Попала! Ошибка истинного - Мария Минц

И тут Феликс завопил.

– Нет!! Как это возможно?!! Я же перекрыл все пути из Междумирья!!

– Ты решил, что меня это остановит? – ответил ему абсолютно спокойный, чуть насмешливый голос, при звуке которого по телу табуном прокатились восторженные мурашки, а сердце заныло в сладкой истоме.

– Иштван! – вскрикнула я, немедленно распахнув глаза.

И чуть было не завизжала от радости: чуть поодаль действительно стоял Иштван Алдериан. За его спиной быстро вращалось, сжимаясь, ослепительно-белое кольцо, разбрызгивающее вокруг себя такие же белые искры.

Плохо было то, что между нами маячил Феликс вместе с Ханной. И, судя по их напряжённым позам и бешеным взглядам, которые они кидали на меня, так просто отдавать меня они не собирались!

Услышав мой голос, Иштван резко перевёл на меня. На его лице немедленно проступила такая тревога, что я вдруг поняла: всё это насмешливое спокойствие было напускным.

И тут же отчётливо почувствовала с его стороны волну дикого беспокойства за меня.

“Василиса,” – прозвучал в ушах его голос. В нём было столько тревоги и искренней заботы, что я чуть не разрыдалась, – “с тобой всё в порядке?”

Я честно прислушалась к себе.

“Всё хорошо!” – заверила я его, – “Только лежать связанной неудобно…”

Лёгкая улыбка скользнула по губам Алдериана, и я невольно залюбовалась на него.

“Я здесь,” – долетело до меня его короткое послание, – “я пришёл за тобой. Всё будет хорошо!”

Не знаю, как Феликсу удалось уловить наше мысленное общение. А может, он понял что-то по взглядам, которые Иштван кидал на меня.

– Я знал, что ты явишься за ней, Алдериан! – прошипел он с ликующим торжеством. Похоже, уже пришёл в себя после первоначального шока, – Только ты её не получишь! Она предназначена господину Гоножу, а с тобой я поквитаюсь сам! Ты ещё ответишь за сестру!

Словно в подтверждение его слов до меня донеслось новое буханье – на этот раз, оно прозвучало совсем рядом.

По телу пробежал спазм от страха, и я впервые подумала об элементарной вещи: я же пока не видела этого самого Гоножа! С ним так носятся, словно это что-то огромное и жуткое, но… справится ли с ним Иштван?

– НЕ СОМНЕВАЙСЯ В АЛДЕРИАНЕ, – вдруг прогрохотал в ушах такой знакомый голос Призрака, – ОН УЖЕ ОДИН РАЗ ПОБЕДИЛ ЭТУ ТВАРЬ! ОСТАЛОСЬ ТОЛЬКО ДОБИТЬ!

Иштван вздёрнул бровь и вместо ответа закатал рукава рубашки.

– Ради Василисы, – коротко сказал он, – я разорву в клочья десяток твоих Гоножей, Баттори.

Оглянулся вокруг и с усмешкой добавил:

– Только он что-то не торопится на нашу встречу.

И будто сглазил.

Глава 29

Всё вокруг содрогнулось, как от землетрясения. Стены шевельнулись, как живые, и мне показалось, что и всё остальное тоже пришло в движение.

Свежесть леса, витающая в воздухе, в одно мгновение превратилась в удушающий запах болота. Я закашлялась.

Феликс, стоящий около меня, торжественно воздел руки вверх и громко провозгласил:

– Господин Гонож прибыл!

И события понеслись с места в карьер, мелькая, словно во взбесившемся калейдоскопе.

Руки Феликса засветились, а сам он принялся выкрикивать какие-то странные слова:

– Айхве! Инградис! Сильмави!

Стены напротив моего каменного ложа дрогнули и принялись медленно раздвигаться. Иштван кинулся к Феликсу – явно для того, чтобы помешать ему и дальше выкрикивать всякую ахинею, но ему наперерез вдруг бросилась Ханна!

Я даже вскрикнуть не успела. Со сдавленным “господин Алдериан, вы наконец-то пришли!”, она нырнула прямо под ноги Иштвану. Он покачнулся от неожиданности, но вовремя притормозил.

Однако Ханну вообще ничего не смутило.

– Как я рада вас видеть! – завопила она и, исхитрившись, вцепилась ему в ноги.

Меня захлестнуло негодование. Вот зараза какая!

– Иштван! – вскрикнула я, – Осторожно! Она шпионка Феликса!

Ханна обернулась и метнула на меня уничтожающий взгляд. Но я не смутилась и вновь дёрнулась, пытаясь вырваться.

Тем временем стены раздвинулись настолько, что между ними уже виднелась полоса темноты – достаточно широкая, чтобы туда мог протиснуться взрослый человек.

Мне показалось, что в этой темноте что-то шевельнулось. Донёсся хриплый стон, как будто совсем рядом качалось и стенало сухое дерево.

Вот блин!

А Феликс продолжал читать свой речитатив. Теперь он размахивал руками, интенсивно качаясь на одном месте.

“Нашёл время делать зарядку!” – мелькнула в голове идиотская мысль, и я неуместно захихикала. Нервно и надрывно.

Иштван ловко отцепил Ханну от своих ног и отодвинул её в сторону. Наклонился над ней.

– Ханна, вы… – начал он, и я, не выдержав, крикнула ещё громче:

– Она шпионка Дахемского ковена! Пожалуйста, осторожнее!

Иштван поднял на меня глаза и улыбнулся так, что моё сердце немедленно ухнуло. Несмотря на кошмар, творящийся вокруг, я улыбнулась в ответ.

“Не волнуйся,” – прозвучал в голове его спокойный и уверенный голос, – “я знаю. Но она – по-прежнему моя студентка, и просто так я не могу её тут оставить”.

Он что-то шепнул ей, и Ханна замерла, загипнотизированно глядя на него. Иштван коротко мотнул головой в сторону, девушка поднялась и, быстро дойдя до ближайшей стены, присела и обхватила голову руками.

Стены раздвинулись почти полностью, из тёмного проёма вырвался вихрь ледяного воздуха. Я немедленно затряслась и застучала зубами… но тут же забыла об этом.

Потому что в проёме появилось нечто.

Оно было похоже на человека, но сплетённого из целой охапки гибких длинных ветвей. Они постоянно шевелились, как змеи, а в его голове горели два огромных зелёных глаза.

При взгляде на него меня обуял такой страх, что я, как Ханна только что, застыла на месте.

Без лишних объяснений стало понятно, кто это такой…

– Господин Гонож! – взвизгнул Феликс, отбросив всю ту чушь, которую только что бормотал, – Вы явились! Это я, ваш покорный слуга, постарался для вас! Я подготовил подарок…

И кинулся ко мне, уже протягивая руки и бормоча:

– Вот! Она вам понравится, господин! Ведь она…

Внезапно в грудь Феликса ударил сноп бело-зелёного огня, отшвырнув его к противоположной стене. Баттори с треском ударился об неё, поперхнулся, взвыл от боли и сложился пополам.

– Ты больше её и пальцем не тронешь! – голос Иштвана по-прежнему звучал ровно, но в нём чувствовалось скрытое пламя, которое нарастало с каждым биением сердца.

Он в два шага очутился рядом со мной и играючи, парой взмахов руками, разорвал мои путы, словно это