Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

Пусть не во всем и не везде… Но! Помнишь же про параллельные вселенные и миры? А знаешь ли так же про двойников, разбросанных чуть ли и не по всему свету, а то и тьме, если и не конкретно же в этом самом мире и… мирах? Вот и я о том же. Пока же это все дело дойдет до печати… Пока сгорит и направится к Совету… Или лично им и в руки перейдет… Пока они сверят и прошерстят всех же нас… Даже, а и тем более начав с меня… Будто и без меня у них дел нет… Времени пройдет и уйдет, знаешь, столько?.. Что я и несколько томов накропать успею! А как только запахнет жареным и меня же прижучат — там уже и срок давности, со сроком же и годности, уж выйдут. Ха! А ты думал? Буду прятаться? Дважды «ха»! Да и где это видано?.. Чтобы «опьяненные властью» и к опьяненной же… чем… правдой? Тогда уж — за правду! Хотя… Да и неважно! Уж за что, за что… а за это?.. И посидеть не жалко, знаешь ли. Не убила же. Не восстала и против. Не предала. А выдала секрет и тайну? Ну, разве что опять и опять же «Мадридского двора». Где-то приукрасив. Где-то заменив и подменив… Добавив и отсебятинки… Я же — не художник! Хоть и пишу — как вижу. Буквально. Но и если только от слова же и «худо»… Ничего. И до меня передавали все и не все — как есть. А я чем хуже?.. А чем и лучше?.. Ну, хотя бы и тем, что не бегу от ответственности. Как и внешность менять бежать не стремлюсь. Не из верха вытекая. Сказала же, что приму, значит приму ответственность. Какой бы она ни была… Но только свою! Как и себя же саму приму. Да и уже… уже принимаю… принимаю… и… приняла! Как и роды же прям. Смех смехом, а… смеху и рознь. Ведь… Мне же все в себе и нравится. И не еще, да. Уже! Так было давно, есть сейчас и будет. Останется и… И чего ты вообще привязался ко мне с этим, а? Отстань! Да и все к тому же верху — исправлять можно и нужно, когда есть что не нравится в себе. Но начав все же, и прежде же всего, с головы и внутреннего мира. Так сказать — перестраховавшись. Чтобы не получилось так, что, по итогу же и вдруг, вот та самая картинка извне не понравилась бы этой внутри и воображенная радуга над головой в одночасье разбилась и рухнула не хуже, чем и идущие с ней же в комплекте розовые очки? Что уж говорить за мечты и желания… А там и — жизнь. Я же приняла себя такой. И совершенно неважно, что по большей части только из-за того, что нижнюю челюсть не видно, когда я открываю рот… А верхнюю… Ну да, называли «заикой»! И как только не называли! Но потом же я стала и «зайкой»… И вуаля! Мир заиграл поистине новыми красками… Шутка. Нет. Не все. Ведь мне и правда же нравится быть «зайкой» и «зайцем». А чем и не повод задуматься и переосмыслить, пересмотреть? А кому и не понравится вообще? «Заяц с зайчонком»: так же нас называли наверху… Эх! Были ж времена. Теперь же… Я и лошадь, я и бык… Ладно… Ладно! Не так все драматично и трагично… Но почему бы и нет? Я и заяц, и зайчонок… Прекрасный коллаб внутреннего переребенка и внешнего недовзрослого. Я так считаю. А ты? Заяц… с кудряшками. Точно! Я ж еще была Кудряшкой Сью. И как же могла это забыть! Папина любимица. Что сама расчесываться не любила, так еще и ему запрещала. А чесать-то было что… Все-таки средней длины-то копна, чуть ниже плеч, темно-каштановых волос. В разы темнее же Влада и слегка лишь темнее Никиты… Но и не в черный же совсем уж уходя. Балансируя на тонкой, тонюсенькой грани… Брюнетка, да! Подстриженная «Лесенкой» со слоистыми и рваными прядями — в переплетении же с «Каскадом». С отросшей и симметричной челкой, поделенной не поровну и левым же пробором… И именно же чесать, вычесывая и почти выдирая все с клоками и… слезами. Тогда же как раз, вроде и в подростковый период, выпал момент моего очередного схождения. И соседства же в лагере с весьма живучими личностями. И я не перепутала — живучими. С живущими же. Просто они… Ну… Так сильно любили природу и все же в ней живое, живущее и… живучее, а, на самом деле, так же не любили расчесываться, как и я, но и в отличие же от меня, так и не полюбили, пусть и насильно, что… и приютили кое-кого к себе. Благо, что и не в себя. Хотя и такие, возможно, были… Но я не знала! И слава… Совету! Не Союзу же. Вновь. Хватит ржать… А! Вот ты к чему… Так нет, родной мой, историю я хорошо знаю, но страну и город все равно не скажу. Старайся лучше! В общем… Нет. Это не были цветы. Животные… Разве насекомые и… Это были вши! И… Врагу же не пожелаешь, как и другу, такого же… счастья. Через ш, щ, ж, з… И прочие такие же прекрасные буквы, являющиеся зачином шипения или… ругательств. Вот честно… Но вернемся же к ребятам! Хватит уже обо мне. На сегодня и… сейчас.

Влад… да и не дай же мне ругнуться снова… был… прост! И мог позволить же себе это. Как и все. А это и практически всегда и везде. Ведь был весьма свободным и, что не маловажно, свободолюбивым. Во всех же ее проявлениях! Как и жизни — на полную катушку. Он же позволял себе траты на все. А если не на все, то на свои излюбленные удовольствия — вредные привычки. Куда входили не только указанные мной ранее вещи… Но и места не столь отдаленные жительства… будь то временные или нет… машины, ну и… девушки. Конечно! Куда ж без них и ему! Для чего же именно, думаю, не стоит объяснять… Для того самого. Ага. Питания! С последним же были, как я