Таверна «Лапы и хвост» 2 - Александра Шервинская

– Я с Кешей, – голубые глаза Ори потемнели от решимости, – вы же понимаете, что с ним мне ничего не грозит? Он сможет меня защитить от любого хищника. Правда?

– Кеша может, – кивнул кубута и на всякий случай стукнул себя пудовым кулаком в грудь, – Ори не надо бояться.

С этими словами Кеша легко подхватил Ори и посадил к себе на плечо. Мы с Марчелло даже сказать ничего не успели.

– Абу! – неожиданно позвал капитан, и, как ни странно, из веток высунулась рыжеватая морда кубуты. – Абу, ты можешь взять меня и пойти вместе с Кешей? И Хэма позови, – добавил он, заметив, что я нахмурился, – вместе оно надёжнее будет.

– Вы куда? Мэтью!

Матушка переводила удивлённый взгляд с одного кубуты на другого и явно пыталась понять, что здесь творится.

– Сейчас, Шарлотта, – попытался успокоить её Марчелло, – быстренько решим вопрос и сразу обратно. Смотри, какие у нас защитники, – тут он кивнул в сторону трёх кубут, – разве с ними можно чего-нибудь бояться?

– Чего-нибудь?! Да их самих!! Святая Бенедикта! Да что же творится-то?! – воскликнула баронесса Даттон, понимая, что её представление о моём пребывании в поместье стремительно меняется.

– А я говорил тебе: дождись меня, вместе отправимся, – попенял я матушке, поудобнее устраиваясь на плече Хэма, – но ты решила нанести нам внезапный визит. Теперь не жалуйся.

– Виктория! Ладно они – мужчины, у них в голове ветер и желание произвести впечатление! Но вы куда?! Вы же баронесса!

– Я очень неправильная баронесса, – засмеялась Ори, – вы не волнуйтесь, мы скоро вернёмся. Если бы там было опасно, Кеша нас бы туда не пустил. А с вами останется Леонтий, он поможет, если что. Для этого просто скажите ему, что нужно, он прекрасно понимает человеческую речь.

Из травы тут же высунулась любопытная мордочка Лео, после чего матушка закатила глаза и плавно опустилась на ступеньки крыльца, успев шепнуть:

– Это же мышь!

Пока я соображал, как правильнее будет поступить, Лео ткнулся носом в лицо баронессе, прислушался и махнул нам лапкой.

– Идите, с ней всё в порядке, – сообщил он, – полежит немножко и всё. Кари сейчас водички принесёт. Родриго! Останься с нами, а то она же нас не понимает…

– Останься, пожалуйста, – попросил орла Марчелло, когда тот перевёл ему слова номта, и было в голосе капитана что-то такое, что даже скандальный Родриго молча кивнул и перелетел поближе к лежащей в обмороке баронессе Шарлотте.

Я, конечно, тревожился за матушку, но где-то в глубине души был даже рад, что так всё получилось: будет ей урок. Иногда бывают ситуации, когда инициатива в прямом смысле этого слова наказуема. Не дождалась меня, решила сама посмотреть: ну тогда не надо жаловаться, что ожидания не совпали с действительностью.

Пока я думал, кубуты уверенно ломились сквозь густой подлесок, но при этом умудрялись двигаться как-то так, что нас ветки практически не задевали. Нет… катание на кубуте однозначно надо включить в программу! Причём заранее договориться с Кешей и компанией, что с гостями можно иногда и поиграть. Так, слегка, чтобы впечатлений осталось побольше, а желания повторить – поменьше.

Гирбат оказался не таким здоровым, как мне представлялось, а может, это по сравнению с кубутами он казался относительно небольшим. Густая шерсть, висящая странными неопрятными клоками, короткий, но мощный хвост, лапы с внушительным набором острых когтей и абсолютно не гармонирующие со всем остальным острые ушки с забавными кисточками.

Роль переговорщика на себя взял Кеша, так как ни Ори, ни я даже представления не имели, как надо разговаривать с гирбатами. Хэм и Абу встали чуть позади своеобразной группой поддержки.

– Я Ууаооых Балу Кеша, – внушительно произнёс наш кубута, бухнув кулаком по груди, – кто ты и зачем пришёл? Тебе нужна еда?

– Нет, – гирбат издал звук, напоминавший презрительное фырканье, – я могу охотиться сам. Мне не нужно давать еду. Я сам её беру.

– Тогда зачем ты здесь?

Я увидел, как Ори что-то шепнула на ухо кубуте, и тот кивнул.

– Договор. Обмен.

Гирбат внимательно посмотрел на Ори, потом на нас с Марчелло.

– Говори, мы тебя слушаем, – Ори улыбнулась хмурому гирбату, но он никак не отреагировал на её доброжелательный тон.

– Мне нужен тот, у кого есть плот. Или то, на чём можно переплыть реку.

– Зачем? – спросил я, тихо пересказав Марчелло сказанное хищником.

– Ты тоже понимаешь меня?

Гирбат как-то очень по-человечески вздохнул и отрывисто продолжил:

– Стая стала большая. Места надо много. Болото расширяется. Нужны новые места для охоты. Обходить до брода далеко. Щенки не дойдут. Надо плыть. Мы не умеем плавать. Нужно перевезти.

– Я могу попробовать, – пожал плечами Марчелло, выслушав меня, – вопрос цены.

– Что ты хочешь?

Может быть, конечно, мне показалось, но в хриплом голосе гирбата, больше похожем на лай, промелькнуло облегчение.

– Где сейчас живёт твоя стая?

– На севере. Здесь жарко. Мало настоящей добычи. Я долго шёл. Но я сильный.

Я почувствовал, как губы сами собой растягиваются в довольную улыбку: север – это же прекрасно! Как говорится, и самим ноги бить не надо. Надеюсь, это лохматое чудище знает то, о чём я хочу его спросить.

– А скажи, там, где сейчас живёт твоя стая, растёт мох такого странного лилового цвета? Лиловый – это не зелёный, а почти синий такой…

– Синий мох? – гирбат фыркнул и тряхнул головой, отчего кисточки на ушках пришли в движение и закачались. – Он растёт там, где живёт стая. Он горький. Его не едят даже когда нет другой еды. Зачем тебе то, что нельзя съесть?

– За лиловый мох мы выручим намного больше, чем за земляные орехи, – быстро шепнул я капитану, – он не просто редкость, он огромная редкость.

– И много у вас там этого мха? – тут же оживился Марчелло.

– Много, – гирбат снова фыркнул, – сколько ты хочешь, чтобы перевезти мою стаю?

– Сколько у тебя зверей? – выслушав меня, спросил капитан.

– Большая стая, – повторил гирбат, и я понял, что он просто не сможет назвать нам число. Это очень сложно сделать, когда не знаешь цифр.

– Ты хочешь, чтобы мы перевезли на другой берег реки твою большую стаю, – подвёл я итог беседы.

– Да. Другой берег. Не умеем плавать.

– Мы возьмём плату синим мхом, – решил я, – люди делают из него полезную вещь, которая нужна только им. Но мне надо убедиться, что ты говорим об одном и том же растении. Ты можешь принести нам образец?

– Тебе нужен синий мох? Он не дорогой. Его нельзя есть. Это странная плата.

– Это наше дело, чем брать оплату, – возразил я, – сколько тебе надо времени,