Заперты в люксе. Босс моего жениха - Ксения Фави

Потом еще совместный обратный перелет.

Почему это не произошло в столице? Я бы просто сбежала. Хотя от воспоминаний не сбежишь.

А я уверена, что эту ночь я не забуду. Черт!

— Я уже хотел идти тебя искать, — говорит Макс, когда прихожу на кухню.

Он тоже с влажными волосами. В шортах и с голым торсом. Поворачивается от плиты.

— Все в порядке, — делаю голос, как можно более спокойным, — что-то готовишь? Моя очередь…

— Я помню, что ты не любишь этим заниматься. Решил сделать яичницу, потому что есть на завтрак щи как-то не хочется.

Усмехается. Вот у кого спокойное и легкое настроение.

— Мм… Пахнет вкусно.

— Скоро будет готово, — Шульгин снова улыбается, — я открыл окно, здесь жарко. И кондей на кухне накрылся походу давно.

Арина говорила, что никак не доходят руки вызвать мастера. Их домработница все равно никогда кондиционер не включает, боится простыть.

Вот Макс и не надел майку.

Черт, ну что в конце концов такого! Я видела каждый его сантиметр. И кое-что поинтереснее спины.

— Тебе сделать кофе? — подхожу к кофемашине.

— Да, американо. Спасибо.

— Угу.

Надо чем-то занять себя. Хороший настрой Максима уже начинает раздражать.

Почему я не могу так же?

Хотя… Ответ, наверное, очевиден. До него у меня был всего один партнер. А такого секса… Такого секса у меня вообще никогда не было. И я совсем не про то, что он без обязательств. А про… Про то, насколько он шикарный, черт побери!

Для Шульгина же… Это просто эпизод. Каких было и будет много. Ну пусть у него не сотни и тысячи женщин. Но опыт все равно достаточный. По-другому не может быть. Да и проявила я себя уж точно не как-то шикарно.

Он был возбужден, да. Я казалась ему чем-то необычным…

— Мне американо.

Раздается над ухом. Моргаю. Хватит уже фантазировать.

— Сейчас, — киваю, — капучино буду я.

— Правильно, сначала кислородную маску себе, — посмеивается.

— Чего?!

Хмурюсь. Но тоже с улыбкой.

Все-таки он классный. Блин.

— Яичница только с помидорами, — сообщает Макс, деля содержимое сковороды на две тарелки, — бекона нет. Я не знаю, сколько бы заняла доставка сюда. Как и магазины поблизости.

— Так даже лучше, — морщу нос.

— А я беконом бы с удовольствием закинулся.

— Ничего, в обед тебя ждут наваристые щи.

Смеемся оба.

Сама не верю, что мы вот так легко общаемся. Но может, так и надо? Ведь что в конце концов стряслось?

Я не была девственницей. Макс не признавался мне в любви. И ни к чему не принуждал. Мы оба очень захотели друг друга.

И занялись сексом. Всё. Точка.

Внутри у меня, конечно, не все так просто и легко. Может, хотя бы сыграть это снаружи?

Думаю про это, глядя в тарелку. Поднимаю глаза и вдруг натыкаюсь на серьезный взгляд Максима. Зависаю.

Так же серьезно он говорит мне:

— Поешь.

Усмехаюсь немного грустно. Киваю.

— Спасибо.

После завтрака Шульгин сообщает, что ему надо пересечься с одним полезным человеком из местной администрации. Они договорились несколько дней назад.

Обещает к обеду вернуться.

А я? Радуюсь передышке или уже начинаю скучать? Внутри сейчас такая неразбериха!

Во всяком случае прощаюсь с ним спокойно. Вроде. Обещаю звонить, если что. А на деле, только за Шульгиным закрываются ворота, я звоню Галке.

— У нас был секс! Два раза!

— И тебе доброе утро…

Галчонок у нас далеко не жаворонок. А в отпуске и у родителей наверняка дрыхнет до обеда.

И я совсем забыла про разницу во времени между Сибирью и центральной частью нашей родины. Сколько там у нее сейчас? Часов семь?

— Извини, что разбудила…

— Да брось! Вы переспали с Шульгиным?!

Кое-кто, наконец, проснулся.

— Ага… Теперь не знаю, что делать. Мы позавтракали, все вроде нормально… Обычно… Но разве так должно быть? Или не должно?

Не хочу напоминать, но у Гали был опыт случайного и крышесносного секса. Как она вела себя наутро?

— По крайней мере, ты проснулась не одна.

Ясно… Опыт Галки мне не поможет.

— Мы в командировке, — напоминаю, — но как будто ничего… не изменилось.

— Ты хочешь с ним отношений?

Галя — метр с кепкой и светлые глаза-блюдца. Но иногда может пригвоздить одной фразой. Конкретная.

— Й… я? — заикаюсь.

— Ты бы хотела, чтоб у вас завязался роман? Серьезные отношения? Расстаться с Юрой?

Я аж сажусь на кровать.

— У меня серьезные отношения с Максимом Шульгиным?

— Именно, — так и вижу, как Галя кивает, — хочешь стать его официальной пассией?

— Пассией? — морщу нос. — Галь, ты переобщалась с мамой.

— А если ты этого всего не хочешь, — подруга не смущается, — так чем тебе плохо, как есть? Или ты хочешь с ним связь только ради секса? Если что, я тебя не осуждаю.

В голос подруги пробираются хитрые нотки. Ну наконец вернулась моя Галка.

Впрочем, ее отрезвляющие вопросы так и звучат в ушах.

Связь ради секса… Стать официальной девушкой Шульгина. Не знаю, что звучит более сумасшедше.

— Не факт, что он хочет со мной какую-то связь.

Увиливаю от ответа? Может быть. С другой стороны, разве я не права? Какая разница, что я хочу, если мне не поступит никаких предложений.

— Да, такие мужчины, конечно, пресыщены… — на этот раз подруга со мной соглашается. — Ты только не жалей ни о чем! Будет хуже.

— Как можно о таком жалеть?.. — выдыхаю искренне.

— Он хорош? — снова с любопытством. — В постели господин Шульгин не холоден?

— Не-ет! — смеюсь. — Далеко, нет.

Галя вздыхает, как будто ей сейчас придется сказать что-то, что она сама не хочет говорить.

— А Юра? Вы созваниваетесь?

Теперь вздыхаю я.

— Редко. У них с отцом большая стройка. Так что у него или рядом кто-то есть, или он дико уставший. Но переписываемся регулярно.

— Фотки кидала ему?

— Да… — вздыхаю еще тяжелее. — Мне не нравится ему врать, но я хочу, чтобы все было спокойно, пока мы не вернемся. Юра тихий, но вдруг наделает глупостей? В первую очередь, опасных для него самого.

— Ты его любишь?

— Мне больше интересно, любила ли я его когда-то.

Говорю тяжелую правду. Подруга не комментирует.

— А вообще он хочет о чем-то поговорить, когда я вернусь, — продолжаю, — вдруг сам предложит расстаться?

— Тогда ты можешь не рассказывать про измену?.. — Галя робко предлагает. — Ну, для общего спокойствия.

— Посмотрю… — морщусь. — В любом случае я не хочу Юре зла.

Не говорю вслух, но еще я волнуюсь за Максима. Глупо? Да, возможно. Но вдруг Юре взбредет в голову как-то разобраться с Шульгиным.

И