Пара для Дракона: Секрет Попаданки - Алекса Рид

Вейлор склонился ближе, его глаза горели холодным восторгом.— Превосходно. Превосходно! Пассивный резонанс активирован. Фиксирую стабильную генерацию поля.

— Что… что это? — выдохнула я, глядя на свои руки, на эти невозможные искры.Он выпрямился, снял очки (когда он успел их надеть?) и посмотрел на меня с тем же научным интересом, с каким рассматривал Амеля в клетке.— Это магия, Фрида. Точнее, её производная. Электромагнитная манифестация. Вы думали, что попали в чужое тело и просто существуете в нём? О нет. Это тело… оно уже принадлежало кому-то с даром. С очень сильным. Ваше появление, ваше сознание из другого мира, стало катализатором. Вы разбудили то, что спало.

Я смотрела на него, не веря.— Тело… той девушки… у неё уже была магия?— Именно. Она была носителем, и она им пользовалась. А вы… вы пришли из мира, где магии нет, вот и не знали, как ей пользоватся.

Он говорил ещё что-то, но я перестала слышать. Магия. У меня была магия? Той несчастной, в чьё тело я попала. Если у меня есть эта сила, пусть чужая, пусть непонятная… может, я смогу её использовать? Чтобы выбраться? Чтобы помочь Амелю?

Вейлор, словно прочитав мои мысли, усмехнулся.— Насчет использования силы… Не питайте иллюзий. Пока вы здесь, ваш дар под контролем. Видите эти обручи на ваших запястьях? Они не просто фиксируют. Они блокируют произвольный доступ к резонансу. Вы сможете проявить силу только в момент предельного стресса, когда блокировка слетает. Но мы это используем. Систематически.

Он кивнул, и серая тень у двери шагнула вперёд. Очередной тест? Нет. Меня отстегнули от кресла и повели обратно.

По дороге в мою камеру я снова прошла мимо Амеля. Он стоял там же, скованный сияющей паутиной. Его голова была поднята, глаз горел всё тем же холодным, яростным огнём.

Я кивнула ему, едва заметно. Он, кажется, понял, подмигивая мне в ответ, будто знал то, чего не знаю я. Или он так поддерживает?

В моей камере меня ждала Кларис. Она сидела в кресле у стены, элегантно закинув ногу на ногу, и листала какой-то журнал. При моём появлении она подняла глаза и захлопнула его.

— Как прошёл первый сеанс? — спросила она с лёгкой, отстранённой улыбкой.Я промолчала. Села на кровать, обхватив себя руками. Во мне всё кипело. И когда она уже собралась уходить, не дождавшись ответа, я не выдержала.

— Зачем? — спросила я, глядя ей в спину. — Зачем ты всё это делаешь? Ты же была его женой Амеля? Ты жила с ним. Видела, какой он… — голос сорвался. — Как ты можешь быть частью этого?

Кларис остановилась. Медленно обернулась. Её лицо было бесстрастным, но в глазах на секунду мелькнуло что-то…?— Ты думаешь, я злодейка? — спросила она тихо. — Или жертва обстоятельств? Ни то, ни другое.

Она помолчала, словно решая, стоит ли говорить. Потом, видимо, решила.— Я тоже попаданка, Фрида. Как и ты.

У меня отвисла челюсть.— Что?— Из твоего мира. Из Москвы. Меня звали Екатерина. — Она произнесла это с лёгким, едва уловимым акцентом, которого раньше я не замечала. — Я попала сюда… давно. Очень давно. И встретила Вейлора. Он предложил мне сделку. Я работаю на него, помогаю с… коллекцией. А он не сажает меня в клетку. Всё просто.

— Но Амель… — начала я.— Амель был заданием, — перебила она, и в её голосе впервые мелькнуло что-то похожее на эмоцию. — Я стала его женой не случайно. Мне нужно было быть рядом с драконом. Изучать его. Докладывать. Это всё, что тебе нужно знать.

Она отвернулась, направляясь к двери.— Не суди меня, Фрида. Ты не знаешь, что такое прожить здесь десять лет, зная, что в любой момент тебя могут сжечь за то, что ты не отсюда. Я выбрала выживание. Выбирай и ты.

Дверь закрылась. Я осталась одна.

Я сидела на кровати, глядя в стену, и переваривала услышанное. Кларис — попаданка. Екатерина. Она работала на Вейлора с самого начала. Их брак с Амелем был прикрытием. Амель даже не подозревал, что живёт с врагом под одной крышей. Или подозревал? Нет, не думаю. Он был слишком честен для таких игр. И теперь она смотрела, как его мучают, и не чувствовала ничего.

Я злилась. На неё, на Вейлора. Но больше всего — на себя. На свою беспомощность. У меня есть магия, но я не могу ею воспользоваться. Амель в клетке, но я не могу ему помочь. Том… чёрт с ним, с Томом. Но что я могу?

Мысли метались, как птицы в клетке. Нужно бежать. Но как? Стены гладкие, дверь без ручки, магия заблокирована, да даже не будь она заблокирована, как ей пользоватся? Такому меня в школе не учили….

Я легла на кровать, уставившись в белый потолок. Усталость навалилась неподъёмной плитой. Тело ныло после экспериментов, голова гудела. Глаза закрылись сами собой.

Не знаю, сколько я так пролежала. Может, час. Может, два. В этом белом безмолвии время текло иначе. Я уже начала проваливаться в тревожную дремоту, когда услышала это.

Сначала, далёкий, приглушённый гул. Более низкий, более мощный. Он нарастал. Вибрация пробежала по полу, заставив задрожать кровать. Я села, прислушиваясь.

Гул перешёл в оглушительный грохот. Стены содрогнулись. С потолка посыпалась белая крошка. Где-то совсем рядом, за моей дверью, раздался взрыв. Такой силы, что меня сбросило с кровати на пол. В ушах зазвенело. Перед глазами всё поплыло.

Я подняла голову. Дым. Густой, едкий, чёрный дым заползал под дверь, просачиваясь сквозь невидимые щели. Воздух стал горячим, обжигающим лёгкие.

Я попыталась встать, но мир качался. В голове шумело так, что я едва слышала собственные мысли. Дым становился гуще. Я закашлялась, закрывая рот рукавом. Глаза слезились.

И сквозь этот хаос, сквозь гул и треск, я услышала шаги. Тяжёлые, уверенные, приближающиеся к моей двери. Кто-то шёл сквозь дым, не обращая внимания на взрывы и крики.

Дверь дрогнула. Ещё раз. И ещё.— Ну давай, открывай-же! — Сам попробуй, думаешь это так легко? Послышались незнакомые голоса. А потом раздался оглушительный удар, от которого, казалось, рухнула вся стена. Дверь вылетела внутрь, с грохотом врезавшись в стену.

Глава 19 "Наша Фрида"

Дым ел глаза, в ушах стоял звон, а я всё ещё пыталась подняться с колен, когда в проёме выбитой двери началось светопредставление. Сквозь чёрные клубы проступили фигуры. Четыре. Я моргнула, протирая слезящиеся глаза.

Первым в комнату влетел высокий парень с острыми чертами лица и идеальной