Осторожно! Бедовая попаданка в замок любви - Лина Бестина

Как только мы оказались у портала, руны на рамке стали отливать золотом, а неподвижная до этого стена внутри арки размылась и подёрнулась дымкой.

В тот же миг магия во мне откликнулась, поднимаясь тёплой волной в груди. Она разливалась по рукам, и я явственно ощутила довольно сильный и ровный пульс, будто билось второе сердце. Портал тянул меня к себе, и если бы не Эллиот не держал за руку, наверное, шагнула бы туда сама, не дожидаясь.

— Ты дрожишь, — вновь усмехнулся он. — Так не пойдёт.

— Угу.

И это всё, что я смогла выдавить из себя от волнения.

Не разрывая контакта рук, Эллиот свободной ладонью обхватил моё лицо, разворачивая к себе. Наклонился и оставил невесомый поцелуй на уголке губ.

— Я буду рядом. Всегда и каждую минуту, — прошептал мне в губы, и потянул за собой.

После такого сделать шаг в портал оказалось легче.

Глава 29. Тёплый приём

Аня

Моргнуть толком не успела, как оказалась совсем в другом месте. Даже не почувствовала ничего. Может последствия в виде плохого самочувствия только на межмировые порталы распространяется?

Единственное, что сопровождалось переходом, так это отдалённый звоночек. Будто кто-то колокольчиком тренькнул. И то, я не до конца уверена, что этот звук мне не привиделся.

Комната, в которой мы оказались, служила рабочим кабинетом. Об этом я догадалась по явным стеллажам вдоль стен, усыпанным большим количеством разномастных свитков и книг, рабочему столу, также заваленному различными бумагами и перьями для письма. Не вписывалось сюда лишь пара коротких диванов и шахматная доска на столике между ними.

— Вот видишь, не так ведь страшно, не правда ли? — пока я с интересом рассматривала чужой кабинет, мой спутник, оказывается, внимательно следил за моей реакцией.

— Я не этого боялась, Эллиот, — поспешила оправдаться, хотя особо ни в чем не была виновата.

— Ах, да. Совсем забыл. Новые знакомства очень страшны. Проще на бой сходить.

От его наигранного развесёлого тона, волнения только прибавилось.

— Очень смешно. Обхохочешься прям!

Хотелось добавить ещё много чего, но в кабинет влетел какой-то парень. Именно влетел, как сквозняк. От неожиданности я вздрогнула, и уставилась на незнакомого молодого человека. Вроде уже не подросток, но ещё и не мужчина. Слишком худой и высокий, а смазливое лицо не выражало никаких эмоций. По одежде вообще не понятно, кем он является. Светлый бежевый костюм с множеством пуговиц напоминал военную форму, но я могла и ошибаться, банально не зная, в чём тут служат люди.

— С прибытием домой, хозяин! — чётко высказался парень, после чего поклонился, но, не оторвал от меня цепкого взгляда, в котором так и читалось: «Мадам, а вы ещё кто такая?»

— Где сейчас находятся мои родители?

Температура в комнате упала на несколько градусов от холодного тона Эллиота, и я с удивлением на него уставилась.

— В белой гостиной, хозяин, — невозмутимо ответил молодой человек, игнорируя невежественный тон. — Ваш отец просматривает сводку новостей в газете, а мать читает книгу. Прошу за мной.

Не дожидаясь согласия, парень стартанул с той же скоростью, что и влетел в кабинет. Эллиот и я отправились за ним.

— Совсем прислуга от рук отбилась, никакого уважения, — пробормотал мужчина, испепеляя взглядом спину проводнику.

Так этот парень получается кто-то вроде дворецкого что ли? Раздумывать над этим у меня долго не получилось, потому что, свернув за угол длинного коридора, молодой человек распахнул тяжёлые двустворчатые двери и громко объявил о прибытии сына в родное гнездо.

— Эллиот! — громко вскричала полноватая женщина.

Бросив книгу как попало, она вскочила с кресла и кинулась обнимать своего ребёнка, несмотря на то, что он пришёл не один. Да и вряд ли такой взрослый мужик нуждался в таком пламенном приветствии от мамы.

Застыв позади них, я рассматривала немолодого мужчину. Те же белые длинные волосы, те же янтарные глаза, то же телосложение. Передо мной была точная копия Эллиота, только лет на двадцать старше.

— Где ты был негодный мальчишка? Ты знаешь, сколько слёз я пролила после твоего исчезновения? А сколько твой отец выпил успокоительной настойки? Да мы все силы королевства бросили на твои поиски!

Мда. Видимо первичная радость от встречи с сыном прошла, сменяясь на упрёки. И с каждым произнесённым вопросом, женщина с нажимом тычила указательным пальцем в грудь Эллиота, отчего ему приходилось делать по шагу назад.

Что ж! Теплый приём мне был обеспечен? Так ведь он меня уверял в замке? А теперь, чтобы не попасть под горячую руку, я пятилась вместе с ним. Хотелось бы видеть его лицо в этот момент, но, увы. Его было не видно.

— Не так уж много я выпил настойки. Не преувеличивай, Имилия, — твёрдо сказал её муж, показывая своё недовольство.

Всё их внимание было приковано к сыну, и вот что удивительно. Еще никто из них не бросил хотя бы косой взгляд на меня. Поразительное гостеприимство!

— То есть, тебе всё равно где был твой сын, и почему он явился в наш дом спустя столько времени, к тому же в компании какой-то нищенки?!

Женщина перекинула свой гнев на мужа, наступая теперь уже на него, но простите… с какой радости я вдруг нищенка? А опустив глаза на свою одежду, как можно незаметнее, я поняла, почему удостоилась такого звания. После уборки и полета в долину, моё платье было сильно мятым и местами испачкано сажей. Хотелось провалиться сквозь землю. Но земли не было, только роскошный ковёр, на который стыдно было даже наступить в таком виде.

Господи! Я ведь даже об этом не подумала!

Поздравляю, Аня – ты бестолочь! Позор!

На слова матери, Эллиот лишь рассмеялся, оборачиваясь ко мне лицом.

— Знакомься, это мои родители, Эван и Имилия.

Зря. Зря он представил мне их. Я уже мягким местом предчувствовала, что мамочку сейчас разорвёт от возмущения, и накроет этой бурей меня, а не любимого сыночку.

Но Эллиот не стал дожидаться материнской бури. Почти сразу развернулся к ним и представил уже меня.

— Эта девушка не нищенка. Её зовут Аня, и её прислал наш дух-хранитель из мира под названием Земля.

Тёмные, с проседью, брови Эвана взметнулись куда-то на середину лба, но больше мужчина никак не показал своё удивление. Тихо охнув, Имилия схватилась рукой за сердце, и