Подкидыши для олигарха - Ксения Фави

Надеюсь, я выразился понятно. Мне и правда не хочется мариновать любовницу. И не хочется ее саму… Это я сейчас отчетливо понимаю.

— Булат, прости! Я слишком давлю на тебя! — Божена как будто спохватывается.

— Поверь, ты задаешь логичные вопросы, — спешу ее успокоить, — ты все делаешь правильно. И я не хочу морочить тебе голову.

Да, я неприятен, но честен! Не дело держать женщину на поводке. Зачем?

— Нет, Булат! Я наговорила лишнее. Давай сделаем вид, что не было этого звонка? Отдохни как следует, пообщайся с семьей. Как-нибудь увидимся.

Прокашливаюсь. Не совсем понимаю ее.

— Как скажешь. Но я не отказываюсь от своих слов. Доброй ночи?

— Доброй ночи, дорогой.

Нажимаю отбой. Что это было?..

Впрочем, вполне возможно, Божене просто стало неприятно. Никому не нравится, когда дают отставку. Как ты уважительно это не обставь. Вот она и ответила так. Что ей надо было сказать? Суть она уловила, сто процентов. Глупой эту женщину не назовешь.

Может, все это к лучшему. Божена заслуживает более постоянных отношений. У нее ребенок, ему нужна нормальная семья. После нашего глупого разрыва она как раз может задуматься, что цивилизованные отношения для здоровья ей не нужны. Стоит поискать партнера в целом для жизни. У Божены все шансы найти такого.

Хвалю про себя любовницу, пока иду к дому. Ощущения "такая корова нужна самому" не возникает. Как ни крути, я все сделал правильно.

Моя жизнь сейчас полна новых, странных, необычных и порой совсем дурных эмоций. Не нужно впутывать сюда адекватного и ни в чем не повинного человека.

* * *

Дом встречает тишиной. Я так долго отсутствовал, что время хорошо перевалило за ужин. Можно пойти в душ и рухнуть спать. Однако организм после прогулки хочет топлива.

Звать Марику лишь для того, чтобы она накрыла, нет нужды. Как-то раньше я ведь обходился сам. Но может, она составит мне компанию? После скользкого разговора не хочется сидеть в одиночестве. Да и все же надо глянуть, как там мелочь.

К слову, скоро Божена узнает про детей и еще сама порадуется нашему разрыву.

Поднимаюсь наверх. Дверь в комнату двойняшек и Марики прикрыта. Не совсем, но и не распахнута настежь. Возможно, девушка тоже прилегла спать раньше. Сегодня она дергалась, потом вообще чуть не свалилась в обморок. Вполне логично захотеть выспаться.

Что с ней было, я так и не понял. Но весь день ловил себя на желании защитить ее. И не только от кретина Кирюши… Тот быстро понял, что я ему сказал.

Но мне все равно так и хотелось приободрить Марику. А то и обнять. Так! Ямаев, ты опять за своё?! Осталось только облапать няню-горничную и лишиться отличной сотрудницы!

Закончу то, что хотел. Раз Марика не заперла дверь, я могу заглянуть. Хотя бы удостоверюсь, что они спят. Тогда придется спуститься и ужинать в одиночестве.

Честное слово, лучше бы я сразу так и сделал!

Но мы не можем предсказывать будущее. Так что я шагаю вперед. Стараюсь потише, чтобы если что не разбудить их. И слишком поздно понимаю, что не все в комнате спят…

А конкретно — не спит Марика. Казалось бы, отлично! Можно позвать ее поужинать. Но я как юнец резко сдаю назад. А после вновь крадусь к щели между стеной и дверью. Встаю сбоку, чтобы остаться незаметным.

Девушка стоит спиной ко мне, возле одной из кроваток. Ее волосы распущены, ниспадают волнами ниже лопаток и золотятся в свете ночника. Заканчиваются они примерно там же, где виден край белой и очень короткой майки! Она не достает даже до поясницы! Ниже которой начинаются тоже коротенькие шортики с мелким цветным рисунком.

Надо ли говорить, что мой взгляд приклеился к тому, что осталось между майкой и шортами. Нет, все невинно! Там просто стройная женская спинка… И эти ямочки прямо над резинкой и упругими на вид полушариями. Так и хочется нырнуть в них языком.

Я именно так делал в ту ночь… Со сладкой незнакомкой. Она так искренне ахала и вздыхала от наслаждения. Ойкнула лишь когда я случайно прикусил родинку прямо ниже… Ниже одной из ямочек.

Мне хочется протереть глаза. У Марики тоже родинка на этом месте! Кругленькая такая, выпуклая. Светло-коричневая. Я, конечно, не помню, с какой точно стороны была милая особенность у незнакомки. Но по сути просто один в один! Кажется, я рехнулся.

Впрочем, мысли про незнакомку тут же выветриваются из моей головы. Я весь сосредотачиваюсь на своей няне. Вернее, не моей… Ни в каком смысле не моей!

А в одном бы смысле хотелось… Это уже не скрыть ни от себя, ни от кого-то другого, кто увидел бы меня сейчас сбоку. Ткань на джинсах довольно грубая, но… Черта с два она что-то скрывает. Только доставляет мне болезненные ощущения.

Но скоро я забываю и про них. Только смотрю, как Марика пританцовывает и тихо напевает что-то. Скорее всего, колыбельную малышам. Хотя эти двое крепко спят и, возможно, девушка поет какую-то свою любимую песню. Хочется взглянуть, как двигаются при этом ее губы…

Бойтесь своих желаний! Потому что не успеваю подумать, как она разворачивается. Вселенная, дай мне сил не смотреть куда-то ниже ее ключиц! Там не ямочки, а выпуклости. Этого я точно не переживу.

— Вам, наверное, дует. Надо закрыть дверь, — воркует это чудо света с близнецами.

А мне надо свалить! Однако я лишь шагаю вбок, зачем-то хватаюсь за ручку двери. Может, потому что ноги вот-вот откажут? Черт! Тебе сколько лет, Ямаев?!

Честно? Не помню! Как и многое другое. Ведь как еще объяснить то, что когда девушка собирается закрыть дверь, я тяну ее на себя. И ручку, и Марику. Моя горничная вываливается из комнаты прямо мне на грудь. Своей… В общем, тем же самым. Правда, если мое тело буквально оцепенело и превратилось в железо, то она действительно упругая и мягкая.

Надо ли говорить, что ручку двери я тут же отпустил. В моих руках оказывается кое-что поинтереснее. Вернее, кое-кто… Я просто хочу придержать! Не дело, чтобы моя сотрудница упала и получила травму на рабочем месте.

Ладонями охватываю ее талию. Вот так она не завалится ни вбок, ни назад… Убеждаю сам себя в невинности намерений. И жадно впитываю тепло ее кожи. Бархатистой, нежной… Очерчиваю женственные изгибы. Добираюсь до спины, на которую еще недавно мог только смотреть издалека. Когда кончиками пальцев касаюсь позвоночника, Марика выдыхает.

— А-ах…

Кажется, она все это время даже не дышала. Прогуливаюсь