Родинка на линии судьбы - Лина Богданова

— Почему вдруг сельхоз? — удивилась Соня.

— Да так, цветочками хотел бы заняться… — шутка Сергею не удалась, он оставался мрачным и определённо чем-то расстроенным.

* * *

«Хоть бы сон не в руку, — мысленно поплевала Соня через левое плечо и глянула на календарь. — Так и есть: пятница. Нет, ерунда — с чего бы Серёжке от рук моих кавалеров страдать? Он им точно не конкурент — спит и видит (прямо как те гипотетические спящие красавицы), как бы меня с рук сплавить. Значит, какая-то часть кошмара точно не сбудется. Лучше бы последняя…»

Однако следовало поторопиться — утреннее дежурство. Соня привела в порядок кухню, полила цветы в подъезде, поискала по углам паутину. Улыбнулась — новая уборщица своё дело знала, — подъезд радовал глаз чистотой окон и отсутствием пыли. Девушка вернулась в квартиру, захватила сумочку и отправилась в школу.

Утро только начинало осваивать просторы военного городка. Роса на траве переливалась миниатюрными радугами, флоксы и георгины у подъездов ещё не подняли своих тяжёлых сонных головок. Вяло шелестели чуть пожелтевшими листочками ажурные берёзовые косы.

— Скоро осень, — взгрустнулось девушке. — Лето прошло почти. Неудивительно — всего каких-то три месяца. А словно целая жизнь. Столько я тут наворочала! С какой стороны не прикинь — целая революция в отдельно взятом гарнизоне. Хотя, если взвесить хорошенько, не так уж много. Ремонт в квартире, две генеральные уборки (вторая на всякий случай), подъезд, насекомые, клумбы во дворе, марафет в игровой и продлёнке. Мелочи жизни!

Она развернулась в желании всё хорошенько рассмотреть и запомнить. Будто прощалась надолго с чем-то дорогим и очень важным.

— Нет, не прощаться! Не дождётесь! Мне здесь понравилось, и поэтому я обязательно сюда вернусь, слышите? Вернусь и устрою вторую революцию. И как финал: победа коммунизма в отдельно взятом военном городке! Думаете, не справлюсь?

— С чем, извольте пояснить, уважаемая соседка? Впрочем, можете не пояснять! Исходя из результатов вашей подвижнической деятельности могу с уверенностью сказать: справитесь. Легко!

— Опять вы? — вспыхнула Соня.

И смутилась окончательно: майор Николаев сегодня был хорош как никогда.

Спортивный костюм выгодно подчёркивал его спортивную фигуру. После длительной пробежки Олег напоминал выбравшегося из переделки сорванца. Волосы разметались по макушке. Румянец щедро расплылся по щекам и скулам. В зеленовато-серых радужках плескались весёлые солнечные зайчики.

— Мир тесен, — шутовски развёл Николаев руки в стороны. — Привыкайте, сударыня! Но откуда такая неприязнь? Я ведь ни разу не намекнул даже…

— На что? — возмутилась Соня.

И смутилась ещё больше — вспомнила свой недавний сон. И своё допущение относительно самого высокого рыцаря. Ведь допустила же!

— Оооо… — Николаев воспринял смущение девушки по-своему. И вывернул Сонино возмущение наизнанку. — Вы думаете, я о делах амурных? Боже упаси: у нас с капитаном Залесским договорённость о вашей неприкосновенности. А я договоренностей не нарушаю. При том что порой очень хочется поддаться искушению.

— Откуда вы взяли, что я… И при чём тут амурные дела?! Вы — женатый человек. Но даже если бы были холостым, то ничего… ничего бы у нас не вышло! Вы… вы не в моем вкусе, зарубите себе на носу, товарищ майор! И вообще…

Окончательно запутавшись и растерявшись, Соня покинула место встречи позорным бегством. Через минуту скрывшись за углом офицерской столовой. Впечатлённый неожиданным взрывом эмоций соседки Николаев долго смотрел ей вслед, параллельно наводя порядок в собственном эмоциональном мире. Капризница категорически не желала вписываться в общепринятые стандарты бытия…

* * *

Спокойное не торопилось просыпаться. Дворы, улицы, плацы были чисты и немноголюдны. Позднее августовское утро осваивалось в самых укромных уголках городка, успешно отвоёвывая позиции у затянувшихся предрассветных сумерек. В траве суетились взъерошенные полусонные воробьи. На крыльце столовой вяло умывалась кошка. А майор Николаев всё ещё оставался в центре детской площадки.

Городок оживал. Двери подъездов громко хлопали, выпуская торопящихся на службу офицеров.

— Доброе утро, товарищ майор!

— Рад приветствовать…

— Честь имею…

— Привет, приятель, на работу не опоздаешь?

Николаев откланивался и вяло шевелил рукой в ответ, погружённый в сомнения, столь не свойственные его фонтаном бьющей самоуверенности. Причиной затяжного простоя стало очередное столкновение с Соней Залесской:

— И с чего бы это меня так колотит? Ну, девушка и девушка. Вещь в себе. Ну, губки-глазки, коленки-локотки, грудки-ягодички. Да что уж там — тут Бог расщедрился не на шутку — колени, локти, а дальше — вообще глобально всё. Не наш размерчик! Плывите дальше, товарищ майор! Так почему же не плывётся? Почему вместо простых и понятных сердцу, душе и даже телу миниатюрных параметров Кристины и Ларисы меня тянет на чуждые разуму и чувствам прелести? Да и прелести тут, по большому счёту, ни при чём. Тут и без прелестей забот хватает. Такое чувство, что девица послана мне как испытание за грехи. И не будь всех её ножек-рожек, я бы всё равно бесился и выл на луну.

— Опаздываем, Олег Евгеньевич…

— Простите товарищ командир, на тренировке задержался, — спохватился Николаев, — я сейчас. Мигом, — он влетел в подъезд, едва не наступил на дремлющую у дверей соседскую кошку. Опрокинул невесть откуда взявшийся на лестничной площадке стул и столкнулся с выходящим из квартиры Сергеем.

— Куда летим? — поинтересовался тот.

Николаев неожиданно растерялся, оступился, едва не покатившись с лестницы.

— Оххх, холера!

— ?i

— Да нога… Подвернул, кажется…

— Давай посмотрю.

— Я сам.

— Как знаешь. Ну?

— Плохо дело. Наступить не могу.

— Помочь?

— Вызови лучше санитарку.

— Правильно мыслишь, майор. Но не точно: моя сеструха твой вывих лучше всякой санитарки за минуту вправит — не руки, а волшебные палочки.

— Погоди… — Олег с трудом пристроил больную ногу на ступеньку, — не надо сестру. Может, пройдёт.

— Не говори глупостей! Стой тут. Я быстро…

Сергей скрылся за дверью, а Олег поморщился: менее всего ему хотелось снова встретиться с Соней. Он чувствовал себя полнейшим идиотом. Возможно, дело заключалось в незавершённости недавних размышлений. А возможно, в нежелании предстать перед высокомерной девчонкой в столь жалком виде. Как-то не складывались у них отношения. Ни далеко, ни близко.

* * *

— Что-то ты неважно выглядишь, — Алексей нежно притянул Соню к себе и поцеловал в щёку.

— На работе завал, — девушка прикрыла глаза. — Отдежурила первую смену, а сменщица не вышла — ребёнок заболел. Пришлось остаться до шести. Отпуска — людей не хватает, так что набегалась всласть. Опять же накладных куча… бррр…

— Сонь, ты ведь собиралась остаться…

— Не получилось. Зависли директорские прошения непонятно где. Придётся вернуться домой, а уж потом…