Медленный яд... - Диана Валеса

— Не думаю, что это хорошая идея, — честно отвечаю я. — Мы вроде как расстались.

Он прикусывает нижнюю губу и громко вздыхает, смотря на меня виноватым взглядом.

— Я был неправ, когда… ну… — Эрик отводит взгляд, затем снова смотрит мне в глаза. — В общем, подумай до вечера.

И быстро уходит, направляясь к входу в университет.

И что это было вообще?

Мы неделю с ним не общались. Он обижался на меня и не разговаривал даже. Думал, похоже, что я бегать за ним буду, написывать и названивать. Но я понимаю, что это неправильно. Он сам надумал себе лишнего, не поверив мне, так почему я должна была делать первый шаг?

И сейчас соглашаться идти с ним в кино...

На этих мыслях я и вошла в университет, а там и нашла нужную аудиторию, в которой будет проходить лекция по психологии. Она тоже совмещена с другими курсами, поэтому сейчас огромное помещение практически заполнено. Остались места на первых рядах и в середине, куда я и направилась. Села рядом с какой-то девушкой и парнем. Приготовила тетрадь и ручку. Старалась не смотреть по сторонам, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. И когда лекция началась, волнение ушло. Только вот затылок отчего-то жгло так, будто кто-то намеренно поднёс туда огненный шар.

Просидев так минут десять, я не выдержала и оглянулась, пытаясь понять, отчего у меня волосы на затылке стоят дыбом.

Вот только то, что я увидела, мне не понравилось. Прямо за мной, на следующей парте сидел Ашер собственной персоной и прожигал меня зелёными глазами.

Глава 30

Совмещённая лекция с другими курсами. И почему я не могла предположить, что третий курс, на котором учится Ашер Коэн, тоже может присутствовать на ней?

А вот, по всему видимому, вовсе не удивлён или раздражён. Напротив, разложил свою королевскую задницу, вальяжно откинувшись на спинку стула, будто это не аудитория, а его личный царский трон. На губах у него играет лёгкая ухмылка, от которой мне уже тошно становится. На лоб упала кудрявая прядь, что придает его взгляду ещё большего вызывающего нахальства. Кажется, что он даже не старается казаться грёбаным королём, это выходит у него само собой. Естественно. И поэтому раздражает меня ещё больше.

Как же я ненавижу его самодовольное лицо. И вообще всё вызывает в нём у меня жгучее негодование. Развалился тут и пялится на меня, словно на жалкую мошку, что мешает ему своим присутствием.

Сидит он не один. Рядом с ним двое парней, один из которых был на его дне рождении. Шатен с янтарными глазами, тот самый молчаливый и недовольный парень, что постоянно смотрел в свой телефон и с кем-то усердно переписывался.

Я быстро отвернулась обратно к преподавателю, испытывая лёгкий страх. Этот парень меня пугает.

Он сидит не в одиночестве. Рядом с ним двое парней, одного из которых я уже видела. Тот самый шатен с янтарными глазами, который присутствовал на дне рождении Ашера. Молчаливый, погружённый в свой телефон с кем-то переписывался весь вечер. Отстранённый и странный.

Я поспешно отвернулась, снова сосредоточив взгляд на преподавателе.

Ашер и его дружки пугали меня. Что-то в том парне, что сидит рядом с ненормальным хищником меня настораживает. Он словно отражение Ашера по манере держаться и энергетике. Ашер буйный и опасный огонь, а этот парень будто тихая и спокойная вода. Но что-то мне подсказывает, что такие хищники ещё хуже тех, что показывают свои эмоции напоказ.

Я посмотрел на большие часы, висящие над длинной доской. Осталось тридцать пять минут до конца лекции. Думаю, это время я смогу вытерпеть. Только вот сосредоточиться на интерактивной доске и на голосе преподавателя толком не выходит. Его пронизывающий взгляд, давит на мои плечи и затылок. Я точно уверенно, что он смотрит на меня. И всяко представляет, как расправляется с моим телом, расчленяет, пакует по чёрным пакетам и раскидывает где-нибудь по лесополосе. Ну, или в крайнем случае просто прикрывает мне доступ к кислороду, путём сдавливая моей бедной шеи.

Я не знаю почему, но у меня складывается именно такое ощущение — Ашер мечтает меня придушить.

Конечно, заехала ему по наглым бубенцам, когда он вознамерился распускать руки, а после этого ещё и в столовой облила его кофе, да и в придачу залепила пощечину. Нет, а что он хотел? Думал, я стоять буду просто так, и позволять меня унижать?

Оставшееся время я сумела выдержать. И даже смогла сделать конспект. И ничего страшного, что сути занятия не уловила, дома заново всё перечитаю и запомню.

Дома… Чёрт! У меня и дома-то как такого нет теперь. Пока что я обитаю в пространстве, куда меня насильно запихнули. И даже присутствие моей мамы рядом меня никак не успокаивает. Хочется капризничать… Боже.

Как только звенит звонок, что означает окончание лекции, я сразу же подрываюсь, быстро запихивая свои вещи в рюкзак. Надеясь в этот момент только на то, что успею выйти из аудитории раньше Ашера. Но когда я разворачиваюсь и намереваюсь проскользнуть к выходу, передо мной появляется наглая и высокая груда грёбаных мышц.

Приходится задрать голову, чтобы посмотреть в самодовольное лицо Ашера Коэна. А оно у него очень надменное и самоуверенное. И взгляд, кричащий о том, что нужно тут же упасть ему в ноги и кланяться. Ага, как же…

Наши глаза встречаются в безмолвной борьбе. Всего на несколько секунд. Но насколько же они для меня были долгими. Пришлось моргнуть и отступить на шаг, чтобы быть подальше от его адской энергетики, что душит меня и истязает ментально.

Ашер лениво скользит по моему лицу пронизывающим взглядом. Его глаза задерживаются на моём лице чуть дольше, чем я хотела бы, а потом уголок губ приподнимается в едва заметной, но до раздражения самодовольной усмешке.

Я вся внутренне сжимаюсь, чувствуя, как во мне вспыхивает обжигающая злость. Вокруг нас толпа людей и это придаёт уверенности. Ашер не посмеет ничего сделать. Да и я вообще, не дала ему ни малейшего повода для этого. Или может, его королевская задница сочла, что мой взгляд был недостаточно покорным или испуганным? Что я посмела смотреть на него не так, как он этого хочет?

— Идёшь? — раздаётся позади него небрежный голос его дружка, нарушая это напряжённое молчание.

— Ага, — коротко бросает Ашер, не меняя выражения лица. Расплывается ещё больше в своей усмешке, показывая два