Леди и вор - Мария Камардина

— Я же не…

Она хотела сказать, что не умеет управлять подлодкой, даже автомобилем не умеет — но оказалось, что слушать уже некому. Шаги прогрохотали по металлическому полу, удаляясь, звука закрывающейся двери она не услышала за шумом двигателя и «песней» нападавших. Штурвал уводило влево, Анна машинально придержала его…

И ощутила, как на нее нисходят спокойствие и уверенность.

Она кое-как сунула пистолет в карман, покрепче взялась за ручки и заставила себя посмотреть вперед.

Глава 17, в которой читают письмо

Следующие два дня Уильям почти не помнил. Слабость и сильный жар не давали встать, мысли путались, большую часть времени Уилл попросту спал. И каждый раз, когда просыпался, слышал совсем рядом убаюкивающее мурлыканье, чувствовал уютное тепло, а потом снова засыпал, прижавшись щекой к мягкому кошачьему боку и запустив пальцы в густую шерсть.

Утром третьего дня Уильяма разбудили голоса. Мальчик сел и осмотрелся — в комнате не было никого, лишь лежащий рядом кот сонно поднял голову и вопросительно мяукнул. Разговаривали за дверью — Уилл узнал голос мистера Джефферсона, сердитый и растерянный.

— Сэр, я не могу прямо сейчас везти больного ребенка в Лондон!

Ответа его собеседника Уилл не расслышал, но интонации были уверенными и практически приказными.

— Я вынужден настаивать, сэр. Вы говорили, что мальчик важен, значит, важно и его здоровье!

Кот издал недовольное «м-м-р-р-я-у», когда Уильям тихонько выполз из-под одеяла. Голова закружилась, но другого шанса выяснить планы мистера Джефферсона может и не появиться. Он подкрался к двери, прижался к ней ухом и успел уловить обрывок вопроса:

— …перевести самостоятельно?

— Вы же знаете, что я не учил этот язык, — с досадой ответил Джефферсон.

— Тогда и нечего возражать. Собирайтесь и отправляйтесь, завтра — последний срок. Учитывая обстоятельства, я предпочел бы видеть вас обоих поблизости. По дороге заедете к профессору насчет перевода.

Говоривший показался Уильяму знакомым, но странное гулкое эхо искажало голос, будто он доносился со дна металлической бочки.

— Не думаю, что мальчика стоит посвящать в подробности, — помедлив, отозвался гувернер. — Вы говорили, что секреты отца могут быть опасными, и…

— Это ведь и его отец тоже.

Уильям плотнее прижался к двери, не веря своим ушам, но тут Элессару надоело лежать одному. Он соскочил с кровати, потянулся и, подойдя к двери, требовательно мяукнул. Прогнать кота, не выдав свое присутствие, было невозможно, а тот, поняв, что выпускать его не собираются, пренебрежительно фыркнул, встал на задние лапы и дотянулся передними до дверной ручки.

Дверь распахнулась наружу, Уилл едва удержался на ногах. Мистер Джефферсон, стоявший в коридоре спиной к нему, резко обернулся, и мальчик увидел в руках наставника небольшое круглое зеркальце.

— А, вот и он, — голос стал приветливее. — Доброе утро, юный лорд. Как самочувствие?

Джефферсон поджал губы, но поднял зеркальце выше и поманил Уилла к себе. Подойдя, мальчик увидел в отражении знакомое лицо и вежливо наклонил голову.

— Доброе утро, лорд Элессар. Я… Все хорошо.

— Он встал впервые за три дня, — неодобрительно произнес гувернер. Собеседник перевел взгляд на него, но тут кот, крутившийся у ног, поднял голову и напомнил о себе. Уильям подхватил зверя на руки, и ректор рассмеялся:

— О, я вижу, вас там целая компания. Три — самое подходящее количество героев для приключений и тайн, а? — он подмигнул мальчику и тут же стал серьезным. — Гэбриэл, это приказ.

— Да, сэр, — мистер Джефферсон скривился, словно от зубной боли.

— И не забудьте отчитаться. До свидания, джентльмены, — он снова подмигнул.

Поверхность артефакта потемнела. Уильям увидел в зеркале собственное лицо, бледное и растерянное, недовольную морду кота и край рукава мистера Джефферсона. Поднять голову и задать прямой вопрос мальчик не решился, но гувернер неожиданно опустился на одно колено и посмотрел ему в глаза.

— Ну, как ты?

Мальчик крепче прижал к себе кота и внимательно поглядел на учителя.

— Лорд Элессар сказал…

— Давай сначала позавтракаем, хорошо? — перебил мистер Джефферсон. — Как насчет овсянки и тостов? Я попрошу, чтобы принесли в комнату, возвращайся в постель и… — Он прикрыл глаза, глубоко вздохнул и твердо взглянул на подопечного. — И я все расскажу. Обещаю.

Уилл кивнул и, не отпуская кота, развернулся к двери. За спиной он услышал шаги — вот гувернер идет по ковру, а вот он перешел на паркет, и подошвы ботинок стучат по старым доскам…

— А вы правда мой брат?

Шаги стихли. Уильям зажмурился, боясь обернуться. Через долгую паузу он услышал новый вздох.

— Правда.

* * *

История Гэбриэла Джефферсона оказалась короткой. С девяти лет он рос в приюте и мать помнил весьма смутно — а отца не помнил вовсе. Окончив школу, он поступил в колледж, да так в нем и остался — сперва секретарем, затем заменил преподавателя английской словесности, затем подтянул латынь и греческий… На жизнь хватало, но хотелось большего, и когда знакомый предложил замолвить словечко ректору Академии в Драконвиле, Гэбриэл не стал отказываться. Долгое путешествие из пригорода Нью-Йорка в Калифорнию, встреча с настоящим драконом…

А потом вся жизнь перевернулась с ног на голову.

— Лорд Элессар с первого взгляда определил во мне дракона. Сказать, что я был удивлен — ничего не сказать, это был шок, — он усмехнулся. — У них очень запутанная система родовых связей, но он как-то сумел определить, чей я сын. Это было зимой, а потом оказалось, что лорд Грей исчез, и в Драконвиль приехал ты с матерью… Лорд Элессар решил, что приставить меня к вам будет хорошей идеей. Он до сих пор пытается выяснить, как вышло, что я рос один, но пока безуспешно.

Гэбриэл с тоской вздохнул и покосился на окно. Уилл, пользуясь тем, что на него не смотрят, быстро уронил на пол кусочек сыра. Из-под кровати донеслось благодарное урчание. Мистер Джефферсон вздрогнул и обернулся, но Уилл успел задать вопрос раньше:

— Но почему нам ничего не сказали?

— Потому что я опасался, что твоя мать порвет меня на куски, если узнает, — Гэбриэл невесело улыбнулся. — В переносном смысле, конечно. Наследником графа Грея являешься ты, и она могла подумать, что я, как старший сын… Но это ерунда, конечно, по здешней легенде я физически не могу быть его сыном. Что же касается драконьих привилегий, пусть об этом рассказывает лорд Элессар, я пока слабо разбираюсь в их порядках.

Он глубоко вздохнул, словно ставя точку в беседе. Уилл молча кивнул, не зная, что отвечать. Он сомневался, что мама способна порвать кого-то