Подарок на свадьбу бывшего - Диана Рымарь

Не понимаю, как можно вообще представить, чтобы я дал денег Рите, а потом потребовал обратно? Это насколько меня как человека надо не знать и не уважать?

И насколько же они ненавидят Риту!

Искренне не понимаю, чем она им так не угодила? Вот чем?

Хорошая ведь, искренняя. Всегда с любовью ко мне, с уважением к матери, несмотря на нюансы. А нюансов там было столько, что жопой жри.

Мать ведь что ни день, то выдавала перлы. То с одного бока Риту щипнет, то с другого. И салфетки она складывает не так, и спит долго, мужу завтрак не готовит. А когда я опровергал это утверждение, потому что она готовила, мать находила, к чему еще придраться.

Я все это видел, как мог ограждал Риту, минимизировал их общение. Но не мог же я запретить собственной матери появляться в доме, который они с отцом и подарили.

Хотя, как теперь понимаю, надо было.

Я вообще не должен был дом принимать в подарок.

Если мира в семье хотел.

Мира не случилось.

А что случилось — так это спущенные в унитаз годы труда в родительской фирме. Я б уже свою, может, построил!

Чтобы не сойти с ума, я решил посвятить всего себя новому проекту под названием «Дом».

Нет, я не вернулся в тот крысятник.

Наоборот, собрал все свои сбережения, все, что осталось, и купил квартиру.

Обалденная трешка в элитной многоэтажке на берегу реки Кубань. С прекрасным видом, охрененной планировкой, новой элитной сантехникой.

Место, где мы с Ритой будем жить, когда она ко мне вернется.

Она же вернется, да?

Хоть когда-то…

Оттает? Простит меня? Она же любит меня! Да?

Теперь я самозабвенно обставляю новое жилище и представляю, как мы здесь будем жить.

Кровать с ортопедическим матрацем, пышными подушками и мягким одеялом. Здесь я буду ее регулярно любить, засыпать с ней в обнимку и вообще существовать…

А в гостиной, на том синем диване, мы будем смотреть фильмы, есть попкорн, наслаждаться жизнью.

На кухне она станет готовить мне ужин на той классной новомодной плите, что я прикупил. К слову, она не греющаяся — в том плане, что поверхность при готовке не нагревается, и ее очень легко мыть.

И таких ништяков в квартире — навалом. Мест, где нам с Ритой будет хорошо, комфортно.

Теперь задача со звездочкой: как-то перевезти Риту сюда. Или хотя бы в гости зазвать — черт с ним, я не гордый, согласен и на это.

Но ведь не придет!

Сколько бы ни приглашал, не придет.

Потому что не знает, как тут классно, и как сильно я по ней скучаю.

Ей же не может быть все равно, в самом-то деле. Нельзя любить человека три года, а потом бац — и разлюбить по щелчку пальца. Ведь нельзя же, нет?

Но иногда мне кажется, что так и есть — разлюбила. Она ж даже не слушает меня, не воспринимает. У нас нет никакого нормального общения.

Решаю сделать для Риты видеозапись, чтобы показать, как для нее расстарался.

Однако когда включаю запись, совсем не квартиру хвалю.

Смотрю в экран и говорю:

— Рита, девочка моя, я так безумно по тебе скучаю…

Глава 26. Видео

Маргарита

— Пожалуйста, я очень тебя прошу, просмотри видео до конца, — звучит голосом Арнака мой телефон.

Я сижу на краю ванной в свежеотремонтированной, облицованной кафелем комнате и смотрю видео, присланное Арнаком.

Смотрю и недоумеваю: с чего он решил, будто я бы его сразу выключила?

Арнак на видео какой-то другой, необычный. Явно нервничает.

Похудел, что ли? Еще больше, чем раньше. У него темные круги под глазами, будто не давно спал.

Вглядываюсь в его лицо, такое родное. До сих пор.

Пялюсь в экран телефона и слушаю, слушаю…

— Рит, я сейчас на видео скажу то, что надо было лично сказать. Но ты отказываешься со мной встречаться, так что… Рит, прости меня!

На этом моменте я зависаю, даже останавливаю видео, потому что этот его тон… Он такой берущий за душу, полный горечи. Будто Арнаку больно сейчас. Прямо как мне в момент, когда он меня бросил.

Сглатываю не пойми откуда взявшийся ком, снова нажимаю на воспроизведение.

Арнак говорит дальше:

— Прости, что отнесся к тебе, как к свиноматке, по-другому и не скажешь…

Он меня этой свиноматкой будто наотмашь бьет. Ведь все так и есть!

— Рита, я помню тот момент, когда ты пришла ко мне на работу после той моей скотской записки. Ты говорила, мол, лечиться будешь, проверяться… Рит, я себя тогда таким скотом почувствовал, ты представить себе не можешь. Мне не уходить от тебя хотелось! Мне хотелось обнять тебя и весь вечер успокаивать, вину заглаживать. Извиняться… Просто обнять, прижать к себе. Чтобы ты тут была, как можно ближе к сердцу!

В этот момент Арнак стучит себя ладонью по левой стороне груди.

— А отчего же не обнял! — кричу я на видео, как последняя дурочка.

Будто Арнак с видео может меня услышать.

Ведь именно объятие и было мне нужно. Его тепло.

Я ведь помню тот момент, когда после его записки явилась к нему на работу, собрав всю волю в кулак. Один бог знает, чего мне стоил тот поход и как тяжело было видеть его равнодушие.

Этим своим признанием он мне душу разрывает в клочки.

— Ритуль, солнышко мое, если ты меня простишь, я горы для тебя сверну! Я неправильно в прошлый раз сказал, что якобы смиряюсь с чем-то, желая восстановить наш брак. Ты такая, какая есть, богом мне данная. И я люблю в тебе все, твою красоту, ум. Люблю твое тело таким, какое оно есть. А нюансы по здоровью и зачатию…

Замираю на этом моменте, даже забываю, что надо дышать.

— Рита, мы все решим, — обещает Арнак. — Сейчас медицина творит чудеса. Я денег оставил на поездку в Москву. Если ты возьмешь отпуск, поедем сразу. По всем врачам тебя проведу, вылечим то, что нужно вылечить. А потом возьмем на руки сына или дочку.

Сына или дочку… Ух!

— Малышка, я так хочу от тебя ребенка! Я так хочу, чтобы мы были вместе, навсегда… А даже если не получится, мы ЭКО попробуем, или вот еще суррогатное материнство. Что-то да сработает, Рит!

Арнак смотрит на меня с экрана телефона с такой мольбой, что пробирает до мурашек.

— А даже если не получится, если ничего из этого не сработает… — Он