Его строптивое счастье - Анна Мишина

— Как дела у вас? — спрашивает девушка.

На этот раз молчат оба.

Я лишь качаю головой. Выезжаю с парковки и ставлю себе на заметку переговорить с ними еще раз. Зачинщица Лика, это понятно. А Лука просто не может не поддержать сестру.

В квартиру входим в полной тишине. Словно кто-то умер. Дети раздеваются быстро и скрываются в своей комнате. Настроение Яры поугасло.

— Игрушки, — подаю ей пакет. — Подари им. Думаю, они обрадуются, — подталкиваю ее по направлению детской.

— Я уже не уверена, — сомневается.

— Более того, я тебе скажу, — прислоняюсь к стене сложив руки на груди. — Это тебе не надо. Сближаться с моими детьми…

Она вырывает пакет у меня из рук и уходит к ним. Я замираю. Что вообще происходит? И иду следом. Дверь не закрыта, прислушиваюсь.

— О, спасибо, — звучит голос Луки.

— Лика, — зовет ее Ярослава. — Это тебе. Мне кажется, она в магазине была самая красивая, — ее голос пропитан теплом. Осторожно выглядываю из своего укрытия.

Дочь внимательно рассматривает коробку с куклой. Вижу, что понравилась. Но она не торопится подойти к Зарецкой. Упрямая девчонка. Что случилось с ней, не понимаю.

— Оставьте игрушку, Лика обязательно ее возьмет, — заговаривает Лука. — Просто она… — и что-то шепчет на ухо Яре.

Та кивает и оставляет коробку на кровати. Выходит из комнаты.

— Я ей определенно не нравлюсь, — вздыхает Яра, заметив меня.

— Уверен, она изменит свое решение, — предполагаю.

— Я жутко хочу есть. Будем ужинать? — натягивает улыбку.

— Пойдем посмотрим, что можно придумать, — зову ее на кухню.

Ярослава

Пока Макс варит спагетти и делает мясную подливу для них, я сижу за столом и пью какао. Вкусное, горячее и сладкое. В голове все мысли потихоньку успокаиваются и мне становится спокойно.

Поглядываю на Туманова. Почему же мне так хорошо? Внутренне так спокойно, что хочется улыбаться, как дурочке. Саша никогда не готовил, даже просто для меня. Проще ткнуть в телефон пальцем и заказать доставку.

— Ты всегда готовишь? — спрашиваю, а потом понимаю, что я действительно это спросила вслух.

— Редко, — оборачивается. — Чаще я за рулем, — продолжает помешивать лопаткой в сковороде. — Обычно у нас няня готовит.

— О, у вас есть няня, — удивляюсь. Я об этом не знала. — Она с детьми ладит? — снова из меня лезут ненужные вопросы, хочется прикрыть рот ладошкой и не ляпать ерунду.

— Да, дети ее любят, — отвечает.

А мне это не нравится. Даже как-то обидно. Хотя внутренний голос говорит, что мне это не надо. Почему я так хочу понравиться его детям? Зачем оно мне? Я на днях вернусь к себе и все. Продолжится игра в водителя для богатой девочки.

— Она молодая? — теперь я точно закрываю рот ладонью и закрываю глаза.

— Что? — Макс оборачивается и смотрит на меня странным и нечитаемым взглядом.

— Ничего, — мотаю головой и допиваю свое какао.

— Молодая няня? Тебя это правда волнует? — на его губах появляется плутоватая улыбочка.

— Я не это имела в виду, — начинаю оправдываться, чувствуя, как пылают щеки. Глупо как вышло.

— А что ты имела в виду? — его бровь изгибается в дуге.

— Ничего, — отмахиваюсь и утыкаюсь взглядом в чашку.

— Алла Васильевна няня детей. Она подруга моей мамы, примерно в том же возрасте. Не молодая, можешь не волноваться, — снисходительным тоном выдает мне информацию.

— А я и не волнуюсь, — чувствую себя идиоткой.

— Вот и хорошо. Ужин готов. Позовешь детей? — просит он, а я не знаю, как поступить. Потому что я не боюсь их, нет, боюсь реакции. Особенно Лики.

— Позову, — соглашаюсь, на что Макс кивает с улыбкой и принимается раскладывать еду по тарелкам, а я выхожу из кухни, направляясь в детскую.

–...ну и что, что красивая, — звучит голос Лики.

— Тебе же она понравилась. Ничего плохого не случится, если ты будешь ею играть, — говорит Лука.

— Тогда она подумает, что я приняла ее, — отвечает Лика обиженно.

Я выглядываю чуть-чуть, чтобы увидеть девочку. Она держит куклу в руках, разглаживая ее волосы. Понравилась и это меня радует. Я в детстве тоже любила подобных кукол.

— Лика, ну папа же тебе сказал, что как ей станет лучше, она уедет. Что ты так переживаешь? — я и сама об этом сказала Максиму. Наверное, мне действительно нужно оставить их. Не хватало, чтобы Макс еще и с детьми ругался из-за меня.

— Тук-тук, — стучу в дверь и заглядываю в комнату. — Там ваш папа ужин приготовил, зовет вас, — натягиваю улыбку.

— Мы идем, — отвечает Лука, Лика же, откинув куклу на кровать, отворачивается.

— Я не пойду есть, — пробубнила девочка.

Так, вот только бойкота мне не хватало.

— Лука, можешь нас оставить одних? — прошу мальчишку и он, посмотрев на сестру, все же выходит из комнаты.

Я присаживаюсь на край кровати мальчика, разглядываю Лику. Только сейчас понимаю, что Лука похож все же больше на отца. А вот Лика со своими светлыми глазками, видимо, больше похожа на свою маму.

— Я не хочу вам мешать, — заговариваю первой. — И ты не подумай, я не собираюсь у вас задерживаться. Ты хозяйка и мужчины твои, я не претендую на них, — кажется, я понимаю, что девчонка ревнует ко мне своих родных.

— Я хочу, чтобы ты уехала, — заявляет она, задрав нос, уверенно смотря на меня.

— Обещаю, завтра же я уеду, — говорю, а внутри все сворачивается в тугой узел от обиды. Не понимаю, что я не так сделала. Ведь у нас даже отношений нет с Максом, чтобы ревновать.

— Хорошо, — отвечает и, прошагав мимо меня, выходит из комнаты, оставив меня одну.

Немного посидев, понимаю, что выхода другого у меня нет.

Ужин проходит за болтовней детей. На удивление Лика улыбается и трещит без умолку. Почувствовала, что я не представляю угрозы для нее?

А после ужина, сославшись на плохое самочувствие, ушла в комнату. Легла. Во всем теле поселилась дикая слабость. Что со мной происходит?

Закрыла глаза и попыталась отвлечься. В итоге провалилась в тревожный сон.

Мне снится мама. Я вижу ее, но дойти до нее не могу. И зову во всю глотку, а она не слышит. Хотя и оборачивается, смотрит на меня. Но будто находится за толстым стеклом. Садится в свою машину и уезжает.

И я чувствую, что это ее последняя поездка. Та самая.

— Яра, — мужской голос врывается в мой сон. — Яра, проснись.

Открываю глаза, встречаясь с тревожным взглядом Максима. Он укладывает свою теплую ладонь на мой лоб.

— Температуры нет. Я думал, что у тебя жар и ты в бреду, — садится рядом на кровать и внимательно на меня смотрит.

— Мне