Развод не повод расставаться - Яна Лари

Девушки рассаживаются за столом и принимаются выполнять основную работу — разводить посетителей купить побольше выпивки. Им с этого полагается хороший процент, и сок в моём стакане не радует подсевшую ко мне брюнетку.

Под ироничным взглядом Лапина, я смахиваю с бедра цепкие пальчики восточной красавицы. Как какой-то преступник, украдкой смотрю по сторонам, даже не в силах объяснить себе, кого боюсь увидеть.

Моя совесть устроила бойкот на ровном месте! Чтобы её заткнуть, открываю приложение в телефоне и заказываю ещё один подарок. Я же обещал Ульяне сумку? Как раз успеет налюбоваться букетом, а тут вдогоночку подтянется ещё один сюрприз. Какая женщина тут устоит? Да ни одна! Как я сразу так сделать не додумался?

Ушлая девица не оставляет попыток заработать и перебирается танцевать на стол. Вероятно, её профессиональная гордость не в силах смириться с таким равнодушием, потому что обтянутые крупной сеткой булки то и дело мелькают перед моим лицом.

Ввиду специфики профессии интерес к женскому телу у меня немного другой. Видами на большие ягодичные мышцы и заднюю группу мышц бедра я сыт по горло. Это всё равно что раздвинуть ноги перед гинекологом в надежде его чем-то удивить. Профдеформация.

Нет химии, нет искры — нет интереса. Всё просто. Поэтому я принимаюсь методично обрабатывать Лапина разговорами про перспективы, что принесёт наше возможное сотрудничество. Лапин слушает внимательно, но не заинтересованно.

— Сейчас, где ни плюнь — попадёшь в фитнес-центр, — подытоживает он, лениво играя виски в стакане. — SPA-процедуры, услуги парикмахера и бассейн включает в перечень услуг каждый второй. Чем привлекать будешь зажравшегося клиента?

Как это ни прискорбно, Лапин прав. Конкуренция высокая, попробуй-ка изобрети, чего ещё не предложили бы соседи.

— Что, если выделить одну стену под скалолазный тренажёр? — Делаю паузу, чтоб поймать летящий мне в сок кожаный лифчик. Танец брюнетки в самом разгаре. — В нашем городе такое редкость.

— И спрос тоже мизерный, — отметает предложение Лапин. — Есть ещё идеи?

Идеи, если и были, их из меня вышибает. Сердце замирает, звуки пропадают, как будто бы я получил по ушам. Хотя по ушам мне скоро точно надают. Иначе зачем ещё здесь появилась Ульяна?

Глава 22

Глава 22

Ульяна

Когда я решила, что Истомин не так уж плох, в тот же момент себя обманула. Он неисправим! Так плюнуть в душу — это надо ещё умудриться!

Сидя в салоне такси, я ругаю себя за эту вспышку ярости. Вот чего я злюсь? Дался мне этот бесстыжий обормот? Его лживая физиономия не стоит даже ответного плевка, хотя на душе кошки скребут и требуют как минимум всадить в скотину пулю. Но из оружия у меня только игрушки для взрослых.

О-о-о… я специально в хозтоварах купила добротные бельевые прищепки и кое-что по мелочи! Конечно, ни в каком секс-шопе ноги моей не побывало. На вечер у нас запланирован экскурс по лохматому средневековью. Точнее, был запланирован. Этот котяра блудливый накрыл мои планы возмездия большим медным тазом. Абсолютно все!

А как хорошо я начала разыгрывать спектакль про идеальную жену? От одних бесконечных омлетов мой муж закукарекал бы всего за пару дней! А что по итогу? Демьян досрочно посчитал, что цель достигнута, поверил в себя и отправился на покорение новых вершин. И не куда-нибудь, а сразу в стриптиз-клуб!

Я когда его местонахождение у Анюты по секрету выпытала, чуть телефон не выронила и хохотом зашлась. Вот это у него разгон от «хочу тебя — не могу» до «смотреть на тебя наскучило»!

А я ещё снимок ему свой отправила в нижнем белье. О чём только думала?

Не впечатлили повесу столичного мои прелести. Обидно. Если честно, я никому такого рода фото не показывала. Видимо, и начинать не стоило. Не оценил...

Как мне теперь лицом в грязь не упасть? Чем удивить на прощание? Явно не скандалом. Истомину мои истерики, что сквознячок! Рожу скривит снисходительно, вот и весь итог.

Я не хочу, чтобы Демьян догадывался, как меня задел. Себе признаюсь, но виду не подам даже под страхом смерти. Уходить нужно достойно. И вовремя! Сколько можно трепать себе с ним нервы? Знала же, что кобель. Чего удивляться, спрашивается?

Вот и не удивляюсь. Но не по себе всё равно. Первый раз так из-за мужика убиваюсь. Обычно меня заботит, как от поклонника избавиться. А сейчас еду в такси и ломаю голову, как себя не выдать.

Что, если он выйдет не один из приват-комнаты? Я в состоянии аффекта могу дел наворотить. Или, наоборот, впаду в полнейший ступор.

Зачем гадать? На месте и узнаю.

Истомина в этом блядюшнике глазами нахожу незамедлительно. Компания явно отдыхает давно и с размахом, судя по женскому смеху и танцам на столе. Мне даже не приходится гадать, кого «муж» присмотрел себе на разогрев. В его лицо как раз летит кожаный лифчик.

Уточнять конечную цель его здесь пребывания нет резона, картина говорит сама за себя. Симпатии уже сформировались и вспоминать про штампы в паспорте никто не собирается.

Нормально ты, Демьян, проводишь совещания! Душевно так!

Я подхожу к столу, чувствуя, как болезненно ухает сердце, поднимая изнутри такую злость, что та затмевает всё остальное. Мне неприятно, что Истомин предпочёл мне силиконовую куклу. Неужели ему впечатлений мало? Для кого я, как Шахерезада, каждый день новый сюжет сочиняю?

Демьян суетливо подскакивает. Нет, не смотрит виновато, угрызения совести вряд ли ему знакомы, но он порядком растерян. Я останавливаю его, нажимом ладони на плечо.

— Сиди, милый! Самое интересное пропустишь, — усмехаюсь, сдерживая судорогу в мышцах лица, и устраиваюсь на мягком подлокотнике, пытаясь выцарапать себе немного морального превосходства, однако сидящие рядом мужчины беззастенчиво пользуются случаем заценить мои ноги. Как будто других вокруг мало!

Я не спешу одёрнуть юбку, но и не отвечаю на любопытные взгляды. Всё моё внимание обращено к супругу.

— Ты не рассказывал, что совещание — это так весело. А когда следующее? Будет обидно опоздать.

— Ульяна, ты не так поняла, — тихо цедит Истомин, уже успевший вернуть лицу обычную невозмутимость.

— А как я поняла? — рассеянно уточняю, пробуя содержимое его стакана. Действительно апельсиновый сок, даже без водки.

— Превратно, — огрызается он. — Я здесь по работе. Работаю! — добавляет раздражённо, на что я вскидываю бровь.

— Когда пришёл курьер с цветами, мне стало ясно, что ты приносишь извинения.