Ведьмочка в Академии Магов 4 - Оксана Гринберга

Но, видят Боги, эта тайна умрет со мной!

Надеюсь, не так быстро, и мы с этой тайной еще поживем, промелькнуло в голове.

Затем мы еще раз все обсудили – например, преимущество, которое получали хрупкие и легкие девушки в двух длинных трубах, в которых они с Греттой смогут передвигаться на четвереньках, тогда как парням придется ползти по-пластунски.

Это поможет отыграть потерянное на силовых упражнениях время.

- Пойду-ка я еще раз внимательно посмотрю на новую полосу препятствий, – сказала я всем. – Затем начнется жеребьевка, после чего и старт. Ждать остается недолго.

С этими словами я вышла из палатки и хмуро посмотрела на Сайруса, вздумавшего давать мне советы на правах запасного капитана команды Академии Альтариса.

Сказала, куда он может их засунуть, потому что мы справимся со всем и сами. К тому же я не участвую, так что он может не трудиться…

- Ты с ума сошла! – изумленно воскликнул Сайрус. – Но на тебе же держится вся команда! Если ты не побежишь, вы сразу можете сниматься. От остальных у вас нет никакого толка!

На это я посоветовала Сайрусу идти туда же, куда до этого сказала засунуть советы.

Рассерженный, он ушел. Но, к сожалению, не туда, куда я его послала.

Вместо него ко мне подошел магистр Гор, которого я совершенно не ждала. Остановился рядом, и мы вместе стали смотреть на полосу препятствий с уже достроенными новыми участками.

После чего наш бывший преподаватель стал делиться мыслями о том, как нам идти по полосе, чтобы равномерно распределить силы до самого конца. И его замечания показались мне на редкость дельными.

***

Только к вечеру Эвинира рискнула выйти на балкон роскошных покоев, отведенных ей во дворце Илларианов.

На столицу Элеона к этому времени опустились сумерки, но для королевы Ноктарии все равно было слишком светло и настолько солнечно, что этот свет до боли резал глаза. Она с трудом удержалась от того, чтобы не вернуться в свои покои, а затем не приказать горничным, которых Эвинира, конечно же, привезла с собой, задернуть тяжелые портьеры.

После чего забиться в самый темный угол и ждать.

О нет, вовсе не старта Все-Магических состязаний, ради которых королевское посольство якобы прибыло в Элеон.

Эти бессмысленные соревнования, до которых ей не было никакого дела, кажется, начались уже пару часов назад. Они проходили на территории столичной академии, и Эвинире вот-вот должны были доложить о том, кто одержал победу на первом этапе и какое место в итоговом зачете занимает команда Ноктарии.

Но ждала она совсем других новостей.

- Какая же это глупость! – выдохнула Эвинира, подумав о состязаниях.

Затем в очередной раз силой заставила себя остаться на балконе, хотя застывшее над крепостными стенами солнце раздражало непривычные глаза.

Она стояла и смотрела на величественный, залитый светом город, которым правил Ильдар Иллариан. Заодно понимала, что раз за разом возвращается в мыслях именно к нему.

Куда бы ни посмотрела, о чем ни подумала – Эвинира снова и снова начинала размышлять о короле Элеона, из-за которого и прибыла в эту страну, едва узнав о совершенном на него покушении.

Но ни ее, ни лучших целителей Ноктарии, которых Эвинира привезла с собой, так и не допустили к Ильдару, хотя она пыталась к нему пробиться. Вместо этого королева Ноктарии натыкалась на глухую, хотя и вежливую стену дипломатического отказа.

И еще на ненависть со стороны жены Ильдара, королевы Аделин, на нее она тоже постоянно натыкалась, хотя Эвиниру такое лишь позабавило.

Она смотрела на ужимки молодой Светлой королевы с ледяной насмешкой на лице.

Глупая Светлая, крутилось у нее в голове. Она даже не представляет, что такое ненавидеть изо всех сил!

Потому что Темные умели делать это как никто другой. Так же сильно, как они могли любить.

Именно это чувство испытывала Эвинира к Ильдару Иллариану, она все поняла еще в Ноктарии.

И пусть между ними пролегла пропасть в два десятка лет расставания, пусть они принадлежали к разным мирам, пусть потеряли ребенка, а границы их королевств постоянно сотрясали войны, в которых виноваты, по большей части, были они сами, но…

- Какие новости ты мне принес? – не поворачиваясь, спросила Эвинира у своего советника.

Тот тоже вышел на балкон, но застыл в тени.

Пусть Эвинира не видела его лица, но она подозревала, что Оливер Гансье, сильнейший Темный маг, сейчас моргал из-за яркого солнца. Его глаза слезились, и он выглядел как недовольный ночной сыч, разбуженный среди светлого дня.

- Моя королева… – раздался его голос, заставивший Эвиниру насторожиться.

Она резко повернулась.

У них было полным-полно шпионов, которым Ноктария щедро платила за интересующие сведения. Имелись агенты и во дворце Илларианов, что позволяло Эвинире быть в курсе всего, что происходило с Ильдаром.

Королева знала и то, как его лечили, и то, что состояние короля из тревожно-стабильного перешло в привычно-стабильное. И даже то, что уже скоро его собирались вывести из магического сна.

Ильдара надеялись вернуть к жизни, но теперь…

- Король Элеона при смерти, моя королева, – прошелестел советник. – Скорее всего, его отравили. Возможно… Есть подозрение, что это был яд черной мамбы.

- Кто?! – выдохнула Эвинира раньше, чем поняла, что это был вопрос напуганной внезапными ужасными новостями женщины, а не королевы. – Конечно же, это сделали его враги, которые выпустили в него стрелу. Они решили довершить начатое, а эти… – ее голос был полон гневного презрения. – Эти Светлые в очередной раз допустили подобное!

Развернувшись и не дожидаясь подтверждения своих слов от советника, королева направилась к своим покоям.

- Куда вы, ваше величество? – раздался позади нее голос Оливера Гансье.

Он все прекрасно понимал, и его вопрос был исключительно риторическим.

- Если они не пустят меня к Ильдару… Меня с тобой, потому что ты – сильнейший целитель Ноктарии, – добавила она, – то Все-Магические состязания начнутся здесь, в этом конкретном дворце. И я не советую ни одному Светлому стоять на моем пути!

В ее лице было что-то такое, на что Оливеру Гансье подумалось: ее пропустят.

Железная королева всегда умела добиваться своего. К тому же увидеть короля Ильдара шла уже не просто Эвинира, к нему направлялась целая Ноктария в ее лице.

Глава 6

Дарий