Злодейка для генерала драконов, или Развод (не) гарантирован - Любовь Песцова

И куда эту неугомонную понесло? Если ее где-нибудь убьют, я лишусь полномочий! И придется действовать по-другому. А это сопряжено с рисками и убытками.

Дракон внутри разрывался, давая понять, что я не те причины для беспокойства называю.

— Позже я тебя обязательно убью, — пообещал я Тео, выходя из своих покоев.

В спину мне раздался только задорный смех рыжего придурка.

Глава 22

Мощеные улицы были красивыми, а здания, примыкающие к замковой стене — величественными.

Но чем дальше я отходила от резиденции королей Виндзора, тем печальнее становился пейзаж.

Каменные дома с замысловатой архитектурой все чаще чередовались с покосившимися заборами и деревянными домиками, в которых поблескивали закопченные стекла.

Плохой признак. Очень плохой.

Когда роскошь и излишество так открыто чередуется с нищетой, это значит, что в экономике что-то идет не так. Средний класс отсутствует. И это, пожалуй, самый тревожный звоночек. Признак даже не стагнации, а полной деградации.

Богатое меньшинство — это всегда один процент. Редко когда больше. И если среднего класса нет, то выходит один богач и сотня нищих, которые его обслуживают за кусок хлеба.

— Ида, скажи, тут всегда так?

— Как, миледи?

— Тшш! Не называй меня так пока мы на улице. Я скрываюсь, забыла?

— Но я не могу по-другому, — стушевалась девушка.

— Ладно. Не можешь, так не можешь. Тогда вообще никак не обращайся ко мне. Просто отвечай на вопросы. Представь что я злой прапорщик, а ты солдат-новобранец. Хотя нет, сейчас же и впрямь представишь. Просто отвечай и все. Без титулов, хорошо?

— Я постараюсь ми… Постараюсь, в общем. Так что вы хотели спросить?

— Всегда ли в столице было все так запущено? Мусора уж очень много, заборы покосившиеся, нищие, опять же.

Оказалось, всегда. Ну, насколько хватало памяти молоденькой Иды.

И судя по всему, раньше она даже как-то не особо задумывалась, что здесь что-то не так. Только в своей нежданной командировке сравнила две столицы, и оказалось, что Солстед очень сильно проигрывает Алгарду.

Внезапно выяснилось, что когда нищие сидят на каждом углу — это не норма. Что засилье карманников на рыyке, да и за его пределами, тоже не обязательное условие. Что люди могут не выживать, а жить.

— У нас ведь огромные залежи всего подряд. Есть и серебро, и аметрин этот ваш магический. И выходы к морю, и плодородная почва на юге. Почему?

Ида только пожала плечами и горько вздохнула.

Ну да, нашла у кого спросить. Вообще эта девочка становилась с каждым днем все разговорчивее, словно понемногу оттаивала. Но все же не стоило перегибать палку и начинать вести с ней разговоры о политике.

— Мы почти пришли, мил…

Хорошо хоть замолчала вовремя. Очень бы не хотелось, чтобы она выдала мою личность возле магазина, где я собиралась купить книги по магии из-под полы.

Не то чтобы они были запрещены. Конечно, нет. Но девушка, покупающая такую литературу, вызовет здоровый интерес и желание кликнуть стражу. Ну так, проверить, а не пропустили ли ведьму. Не пора ли еще одной дар заблокировать.

Так что Ида отвела меня в место, где продавали все и не задавали вопросов.

Я сначала удивилась, откуда у юной девушки такие связи. А потом вышла в город, посмотрела вокруг и поняла, что это закономерно.

В текущей ситуации в стране криминогенная обстановка должна быть кошмарной. Это как девяностые, когда почти у каждого человека были свои связи у «бандитов», «решал», «ментов» и далее по списку.

Конечно, не у всех, но очень у многих тогда круг знакомств был специфичным. Ситуация обязывала.

Здесь, похоже, нечто подобное происходит.

Так что книги у меня получилось купить действительно без лишних вопросов. Всего две, но именно по школе иллюзий. И продавец — молчаливый дядька околопенсионного возраста, — принял от Иды в качестве оплаты мое колечко с полудрагоценным камнем, не поморщившись.

Я же старалась не говорить и не показывать свое лицо из-под капюшона.

Знаю, так только сильнее внимание привлекаю, но что поделать. Других методов конспирации я не придумала.

А потом все как-то разом полетело к чертям.

Сначала что-то маленькое врезалось в меня, едва не сбив с ног. Через секунду я разобрала, что это ребенок не смотрел, куда бежал.

Паренек в дырявой шапке и грязном тулупе не выдержал столкновения и упал. На вид ему можно было дать от семи до десяти. Точнее возраст определить не получалось в виду совершенно дикого вида.

Я помогла ему подняться, не обращая внимания на то, что Ида как-то странно дергает меня за рукав. Дождалась тихого «спасибо, тетенька», и собралась продолжать путь.

Но не тут то было.

Стоило мне повернуться, как раздался детский крик. А когда я снова повернулась, увидела, как паренька держит за шиворот не кто иной, как мой супруг.

Очень злой супруг, нужно заметить.

Впрочем, на что он сейчас злится, для меня не имело никакого значения.

Я взбеленилась.

— Отпусти ребенка сейчас же!

Эйнар ухмыльнулся, смерив меня холодным взглядом.

— А ты и правда дура, — решил он, а потом обратился к пареньку. — Вздумаешь сбежать, будет намного хуже.

Ребенка он отпустил, но всем видом показывал, что уйти действительно не позволит. Паренек шмыгнул носом, утерев сопли рукавом, и отошел на пару шагов, дрожа как осиновый лист.

— Тебя только что ограбили, — сказал Эйнар.

Только сейчас я заметила, что после того, как он отпустил ребенка, в руках у того остался свернутый носовой платок, который заменял мне кошелек.

— Что?

Я укоризненно глянула на пацаненка. Тот не реагировал. Все его внимание было приковано к Эйнару.

Вообще странно. Хоть и бедно одет, не похож на карманника.

Впрочем, что я знаю о местных карманниках?

— Обидно, — хмыкнула я. — Даже не почувствовала.

— Итак, что у нас здесь?

Эйнар развязал узелок, оценивая мои сокровища в виде украшений с полудрагоценными камнями. Слишком уж дорогие вещи я решила не брать. Их сбыть сложнее.

— Ну что ж, потянет на кражу в особо крупном размере, — обратился он к ребенку. — Ты знаешь, как такое преступление карается в этой стране?

Руки рубят, что ли?

От этой мысли бросило в холодный пот.

Знаю, я наивная идеалистка, слишком доверчивая идиотка, чрезмерно жалостливая тупица. Но я так не могла.

И когда Эйнар сделал шаг к этому ребенку, я его опередила. Оказавшись рядом с пареньком, я