Неприятности по обмену, или Магическая интеграция - Екатерина Сергеевна Богданова

Пришлось подойти и сесть на галантно отодвинутый ректором стул. Алистер убедился, что я комфортно устроилась, обошёл стол и уселся напротив. Педантично развернул салфетку, окинул взглядом стол и как ни в чём не бывало произнёс:

— Приятного аппетита, дорогая.

Я ошарашено уставилась на него, продолжая сидеть со сложенными на коленях руками.

— Ты не голодна? — светским тоном поинтересовался ректор, заметив, что я и не думаю приступать к ужину.

— Боюсь, после этого вашего «дорогая» мне кусок в горло не полезет, — пародируя его вежливый тон, ответила я.

— Привыкай, — снисходительно улыбнулся он.

— Ик, — демонстративно произнесла я.

— Водички? — предложил Алистер.

— Спасибо, вдоволь нахлебалась! — рявкнула в ответ… с вежливой улыбкой.

— Вина? — продолжил «ухаживать» ректор.

— Может, хватит издеваться⁈ — выпалила, вскочив из-за стола. — С каких это пор я для вас «дорогая»? Неужто, моё присутствие вам так дорого обходится⁈

— Сядь, — тихо произнёс Алистер.

Но я заметила, как он с силой сжал в руке вилку. Вилка погнулась…

— И чего кричать? Могли бы нормально объяснить, что голодны, — проворчала, усаживаясь за стол и изображая живейший интерес к содержимому своей тарелки.

— Я действительно голоден, Рина, — чуть оттаяв произнёс дракон. — Противостояние инстинктам требует больших энергетических затрат. Но проблема не в этом.

— А в чём же? — предельно вежливо и спокойно поинтересовалась я.

— Мне нужно немного времени, чтобы… подобрать правильные слова, — поморщился он.

— И вот я опять в ужасе, — прошептала, со звоном опустив вилку на край тарелки.

— Я чувствую, — опять поморщился ректор.

— А вы можете хотя бы на время разговора отключить эту повышенную чувствительность к моим эмоциям? — спросила с надеждой.

— Но тогда я не буду знать, когда стоит остановиться и… подобрать другие слова, — заявил Алистер.

— Знаете, в моём мире люди как-то общаются и без детекторов эмоционального состояния собеседника, — проговорила задумчиво. — И представляете, понимают друг друга, и даже как-то находят общий язык.

— Не думаю, что наш с тобой случай относится к обычным, — криво усмехнулся ректор.

— Это да, — вздохнула я, ковыряя вилкой содержимое тарелки. — И какой же у нас с вами повод случился?

То, что это купание в бурлящем бассейне мне аукнется, я уже поняла, но пока чувствовала себя как обычно. Никаких физических проявлений не было. На счёт эмоционального состояния я бы сейчас не рискнула судить, слишком испугана и взволнована. И тот факт, что Алистер тянет время, только ещё больше нервировал.

— Надеюсь, вы не заразили меня своим… драконством? — спросила с усмешкой. — В смысле, я не начну обрастать чешуёй и когтями.

— Нет, — засмеялся ректор. — Моё, как ты выразилась, драконство не заразно. Драконом можно только родиться.

— И то хорошо, — выдохнула я с заметным облегчением.

— Но наше совместное купание всё же имело большое значение, — продолжил он, и я задержала дыхание.

Ну всё, сейчас он скажет что-то, вроде «Извини, Рина, но теперь тебе придётся служить мне до самой твоей смерти, потому что ты продала мне душу». Или вообще обрадует, заявив, что я отравилась испарениями из того сомнительного бассейна и умру во цвете лет, мучаясь в агонии.

— Да скажите вы уже! — не выдержала затянувшегося молчания. — Как есть скажите! Потом правильные слова подбирать будете, если у меня истерика от услышанного начнётся. Или опять сверкнёте глазами и вырубите меня, чтобы не докучала излишне эмоциональной реакцией!

— А это имеет смысл, — задумчиво протянул Алистер, явно имея в виду моё последнее предложение.

— Ну и?.. — протянула я, «предвкушая».

— В общем так, Рина, — отложив вилку и отпив сразу половину содержимого бокала, проговорил ректор, — ты застала меня в купальне в тот момент, когда я пытался совладать со своими драконьими инстинктами. Видишь ли, драконы не просто редки в Магистаре, мы, можно сказать, вымирающий вид. Почему так произошло, я расскажу тебе позже, если захочешь. Нас осталось очень мало, а каждый вид магических существ… об их разнообразии я тоже расскажу, если тебе интересно. Так вот, каждый вид магических существ ценен для мироздания и поддерживает его в стабильном состоянии. В виду этого Магистар озаботился спасением драконов от полного исчезновения.

— А можно как-то покороче? — взмолилась я. — Я потом с радостью выслушаю лекцию по спасению вымирающих видов, а сейчас переходите уже к сути.

— Я и перехожу, — раздражённо ответил… вымирающий, но выглядящий вполне себе живенько дракон. — Магистар озаботился спасением драконов и ограничил наши возможности к… выживанию теми, кто идеально подходит для каждого дракона индивидуально. Проще говоря, мы чувствуем тех, с кем идеально сочетаемся в физическом, эмоциональном и энергетическим плане. И, почувствовав сочетаемого партнёра, наша драконья суть, скажем так, просыпается. Она… слегка выходит из-под контроля и начинает подталкивать нас к паре.

— Только не говорите этого, не говорите, пожалуйста! — взмолилась я.

— Моя сочетаемая пара это ты, Рина, — проигнорировал мою мольбу Алистер.

— Вы что, размножаться со мной собрались⁈ — взвизгнула я, опять вскочив из-за стола. — Я что, беременна драконёнком⁈ Ой мамочки! Вы же рептилии! Я что, яйцо отложу⁈ А потом высиживать его буду⁈

Дракон уставился на меня с непередаваемым выражением лица, а потом просто нагло расхохотался.

— Успокойся, Рина! — сквозь смех произнёс он. — Ты не беременна. И уж тем более не будешь откладывать яйца. Как ты себе это вообще представляешь?

И он опять начал хохотать.

— Сейчас ударю, — пробурчала я.

— Извини, извини, пожалуйста, — стараясь успокоиться, проговорил ректор. — Просто я и предположить не мог, что у тебя настолько богатая фантазия. Присядь, пожалуйста, я всё объясню.

— Точно не беременна? — сощурившись спросила я, садясь за стол.

— Точно, — улыбнулся Алистер. — Во-первых, драконы магические создания. В физическом плане мы такие же люди, как и все остальные, обращаться нам помогает особая магия, которая проявляется только годам в пять. Так что, размножаемся мы вполне естественным путём. Но для того, чтобы у наших детей проявилась та самая редкая магия, необходимо особое сочетание энергетических полей родителей.

— Да не буду я с вами размножаться! — возмутилась я.

— И тут мы переходим к «во-вторых», — заявил ректор. — И, собственно, во-вторых, наше совместное купание было своего рода обручением. Разделив со мной огненную воду, ты… скажем так, дала согласие дракону во мне на активные действия. Это, конечно же, не имеет никакой правовой силы, но связь между нами стала сильнее. Магистар отметил тебя, как мою пару.

Я из всего услышанного зацепилась за самое главное — никакой правовой силы!

— Так юридически я вам ничего не должна, правильно? — спросила сощурившись.

— Не должна, — кивнул он. — Но…

— Вот только нужно этих «но», — помотала я головой. — Хватит, наслушалась!

И начала остервенело есть, заедая стресс. В гробовом молчании приговорила вкусное, между прочим,