12 правил, чтобы не влюбиться - Сара Нэй

расширились от шока, его – от удовольствия, и я наконец взглядом скользнула вниз по его мощной согнутой двигающейся руке. Красные сетчатые спортивные шорты спадали ему на лодыжки, а ладонь обхватывала по всей длине…

– О боже мой!

Я быстро оглядела его, чтобы увериться. Да. Себастиан Озборн мастурбировал в ванной комнате, а я просто сходила в туалет в полуметре от него.

Теперь, когда я увидела его внизу, я не могла это забыть. И если честно, то и не хотела.

Себастиан

– О боже, Оз, какого черта ты делаешь! – чересчур громко возмутилась Джейми. Она с ужасом вылупилась на меня, тайком бросая взгляды на мою мерно двигавшуюся ладонь.

Дважды.

Трижды.

– Я думаю, что довольно очевидно, что я делаю, – проворчал я, каждый раз прерываясь с движением руки. – И вообще, это ты во всем виновата.

– Я виновата?! – Она так и стояла как вкопанная возле раковины, с ее рук стекала вода. – Ты мастурбировал, пока я была тут, чертов извращенец! Да что с тобой не так?

– Может, тебе стоило подумать обо всем этом до того, как ты разделась до тонкого белья и возбудила меня своей гладкой промежностью.

– Я-я… что…

Еще раз медленно проведя вверх и вниз, я закрыл глаза и пробормотал:

– Все в тебе возбуждает меня. Я, блин, не знаю, в чем моя проблема. – Черт возьми, это так приятно. – Господи, Джейми, дверь же была закрыта. Кто еще, по-твоему, мог тут быть?

– Э-э… Ты не запер ее, придурок! К тому же сейчас час ночи! Я думала, ты в постели!

– Я был там. А теперь уже нет.

Ее взгляд снова опустился на то, что я держал в руке. Я двинул рукой еще один раз, пока она смотрела, и издал удовлетворенный стон, сжимая его в кулаке.

– Ты мне отвратителен.

Такая очаровательная маленькая лгунья.

– Неужели? Тогда почему ты… уфф, даа… – Я тяжело вздохнул. – Почему ты все еще стоишь здесь? Тебе это нравится, не так ли?

Черт, раньше я никогда не увлекался эксгибиционизмом, но то, что она смотрела, как я передергивал, заводило меня все больше и больше. О господи, маленькой дьяволице это определенно понравилось!

Прошло еще несколько секунд, прежде чем она опомнилась и выскочила из ванной, с грохотом захлопнув за собой дверь. Дверь заскрипела на петлях, но я не слышал, чтобы Джейми ушла. Вместо этого я услышал звук, словно кто-то прислонился к двери. Еще через несколько секунд этот кто-то прочистил горло:

– Э-э… Оз?

Я продолжил медленно двигать рукой под звук ее голоса, закусив нижнюю губу:

– Да?

Я сдерживался, чтобы не добавить «детка». Мне кажется, она бы это не оценила.

Еще одно движение рукой. О боги… Я был так близко к тому, чтобы кончить.

– Прости, что ворвалась к тебе.

Я судорожно вдохнул, чтобы контролировать свою интонацию, ведь от одного звука ее голоса… кхм.

Каким-то образом я вновь обрел дар речи:

– Ты уверена? Потому что я не сомневаюсь, что ты захочешь посмотреть еще… О черт, это так приятно.

До меня донесся приглушенный звук ее затрудненного дыхания, и я представил, как она, прижавшись лбом к прохладной двери, слушает.

Она слушала, как я мастурбировал, – я, блин, просто это знал.

– Скажи что-нибудь.

Запинаясь, она ответила:

– Правило номер семь. Не мастурбировать в ванной.

– Джейми? Изменим правило номер семь: не мастурбировать при свете с открытой дверью – и договорились.

Не в силах больше сдерживаться, я застонал.

– Хорошо.

Тишина стала почти оглушительной, и наконец я услышал, как она ушла.

– Хорошо.

Я кончил в полутемной ванной. В одиночестве.

Глава 17

Джейми

Либо ты завел у себя в комнате собаку, либо привел домой девушку. По тем странным звукам оттуда сложно сказать, кто именно там у тебя.

Я не могла заснуть и не сомневалась, что он тоже. А еще я была уверена в том, что он стонал мое имя. Себастиан стонал мое имя… но последнее, что мне нужно, это быть порнозвездой в ночных фантазиях какого-то качка.

Матрас прогнулся под тяжестью его тела, когда он придвинулся поближе ко мне и позвал:

– Эй, Джейми?

Мне нравилось, как он шептал мое имя. Я повернулась на его голос в темноте, который прозвучал всего в паре сантиметров от меня. Делить кровать было, вероятно, ужасной идеей, но пути назад уже не было. И это куда лучше, чем если бы кто-то из нас спал на пропитанном разными выделениями полу отеля. От одной лишь мысли о том, что могло быть на ковре внизу, у меня по коже побежали мурашки.

– Да?

Его голос дрогнул, когда он задал вопрос:

– Почему ты все-таки позволила мне поцеловать тебя в библиотеке? Только честно.

Это был хороший вопрос, о котором я не прекращала думать с тех самых пор. Я мысленно перебрала в уме причины, которые могла бы назвать ему прямо сейчас. Я могла бы сказать, что это было из-за денег (которые мне не нужны). Я могла бы сказать, что мне стало жаль его. Я могла бы сказать ему, что это была благотворительная акция.

Вместо этого я сказала правду:

– Мне было любопытно.

– Любопытно что?

– Я никогда раньше не целовала таких, как ты.

– Что ты имеешь в виду?

Я практически на физическом уровне ощутила, как он довольно улыбнулся. Этот мерзавец злорадствовал.

Он ведь и сам знал ответ. Просто самоуверенный придурок хотел услышать, как я произнесу это вслух. Не то чтобы я его не понимала. Разве не всем нам нравится слышать приятное о себе? Комплименты. Лесть. Даже великолепные красавцы не являются исключением.

– Ну, я не шутила, когда сказала, что ты не в моем вкусе, – сказала я в его сторону. Было так темно, что я еле могла разглядеть его на кровати. – Парни, с которыми я встречалась, обычно менее…

– Горячие?

Да.

Я бесшумно вздохнула:

– Нет. Я не это хотела сказать.

– Менее накаченные?

Да.

– Нет. Они обычно менее…

– Популярные?

Да.

– Ты перестанешь меня перебивать? Хотя постой-ка. Ты только что назвал себя популярным? Ты ведь помнишь, что мы уже не в школе, да?

– Детка, если ты думаешь, что я крутой сейчас, то ты бы была по-настоящему впечатлена тем, каким крутым я был в старшей школе. Я был просто нереален.

Я не усомнилась в этом ни на секунду. Закрыв глаза, я представила себе Себастиана Озборна в старшей школе: высокий, самодовольный, писаный красавец. Если бы мне пришлось гадать, я бы предположила, что он, вероятно, переспал с кучей девушек на заднем сиденье родительской машины с девятого класса, завоевывал медали и трофеи за первое место по борьбе уже в десятом классе. И следующие пару лет его никто не мог победить. Отсутствовал на выпускном, чтобы участвовать в региональном турнире по борьбе…

Ладно. Возможно, я случайно облазила весь интернет в поисках информации про него.

Совершенно случайно.

И нет, там ничего не было про то, как он занимался сексом – эту часть я выдумала.

– Я никогда не говорила, что считаю тебя крутым, – рассмеялась я и, зарывшись в одеяло, поежилась. – Крутой. Так вообще еще говорят?

Из темноты донесся насмешливый голос Оза:

– Крутой или нет, но я бы уже точно поимел тебя, если мы были в старших классах.

Он это серьезно? Слава богу, свет был выключен, потому что мои щеки раскраснелись, и я почувствовала, как жар спустился к моей шее. Я укуталась в одеяло еще сильнее и сказала:

– Хм, нет, у тебя