Фиктивная невеста Кавказа - Анна Долгова

— Стоп! — пытаюсь остановить поток информации. — Тимур — это брат Аслана. Значит, и брат Заура… А я его знаю?

— Неее, — посмеивается Катя. — Тимур — брат Аслана со стороны его матери. А вот Заур — брат Аслана со стороны отца. Дяди Умара.

— Катя… У меня сейчас голова треснет от этих родственных связей.., - решаю откровенно пожаловаться на свою основную проблему.

Катя же опять смеется.

— Не дрейфь! — поддерживает меня. — Ты не одна такая! Я за пять лет брака так толком никого и не запомнила. Хотя и пыталась. А Женька еще до свадьбы перестала пытаться их всех запомнить. Говорила мне, что достаточно будет имен. Но мне даже имена тяжело дались!

Ей смешно, а мне плакать уже хочется. Отсутствием памяти на лица и имена кажется, что еще больше проявляю к Зауру неуважение.

— Я так не могу.., - чуть ли не со слезами бормочу.

— Не киииисни.., - Катя начинает понимать мой настрой. — Главное, чтобы тебя все знали! Вот меня все знают! И боятся!

Она опять заливисто смеется. Но именно ее последняя фраза заставляет меня задуматься и не разреветься.

— Почему? — спрашиваю, сведя брови к переносице.

— Так я ж «бедовая»!

— Кать, я уже несколько раз это о тебе слышала, но так никто и не объяснил, что это означает, — словно предупреждаю о своей никчемности.

— Ничего страшного! Когда-нибудь сама все поймешь! Очень надеюсь, что это произойдет не на свадьбе!

Смех Кати немного отрезвляет. И хоть я ничего не поняла из ее намеков и предостережений, вспомнила, зачем вообще ей позвонила.

— Кать, а теперь дай мне совет.

— Я вся во внимании.., - неожиданно серьезно говорит Катерина.

— Да я про платье, — отмахиваюсь, давая понять, что дело вроде как и несерьезное. — Что бы такое выбрать, чтобы… Ну ты же понимаешь меня?

Не могу сказать это вслух. Но раз Катя меня так хорошо поняла, пусть сразу и дает совет.

— Вот слушай. Это мне тоже Женька подсказала, — начинает объяснять мне. — У самой Женьки было шикарное белое и пышное платье. Вот прям можно сказать, что белоснежное. Ей сделали сложную прическу, украсив заколками с какими-то заковыристыми золотыми веточками. В руках был букет невесты. Стандартные розы, но в обертке с золотым блеском. Улавливаешь?

— Да...

Странно, но в отличие от информации из учебника, это я понимаю и запоминаю быстро.

— А у меня было простое белое платье, непышное, можно даже сказать, что повседневное и с длинным рукавом. Без каких-либо вышивок и нашивок, но мне сделали золотой поясок. Широкий такой. С вышивкой национального узора и золотыми нитями. Ручная работа. Смотрелось просто шикарно.

— Ничего себе.., - в момент представляю себе картинку.

— Да. Могу тебе фотки выслать! И Женьки, и свои!

— Давай! — гораздо радостнее прошу.

— Сейчас! Только у Амирчика доску заберу. А то как бы он ею нашего папу не прибил…

— Ой, Ё! — слышу мучительное и узнаю голос Аслана.

— Не успела.., - прискорбно сообщает Катя. — Больно? — заботливо и взволнованно, но явно не мне.

— Неожиданно, — бухтит недовольный Аслан.

— Вот видишь, Сонь, — уже мне, — как дети быстро растут. Еще вчера Амирчик всего лишь декоративный забор снес у моих клумб, что приходится делать самую настоящую ограду. А уже сегодня материалами для этой ограды папе чуть хребет не сломал! Ладно, пойду, хоть подую что ли! На связи!

Катя забывает отключиться, и я немного подслушиваю их разговоры:

— Зайка моя, — тянет ласково, — больно? Давай подую. Давай поглажу, мой хороший…

— Мгм, — держится Аслан из последних сил, — вот тут лучше почеши…

— Давай почешу, мой кооотик, — со смехом причитает Катерина. — А ты, Амирчик, больше не поднимай такие тяжелые вещи. Видишь, как нехорошо получилось. Удержать доску не смог. Папа все на себя принял. Папе ооочень больно. Иди сюда, будем папу вместе жалеть.

— Я осье не тюду, — обещает Амирчик.

— Я верю тебе, сынок, — обреченно говорит Аслан, понимая, что это далеко не первое покушение на жизнь со стороны трехлетнего сынишки.

Отключаюсь. Понимаю, что улыбаюсь.

Так приятно слышать, что хоть у кого-то в семье наблюдаются самые искренние отношения. Где тепло и уютно.

Не то, что у нас с Зауром…

Все фиктивное. Свадьба фиктивная. Брак фиктивный. Спальня одна на двоих фиктивная…

Совсем расстраиваюсь и просто валюсь назад, прикрываясь от яркого солнца учебником. Положила его раскрывшим на лицо. Под спиной пушистый плед. Лежу во дворе дома и пытаюсь справиться со своими переживаниями, делая вид, что усердно занимаюсь. Точнее я и вышла на улицу заниматься. Но вот мысли не дают покоя.

Сентябрь выдался очень теплым. С пожелтевшими деревьями и опавшей листвой осень выглядит по-настоящему золотой. Во дворе тихо и приятно. Спокойно. Лишь изредка слышно пение птиц, да какие-то стрекозки еще шумят. Совсем расслабляюсь…

— Сооонь, — ласкового и нежно, — Сооонечка…

… но не засыпаю!

Подскакиваю так, что учебник слетает с меня громко.

— Так это не сон?! — кричу на Заура.

В последнее время мне всегда снится сон, будто меня зовут. Да так заботливо и любяще, что всегда просыпаюсь! И никого рядом нет! А зов такой отчетливый! Начала уже задумываться, что меня начали беспокоить галлюцинации на нервной почве!

А тут стоит Заур. Смущенный от того, что его застукали!

— Извини, — морщится он. — Я думал, что ты спишь.

Он усаживается на уголок пледа, скрестив ноги. Сегодня воскресенье. И мы с ним весь день провели дома одни. Тетя Тоня, которая принялась каждый раз по приходу к нам рассматривать лицо Заура тщательно с целью выявления новых синяков и повреждений, отдыхает. Заур и сам в кои-то веки сидит с утра дома. Он звонит по рабочим вопросам, периодически убегает в кабинет, но дома. Наблюдать за ним — домашним — интересно. Сегодня на нем не рубашка и строгий костюм, а вязаный джемпер, схожий с моим, и темные трико.

Заур садится близко ко мне. Настолько, что мне становится неловко. Он не делает попыток сблизиться, но меня сковывает так, что даже не могу дальше предъявлять ему претензии.

— Нам же надо привносить романтику, — пожимает плечами, объясняя причину своего поведения.

Только смотрю на него. Я уже давно заметила, что черты его лица правильные и даже немного красивые. Борода так не пугает, как в первое время. Наоборот, она ему очень идет. А когда он начал меня целовать тогда на импровизированном ринге, поняла, что легкое покалывание даже приятно.

— Реши, пожалуйста, куда мы с тобой отправимся в свадебное путешествие, — совсем сбивает с толку.

— Какое свадебное путешествие? — только и