Беглянка в Звездной Академии Астрея - Полина Ордо

— Готовьте операционную, немедленно!

ГЛАВА 15

Тишина. Солнечный свет. Щеку грело.

Прикрылась правой рукой и нехотя открыла глаза. Окно, самое настоящее. Белые бумажные жалюзи колыхались от сквозняка. Пахло нагретым солнцем воздухом. А еще чем-то пыльным, горьким.

Провела ладонью по лицу, нащупывая ссадины и пару швов на щеке. Значит, осколками посекло все равно.

Затем коснулась плеча. Нащупала только повязку и больше ничего. Обезболили так, что даже онемения не чувствовала. Сглотнула и огляделась.

Медицинская палата. Рядом было еще несколько коек, но они пустовали. Попыталась привстать, но ничего не вышло. Слабость в теле никуда не делась.

Заерзав на подушке, опустила взгляд и схватилась пальцами правой руки за край простыни, которая была на мне сверху. Приподняла ее и зажмурилась: все все знают. Меньше всего мне этого хотелось, а теперь уже и бежать было бессмысленно.

Наверное, теперь стоило все рассказать отцу. Если, конечно, ему еще не сказали. Тяжелый будет разговор.

Двери открылись неожиданно. Я скосила взгляд и тут же вытаращила глаза. Ожидала увидеть врача, но, похоже, за мной наблюдали и теперь я наблюдала двух мужчин. Один, судя по форме, был военным дознавателем, а другой — офицер. Капитан? Наверное, да.

— Мисс Сорель? Вы можете говорить?

Дознаватель вышел вперед, сжимая в руках планшет. Я окинула взглядом мужчину и поморщилась. Но не от боли, скорее, от напряжения.

Мисс. Мисс Сорель. Как же это слух резало. Не курсант Сорель, а мисс. Теперь все со мной будут носиться как с хрустальной вазой. Потому что я женщина. Трибунал, правда, это не отменяло.

— Отлично. Тогда приступим, время не терпит.

Мужчины придвинули стулья и сели рядом с моей койкой. Я старалась смотреть поверх голов, в окно. Оттуда как раз было видно плац военной базы и самую малость, едва ли не край шаттла. Вряд ли нашего.

— Спрашивайте.

— Командор Дюваль и инструктор Бове арестованы. Их ждет трибунал.

Вот так поворот! Удивленно уставилась на дознавателя. Хмурый тощий брюнет с колючим взглядом карих глаз. Мужчина уже заполнял какие-то графы, даже не глядя на меня.

— Сокрытие таких данных, намеренное, это нарушение не только устава, но и законов империи. Командор Дюваль сказал, что это лично его инициатива. Он выбрал вас среди всех студентов, как самую перспективную. Назвал это своим “проектом”.

Слушала и обалдевала. От всего. От того, что командор Дюваль так… грубо врал, выгораживая меня. От того, что эта ложь сходилась с нападками Натана и его предупреждением, а, значит, он в чем-то был прав. От того, что вообще слышала это! Зачем Дювалю было делать это?

— Что вы скажете на это?

Сглотнула и промолчала. Пока меня ни в чем не обвиняли, я была полностью свободна, если это можно так назвать. Так почему чувствовала себя ужасно?

— Администрация Академии Астрея считает, что в этом есть свой резон. Командор Дюваль известен своими эксцентричными выходками.

— Что… что ему грозит?

— Значит, вы подтверждаете его слова?

— Нет, — нахмурилась и поджала губы. — Я спросила, что грозит командору Дювалю?

— Если вы подтвердите его слова? — дознаватель посмотрел на капитана, который за все время ни слова не проронил. — Лишение звание и тюремный срок. Он поставил под угрозу жизнь женщины.

Я закатила глаза. Дюваль-то? Под угрозу?

Никакого плана у него не было, он вообще меня бог весть в чем подозревал, пока внезапно не переменил свое решение. Не просто так он сказал, чтобы я к нему не приближалась… Потом что-то случилось. Что-то.

— Лютер Бове сказал, что намеренно покрывал этот обман. Знал о планах командора Дюваля и помогал ему в этом, — дознаватель слегка нахмурился. — Что вы скажете на это?

— Вы ждете от меня какого-то конкретного ответа?

— Да, потому что сговор двух и более лиц — это отягчающее обстоятельство. В этом случае срок будет больше.

Чтоб их всех! И Бове в благородство играл! Неужели я была не права, подозревая их?! Их всех? Я ошиблась? Так сильно? Выходит, Натан тоже ни при чем?

— Натан Клеман также находится под следствием.

— Послушайте… — я не выдержала и попыталась встать, но вышло не очень. Коряво завалилась на бок, натягивая простыню на самый нос. — Они все ни при чем и выгораживают меня. Никто из этих троих не знал про мой обман, пока… пока все случайно не вскрылось. Все произошедшее — моя вина.

— Вы же знаете, что даже попав под трибунал, отделаетесь отчислением и…

— Я знаю все это! — вспылила и зашипела, боль в плече усилилась. — Но, повторяю, никто об этом не знал. Я… Я подговорила брата и с его помощью оказалась в академии.

— То есть вы утверждаете, что в одиночку смогли обмануть всех и продержаться семь месяцев в обличии своего брата? При этом сдавали все зачеты и нормативы наравне со всеми? Так?

— Именно, — сухо подтвердила. — У вас есть сомнения?

— Только в том, что вы справлялись в одиночку.

— Командор узнал обо всем меньше месяца назад. И… И не выдал он меня, потому что я… я его шантажировала. Как и Лютера Бове. И Натана Клемана.

Врала так, что сама заслушивалась. Просто заливалась ложью, захлебывалась. И выходило гладко, ровно. Правда не могла понять, поверили мне или нет.

— Проблема в том, что все ваши показания… не сходятся. Это странно. Каждый упорно берет вину на себя. В таком случае сложно найти виновного.

— Во всем виновата только я. Они выгораживают меня.

Дознаватель замолчал и капитан впервые взял слово. Он долго слушал и теперь пришел к какому-то выводу. Приглаживая светлые волосы, буравил меня холодным взглядом. Какой-либо жалости или уважения он ко мне не питал, в отличие от того же дознавателя.

— Вот поэтому зачисление лиц женского пола строго ограничен. Вы выбрали наше учебное заведение по каким-то своим особым причинам, но теперь все расхлебывать именно нам, — мужчина тяжело вздохнул и потер переносицу. — Чудовищный скандал и удар по репутации. И все прямо во время учений!

— Простите, сэр… Вы пришли меня допрашивать или предлагать какой-то выход?

— Пока я выхода из такой ситуации не вижу. Даже если ваши слова правда, все трое понесут наказание.

Выдохнула, лихорадочно соображая. Мужчина ни на что не намекал, даже наоборот, злился от растерянности. Потому что выход найти не мог. Зато у меня в голове родилась идея. Довольно безумная, по своей сути, но… Это был шанс все узнать, убедиться, враги они или друзья?

— Сэр… Могу я предложить свой вариант? Только вы будете обязаны мне предоставить личные дела всех