Беременна на заказ - Валентина Кострова

— Вам нужен Тимур? — Скрещиваю руки на груди, воинственно задрав подбородок, когда непрошенная гостья оборачивается ко мне.

— Нет, милочка, мне нужна ты. — Фамильярность этой дамы раздражает.

— не могли бы вы тогда представиться.

— Ирина Олеговна, мама Миланы.

— Очень приятно.

— Не могу сказать то же самое в ответ., — Отворачивается, проходит к столу, кладет свою сумку и усаживается на стул.

— Чай или кофе? Вы, наверное, не завтракали, могу угостить сырниками., — Пусть мне эта женщина и не нравится, вежливость проявить стоит, хотя вышвырнуть ее из квартиры у меня желания больше, чем любезничать.

— Чай. Ты, кстати, не представилась, милочка.

Я теперь понимаю, почему Милану назвали Миланой. Ее мама очень любит слово «милочка». Усмехаюсь, не спешу называть свое имя. Подхожу к плите, выкладываю сырники на тарелку, разливаю чай по чашкам. Возвращаясь к обеденному столу, за которым мадам сидит как королева, аккуратно все расставляю и присаживаюсь напротив Ирины Олеговны.

— Мое имя Карина, думаю, ваша дочка обо мне говорила.

— С каких это пор жены говорят о любовницах мужа?! — Пренебрежительно фыркает, зыркает в сторону сырников. Я кладу один на блюдце и двигаю в сторону женщины. Задумчиво наблюдаю, как гостья неторопливо пьет чай и отламывает маленькие кусочки сырника.

Странно, неужели Милана от всех скрывала, что обратилась в клинику по поводу суррогатного материнства? Я не представляю, как можно столько времени молчать и не выдавать свой секрет никому. Даже мужу, у которого брала деньги и биоматериал. Интересно, как она отчитывалась за крупные траты перед Тимуром? Как она раскрутила мужа сдать анализы и привезти все в отличном состоянии в мой город? И Тимура ли это были анализы?

От этой мысли мне вдруг становится холодно и неуютно. Я чувствую себя обманутой. И чем больше думаю о Милане, тем больше у меня к ней вопросов. Как-то при первой встрече и дальнейшем сотрудничестве у меня не возникало желания узнать причину, побудившую молодую женщину обратиться за услугой, чтобы ей и мужу родили ребенка. Светлана Владимировна как-то вскользь упомянула, что у богатых свои причуды. Какие причуды? Что мешало Милане родить самой себе малыша? Или она не хотела…

— Милана не хотела ребенка? — в лоб спрашиваю Ирину Олеговну. Женщина застывает, ложка в руке зависает в воздухе, а потом медленно опускается на блюдце. Поджимает губы и с высокомерным выражением обращает на меня величественный взгляд.

— Это не твое дело!

— Тогда зачем вы сюда пришли? Что вы хотите увидеть или узнать? — Сразу же иду в наступление, почувствовав какую-то злость. — Вы знаете, где сейчас Милана?

— Нет! И вообще, много вопросов задаешь, когда должна сидеть и помалкивать! — Ирина Олеговна сердится, сверкает глазами, ее губы нервно подрагивают.

— Зачем вы пришли сюда, да еще с утра пораньше?

— Хотела понять, на кого променяли мою дочь.

— Посмотрели? Можете допивать чай и уходить.

— Нахалка! — Лицо женщины покрывается багровыми пятнами, она машет руками себе на лицо, словно ей душно и нечем дышать. Актриса или действительно плохо? Как бы не пришлось вызывать врачей на дом и пугать Тамару.

— Вам плохо? — Встаю для того, чтобы взять графин и налить воды. Подаю стакан Ирине Олеговне, она делает пару глотков и прикрывает глаза. Похоже, действительно слегка прихватило, к счастью, отошло.

— Сейчас пройдет. Когда переволнуюсь, давление поднимается. — Тихий голос вызывает желание пожалеть, посочувствовать. Все же она несчастная женщина. Дочь пропала, состоятельный зять выскользнул из рук, здоровье хромает, нервы ни к черту. Ей бы в санаторий на месяц, глядишь, придет в себя и будет скакать горной козочкой.

Мы настолько погружаемся в свои размышления, что не слышим, как хлопает входная дверь, не слышим шагов, только одновременно вздрагиваем, когда раздается настороженный мужской голос:

— Что здесь происходит?

Я оборачиваюсь и вижу Тимура. Он стоит в дверном проеме. Сначала смотрит на Ирину Олеговну, потом на меня, выражение лица мрачное и неприветливое. Не рад видеть меня или бывшую тещу? Скорее второе, чем первое. То, что он приехал, заставляет меня обрадоваться, как приходу Деда Мороза летом. Дурочка.

— Здравствуй, Тимур.

Ирина Олеговна уже не похожа на умирающего лебедя, которого жалко прибить, а вот Тимур злится. Его злость пропитывает воздух вокруг нас, при этом он умудряется улыбаться женщине, проходя к столу. Садится на свободный стул и буравит гостью тяжелым взглядом. Я поглядываю то на одного, то на другую. Любопытно, между ними добрые отношения тещи и зятя или зять мечтает укокошить тещу? Сейчас ясное дело, что Тимур не желает видеть Ирину Олеговну, ее дочка, похоже, оставила после себя в его душе неизгладимое впечатление. И все же, какая кошка пробежала между красивым, заботливым, добрым Тимуром и очаровательной, похожей на эльфа с голубыми глазами, Миланой?

— С чем пожаловали, Ирина Олеговна?

— Неужели я не могу теперь навестить любимого зятя? — наигранно хлопает ресницами, притрагиваясь к своим волосам.

— Бывшего зятя.

— Чепуха, — отмахивается бывшая теща Тимура. — Вы поспешили с разводом и вот… с новыми отношениями., — Взгляд застывает на моем животе, я его прикрывают руками от недобрых глаз.

— Ирина Олеговна, я так понимаю, вы пришли сюда по делу, а не беседы вести. Слушаю вас, — тон Тимура холоден и серьезен, намекает на то, что ему разговаривать не о чем. Ирина Олеговна поджимает губы и выжидает, мужчина мрачнеет.

— Может, вы знаете, где ваша дочь?

— Ничего я не знаю! — Женщина нервничает, ее взгляд бегает в разные стороны. Врет. Скорее всего, врет. Судя по лицу Тимура, он тоже думает, что теща в курсе, где пропавшая с радаров дочь.

— Тогда для чего вы здесь? — иронично изгибает бровь, постукивая пальцами по столешнице стола.

— Мне нужно с тобой поговорить. — Выразительно смотрит в мою сторону, я делаю вид, что ничего не понимаю. Сижу на месте, наглаживаю живот, низ неприятно ноет. Пауза затягивается. Ирина Олеговна недовольно вздыхает.

— Наедине, — опять в мою сторону бросает многозначительный взгляд, в котором сквозит презрение и даже отвращение. Странно такое видеть, учитывая, что до этого дня мы не знали о существовании друг друга. Меня ее неприязнь не задевает и не обижает.

— Пойдемте.

Тимур встает из-за стола, Ирина Олеговна тоже подскакивает, хватает сумочку и семенит следом за бывшим зятем. Провожаю их взглядом, Тимур ведет тещу на террасу, закрывает дверь. Сквозь большие окна я вижу, как он подходит к перилам, оборачивается и что-то говорит застывшей перед ним женщине. Судя по выражению лица, ничего хорошего..

Приходу Тимура я обрадовалась, но сейчас, поглядывая в сторону террасы, размышляю: подходящий ли сейчас