Инсайдер. Во власти мажора - Ника Княжина

— Я, наверное, выберу эту, — говорю, указывая всё-таки на соседнюю спальню.

Никита внимательно смотрит на меня, будто пытается прочитать мои мысли. В его глазах мелькает что-то, похожее на разочарование, но так быстро, что я сомневаюсь, что это было на самом деле.

— Как скажешь, — отвечает он ровным, бесстрастным тоном. Невозможно просто прочитать его эмоции. — Располагайся и чувствуй себя как дома. Встретимся за ужином.

И с этими словами он разворачивается и уходит в свою комнату.

Он специально так говорит? Чтобы я гадала, что он на самом деле думает? А если бы он хотел пригласить меня в свою комнату, он сказал бы?

Или… промолчал? С Никитой никогда ни в чём нельзя быть уверенной…

Я вздыхаю и толкаю дверь в свою новую комнату. Туда, где я буду теперь жить. Вот только… почему в груди распирает от разочарования? И почему мне хочется, чтобы он остановил и настоял на том, чтобы мы были… ближе друг к другу…

Глава 25. Не отвечаю за себя

Полночи не могу уснуть. Новое место. Новые звуки. Переживания.

Кручусь с одного бока на другой. И дело не в кровати. Нет, тут вообще оказалось вполне уютно и удобно. Дело, наверное, всё-таки во мне.

Мне не даёт покоя мысль, что мы уже в городе, что где-то рядом Князь. Ну кто ему мешает приехать сюда прямо сейчас, потребовать меня отдать ему? Или ещё чего-нибудь выкинуть?

Страшно. Просто страшно.

Я выбираюсь из кровати и иду в коридор. Лунный свет проникает через окно, которое находится в самом конце у лестницы. Как путеводная звезда в ночи.

Я тихонько спускаюсь на первый этаж. Просто выпью воды и, может быть, немного успокоюсь. Только сердце ухает в пятки от страха. Целый дом. И кромешная тишина.

Блин, вот уж не ожидала, что мне будет настолько страшно. Я кусаю губу до боли и вхожу в кухню. Включаю свет под кухонными шкафчиками, включаю кран и набираю воду в прозрачный стакан.

И в этот момент мне чудится, будто я слышу какой-то шорох за спиной. Сердце предательски стучит всё быстрее и быстрее. На меня накатывает волна паники.

Я резко оборачиваюсь вместе со стаканом, отчего вода летит во все стороны, в том числе и… на Никиту.

— Чёрт, прости, — выдыхаю я, замечая, как по его обнажённому торсу стекают капельки воды.

Застываю, будто меня застали за чем-то неправильным. Вижу его спокойный взгляд, ни один мускул не дрогнул на его лице. Он даже не шелохнулся, когда я его облила. Будто каждый день на него нападают девушки с водой.

Это, блин, вообще нормально? А как же рефлексы?

Вода продолжает течь из-под крана, а у меня в руках пустой стакан. И я понимаю, что в горле пересохло ещё больше. Потому что… мой взгляд выхватывает то, что заставляет меня смущаться.

Из-за моих неправильных, неконтролируемых мыслей.

Никита стоит в одних спортивных штанах. Его обнажённый торс выгодно подчёркивается в тусклом кухонном свете. Теперь ещё и блестит от попавшей на него воды.

Застываем, как два идиота друг перед другом. Моя грудь вздымается вверх-вниз. Я чувствую дикое напряжение.

На мне только его футболка. Короткая. И трусы, конечно, мои. Но больше ничего.

Наконец-то Никита отмирает. Его взгляд медленно скользит с моего лица ниже и ниже. По шее, по груди, по животу и по моим босым ногам. Меня будто ошпаривает от того, как он смотрит.

И вдруг он отступает на шаг. Будто боится искушения.

И меня это вдруг начинает злить. Он ведет себя странно. То настырно нападает, то отступает. Это похоже на какую-то нелепую игру. Там, где мне хочется, чтобы он напирал, он даёт свободу. Будто настолько благороден, что предоставляет право выбора мне…

А я не хочу решать, я хочу быть девочкой. Я хочу, чтобы он меня покорял.

Чёрт, я, действительно, хочу этого. Чтобы он сейчас сделал шаг вперёд, а не назад, и сжал меня в объятиях. И осознание того, что мне этого так хочется, меня дико возбуждает. Неправильно и порочно.

Я отворачиваюсь и наливаю себе воду. Выключаю кран и жадно пью, прикрыв глаза.

Нина, ты свихнулась. Тебя впервые в жизни штормит от парня. К которому точно не стоит ничего чувствовать.

В какой момент всё так повернулось? В какой момент я стала что-то к нему чувствовать? Может, когда он стал меня тренировать? А может, ещё в тот момент, когда он меня вытащил из того адского дома?

Он защищает, заботится обо мне. Конечно, мне это приятно, я ему будто бы… небезразлична. А ещё он потрясающе целуется.

Супер. Самый веский аргумент, который точно показывает, что я стала неадекватной.

Я допиваю воду и с глухим стуком ставлю стакан на столешницу.

Мне кажется, что Никита уже ушёл. Просто проверил, кто здесь шарится, убедился, что всё в порядке, и ушёл.

Я медленно поворачиваюсь, чтобы проверить свою догадку. Но он всё там же стоит и смотрит на меня. Впервые в жизни мне хочется чего-нибудь выпить, просто чтобы расслабиться. Чтобы он не смотрел так, чтобы мне под его взглядом было комфортно.

— Хочешь, тоже воды? — спрашиваю я, просто чтобы заполнить тишину.

Он проводит рукой по своей груди, стирая остатки воды.

— Пожалуй, я уже попил, — выдает вдруг.

Я изумлённо смотрю на него. Не верю, это что, шутка? Прыскаю от смеха.

— Прости ещё раз. Я просто испугалась.

— Тебе нечего бояться, — произносит также ровно. — Если кто-то посторонний появится, сработает сигнализация, всё под контролем.

— Ммм… — неопределенно тяну.

Конечно, хорошо, но только это ни черта не успокаивает.

И тут я решаюсь на дикий, странный шаг. То ли ночь виновата, то ли мои страхи, то ли он… такой спокойный, до раздражения спокойный. Будто мне хочется его вывести из себя. Странное, непонятное чувство, какое-то бунтарство внутри меня. Нельзя ведь вечно быть таким безразличным.

Вот когда приехал отец, он стал более диким, а сейчас опять все эмоции в нём улеглись… Поэтому я решаюсь.

— А можно я буду спать с тобой? — выдаю я и смотрю на его реакцию.

Ну что ж, если я хотела его удивить, то он ничуть не удивлён. Если я хотела увидеть что-то из рядя вон выходящее… то это осталось где-то глубоко внутри него. Он всё такой же.

— Если ты хочешь… то, конечно.

Не