Мой светлый луч - Лора Павлов

Я это оценила.

Я все еще была на волне вчерашнего оргазма, что, между прочим, говорит о многом, учитывая, что до меня прикасалась только я сама. Но именно вид передо мной довел меня до такого состояния.

Высокий, сильный мужчина, гладящий себя, глядя на меня.

Это было так горячо, что я никогда этого не забуду. Я спала как младенец, потому что уже давно никто не вызывал у меня желания, даже просто прикоснуться к себе.

— Все, хватит, — сказал дед. — Пора переходить дальше.

Все согласились, и Шарлотта попросила сделать еще несколько фото без Рейфа, но мои родители опередили деда.

— Хватит, Шарлотта, — твердо сказал отец, и дядя Чарльз кивнул в знак согласия, что меня удивило.

— Ладно, я просто побуду здесь и поснимаю, пока вы даете интервью, — сказала Делайла.

Рейф бросил на меня взгляд и направился на кухню, чтобы перекусить.

— Не так быстро, — остановил его Рэй. — Как насчет того, чтобы я сначала поговорил с Лулу и Рейфом, чтобы они потом спокойно отправились на лодке, а я закончу с остальными?

— Да вы издеваетесь, — прошипела Шарлотта. — Это какой-то фарс?

— Это моя работа. Laredo и MSL — крупные бренды, и, знаете ли, не всех интересует политика так, как вас, миссис Соннет-Уэллингтон, — Рэй поднял бровь, а потом снова посмотрел на меня. — Это займет всего несколько минут. Но мне бы хотелось поговорить с вами обоими.

Сорок пять минут спустя он задал нам гораздо больше вопросов, чем мы были готовы услышать. У меня по спине стекали капли пота, но Рейф держался как настоящий профи.

Он ни разу не запнулся и не выглядел нервным.

Он так складно рассказал историю нашего знакомства, что я понятия не имела, откуда он ее взял.

Он с гордостью говорил о моей ювелирной линии, будто изучил мой сайт вдоль и поперек.

Он упомянул мою одержимость мармеладными мишками, а потом вытащил из кармана маленький пакетик мармеладок и протянул мне, пошутив, что всегда готов ко всему.

Невероятно.

Этот мужчина был просто гением.

Мы направились на кухню, где Шарлотта метала в меня убийственные взгляды, когда я сказала, что мы скоро вернемся. Миссис Уэстон быстро собрала нам несколько бутербродов, большую бутылку газированной воды и немного фруктов в корзину, и мы отправились к лодке.

— Все плохо, — прошептала я, пока мы шли бок о бок к понтону.

— Почему? Мне показалось, мы отлично справились.

— Давай сначала отплывем подальше, — сказала я.

Мы прошли по пристани, я зашла на борт первой и протянула ему руки за корзиной с едой. Как только мы оба оказались на лодке, я направилась вперед, а он вызвался сесть за руль, сказав, что вырос на лодках на реке.

Я кивнула и показала направление к моему любимому тихому уголку. Солнце светило, но на дворе был январь, так что я достала из-под сиденья два пледа. Над лодкой был тент, защищавший нас от ветра.

Я указала ему на бухту, куда нужно было зайти. Он заглушил мотор, и мы просто стали дрейфовать. Сегодня вокруг никого не было, стояла полная тишина.

Он пересел ко мне, я поставила между нами корзину, и мы начали есть.

— Так что за проблема? Мы же справились на ура, — сказал он, пока я открывала пакетик мармеладных мишек, который он мне дал, и закинула в рот пару штук. Они всегда помогали мне расслабиться, как прямая доза дофамина.

— Это было утреннее шоу Weekday Morning, Рейф. Вся страна теперь подумает, что мы встречаемся. Это уже не просто моя семья и твой босс, — я выдохнула.

— Ну и что? Мы ведь ни с кем другим не встречаемся. Никто не пострадает. Какая разница?

— Ты не понимаешь, насколько это может привлечь внимание. Может, конечно, они сосредоточатся на моем дяде и Хантере, и про нас почти не скажут. Но он столько всего у тебя спросил, что я боюсь — из этого сделают сенсацию.

— Все нормально. Ты слишком много переживаешь, — сказал он, откусив бутерброд и откинувшись на сиденье.

— А если твоя семья об этом узнает? Если пресса приедет в Роузвуд-Ривер?

— У нас уже есть Taylor Tea, — усмехнулся он.

— Черт. Я втянула тебя в это, — пробормотала я, проведя ладонями по лицу. Я чувствовала нутром — это обернется чем-то большим.

— Лулу, расслабься. То, что люди будут думать, будто я встречаюсь с тобой, — это совсем не плохо. Сейчас я свободен. Мой босс считает, что я в отношениях. Все нормально.

Я несколько секунд изучала его лицо. Боже, он был слишком красив для этого мира.

— Рейф.

— Лулу, — сказал он, с улыбкой, явно дразня.

— Если Беккет узнает, он взорвется и раздует все это в шоу. Он любит устраивать спектакли. А пресса на это только и падка. Ты окажешься втянутым во все это, и мне неловко за тебя.

— Тогда покажи мне свою грудь, и будем квиты, — сказал он с улыбкой, и у меня внутри словно стая бабочек вспорхнула.

— Это не смешно. Может быть, нам удастся остаться в тени. Шарлотта сейчас сосредоточена на своем отце и Хантере. Надеюсь, на этот раз она получит, что хочет.

Он забрал у меня пакет с мармеладками, поставил в сторону и протянул хлеб с сыром.

— Съешь что-нибудь нормальное. На одних мармеладках далеко не уедешь.

Его слова застали меня врасплох, хотя сама не знала почему.

Он был прав, но никто раньше не воспринимал всерьез то, что я заменяю мармеладками полноценные приёмы пищи.

Я откусила бутерброд, потом взяла немного фруктов.

— Ты гораздо добрее, чем я думала, когда мы познакомились.

— Правда? Это когда ты влепила мне каратистский удар в шею? Какая неожиданность. Я-то думал, что это знак симпатии, — сказал он, не скрывая сарказма.

Я рассмеялась. Он был забавным, легким в общении, умным и красивым.

— А почему ты не в отношениях? Ну, ты же, мягко говоря, несправедливо красив для большинства женщин. Веселый, обаятельный — даже Рэй Кофи тобой восхитился, а он вообще всех ненавидит.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Встречался со многими. Просто с тех пор, как закончил колледж, не встречал никого, с кем хотелось бы чего-то серьезного. Даже тогда, как только она заговорила о том, чтобы после выпуска съехаться, я уже одной ногой был у двери.

— Боишься обязательств? — спросила я, делая еще один укус.

— Не думаю. Я всегда честен в отношениях. Никогда не изменял. — Он снова пожал плечами, сделал глоток газировки прямо из бутылки и протянул ее мне. — Мой отец рассказывал, что