался ее очарованию, а встал на прорехе душой и телом. Только сильный духом некромант способен выстоять, способен жертвовать собой вновь и вновь. Это не может быть осознанным выбором мага, но его предназначением. Можно сбросить с себя бремя лишь двумя способами: отойти в сторону, когда прореха вновь откроется или принести в жертву чистую душу, тогда сытая бездна закроется…»

Несколько предложений, но понимания так и не принесло мне, о чем идёт речь? Похоже, что на Адвине лежит обязанности по охране чего-то грозного и опасного. Неудивительно, что он периодически выпадает из жизни, а выглядит после этого, будто лич, поднятый из могилы.

Я вздохнула, чтобы понять написанное, требуется проштудировать все учебники, иначе я могу упустить важные мелочи. Да и пока ни слова о проклятьях.

К вечеру я прочла отмеченные для меня темы в двух оставленных книгах, и отвлеклась лишь тогда, когда за окном уже стемнело, а горничная все настойчивее скреблась в дверь библиотеки.

— Заходи, Эврил, — устало потёрла я глаза и подперла гудящую голову. Заныла сломанная недавно нога, от долгого сидения в одной позе и я не смогла сдержать негромкого стона, — лорд ещё не вернулся?

Девушка зашла, теребя в руках передник, робко, но с интересом оглядывая библиотеку.

— Тарга Туайя, вы пропустили обед, я принесла вам ужин, мне показалось, что вы и о нем забыли. Лорд прислал записку Гаязу, что прибудет не ранее завтрашнего обеда. Вы что-то интересное читаете?

— Верно, Эврил, решила на старости лет заняться своим образованием, — хмыкнула я грустно, — уж не знаю насколько мне это поможет…

— Вы такая мудрая, что вам и не нужно ничего учить, — несколько сбивчиво польстила мне Эврил, — а о чем эти книги?

— Ты не умеешь читать? — с удивлением спросила я, хотя чему я удивляюсь, грамота в селе нужна только старосте, чтобы не отдавать дани больше требуемого, — это книги о магии.

— О магии? — расширились глаза горничной, — как интересно, как жаль, что я не понимаю букв, вы можете мне их прочесть?

— Не думаю, что это хорошая идея, я и сама многое здесь не понимаю, хотя и считаюсь магом.

— Вы маг, тарга Туайя? — мне казалось, что больше ее глаза уже не могут стать, но я ошибалась, теперь они занимали половину лица Эврил.

— Никудышный ортомаг, мое единственное умение — наводить порядок, причём везде, кроме своей жизни, — со смешком ответила я.

Горничная подошла к столу, шурша бумажным подъюбником и тяжёлой тканью платья, внимательно и серьезно всматриваясь в книги, что лежали на столе.

— Это так удивительно, — она очень осторожно повела по корешку ближайшей книги указательным пальцем, — магия. Она везде и ее нигде нет, ее невозможно увидеть и невозможно не заметить. Она материальна и не существует. Это безумно интересно.

Я даже затаила дыхание, на миг из под маски сельской служанки на меня взглянула умная и опасная женщина.

Но Эврил застенчиво улыбнулась и мираж рассеялся, я снова смотрела в глаза обычной горничной.

— Я пойду, тарга, ужин я оставила на столике, Лиска спрашивает, что приготовить на завтрак.

— Думаю, что не стоит беспокоиться, пусть слуги сами скажут, что они хотят, а для лорда я напишу меню на обед позднее и оставлю на кухне. Если ничего не случится, то лорд Адвин приедет только на ужин. Так что Лиска может приготовить все, оставить на печке и отдыхать.

— Я передам ей, тарга Туайя, Гаяз хотел посоветоваться с вами, насчёт запасов на зиму, что мне ему передать?

— Гаяз? — я устало потёрла переносицу, — если не занят, то пусть зайдёт через полчаса сюда в библиотеку, если нет, завтра утром я с ним поговорю.

— Хорошо, тарга, — горничная склонила голову в традиционном подчинительном жесте.

— Постой, — пришла мне в голову мысль, — почему Утана не пришла? Именно она должна решать подобные вопросы, пока я занята.

— Утана? — глаза Эврил растеряно застыли, — Утана уехала.

— Я не давала ей никаких поручений, куда она уехала? — как смогла прищурила глаза в притворном гневе, хотя на самом деле была сильно растеряна, что это за самодеятельность от моей «правой руки»?

— Она не сказала, тарга Туайя, но мне мнится, что она хотела посетить брата лорда.

— Лорда Цервина? — я действительно была удивлена, с чего моей горничной хотеть аудиенцию у родственника хозяина? Не иначе сменить хочет место работы или…

— Да, к нему поехала, — уже более уверено сказала Эврил, — может вернётся к ночи.

— Пусть зайдёт ко мне, если придёт, — я поднялась, ознаменовывая конец разговора, умничка Эврил тут же ушла, предварительно заверив, что все сделает как я сказала, чувствую я, что она метит на место Утаны.

Следующий день ознаменовался двумя событиями: после обеда вернулся лорд, мрачный и раздражённый и Утана так и не объявилась. Эврил чуть не со слезами на глазах говорила о том, чтобы послать гонца к лорду Цервину, но я пресекла ее инициативу. Лезть впереди своего хозяина не стоило ни в коем случае. Потому я и направилась, несколько хромая, в апартаменты лорда Адвина.

— Кто там? — резкий голос, выдающий, что его обладатель не в духе, что ж, мое дело нужность и я, стиснув зубы, все же решилась ответить.

— Это Ваша экономка, Туайя, могу я с вами побеседовать?

— Да, заходи.

Голос лорда не потеплел ни капли, но я уже не чувствовала в нем бездумное желание сорвать на ком-либо злость. Я, как позволила моя нога, встала в почтительную позу и спросила:

— Как прошла поездка, милорд?

— Хуже, чем я рассчитывал, — Адвин стоял у окна, я видела лишь его тёмный профиль и пару прядей, выбившихся из причёски и упавших на его щеку. Руки мужчина сцепил за спиной, а на полу лежал большой тканевый мешок.

— Что-то пошло не так? — я постаралась вложить сочувствие в бездушный голос некроптички.

Адвин мельком взглянул на меня:

— Ничего такого, с чем бы я не справился, — и я вновь явственно почувствовала, что тонкая нить доверия натягивается, потому сменила тему.

— Хотели бы вы перекусить или может подать ужин чуть раньше?

Лорд подошёл ко мне достаточно близко, чтобы я смогла рассмотреть круги усталости у него под глазами и резкую складку на лбу.

— Вы так добры ко мне, Туайя, чем я это заслужил? — он смотрел на меня с некоторым подозрением, будто я имела тайные планы.

— Вы дали мне работу, старухе, которой светило только доживать век в пансионе для неимущих. Я вам бездонно благодарна, — я сказала правду, ну почти правду, точнее, просто не всю, а только ее часть.

Уж, не знаю, насколько