Паутина для Софии - Милана Милая

пристегивая ремень безопасности. Отвожу глаза, потому что смотреть на Льва не могу. Я сейчас перед ним, как открытая книга, уверена, что каждая эмоция написана на лице. А еще от нашей близости продолжает что-то невероятное твориться с моим телом. Господи, пусть это будет от выпитого алкоголя, потому что я такие сильные чувства испытываю, что даже боюсь.

– Я живу здесь, недалеко. Снимаю квартиру. – Хрипло отвечает Лев. Машина с визгом трогается с места, словно он очень торопится…

Я, наверное, даже по сторонам не смотрела, пока мы ехали. Совсем недолго, пока не остановились перед шлагбаумом. Медленно въезжаем на закрытую парковку элитной многоэтажки, и мой спутник, как галантный джентльмен, помогает выйти из машины. Но видимо терпения хватило ненадолго, потому что чертыхается, обхватывая ладонью мою шею и наклонившись, шепчет прямо в губы.

– Твое платье, София! Черт, это просто преступление! Я хотел тебя отругать, но забыл за что, как только увидел…

Обхватывает меня за талию, прижимая к своему телу и жадно целует, раздвигая языком губы. Сажает меня на капот машины, его длинные пальцы скользят по моим бедрам, приподнимая узкий подол платья. Раздвигая мне ноги, чтобы втиснуть свои каменные бедра между ними. И мне становится абсолютно плевать, что мы так себя ведем в общественном месте, где нас могут в любой момент увидеть!

В ответ я лишь запускаю свои жадные руки под трикотажную водолазку, провожу ноготочками по напрягшимся мускулам спины. И чувствую, как Лев вздрагивает от каждого моего чувственного прикосновения.

– Пойдем! – Хрипит он мне прямо в губы и с неохотой отстраняется. – Иначе мы сделаем это прямо на парковке…

Я ничего вокруг не видела, а пока ехали в лифте – целовались, как подростки! Также, не прерывая поцелуя, ввалились в квартиру. Через секунду мое платье полетело на пол прямо в просторной прихожей, и я остаюсь на каблуках в нижнем белье и чулках. Спасибо, Леся! Я не знаю, что будет дальше, но этот восхищенный мужской взгляд, полный изумления и восторга, я запомню на всю жизнь. И его дрожащие руки на моих бедрах…

И только удивленно взвизгиваю, когда Лев поднимает меня на руки и несет куда-то в темноте, даже не включая свет. Хотя, не трудно догадаться куда… Лишь туфельки негромко стукают об пол, когда я сбрасываю их…

А потом он нежно отпускает меня на мягкую кровать, и я ощущаю под собой прохладный шелк простыни. Встаю на колени, чтобы завести руки за спину и расстегнуть бюстгальтер. Мне безумно хочется почувствовать прикосновение наших обнаженных тел. И ему тоже, потому что Лев с такой скоростью раздевается… Через мгновение он уже стоит перед кроватью полностью обнаженным, и в тусклом свете от окна я вижу его обнаженное тело.

Как же пропорционально он сложен, широкие плечи, узкие бедра, никаких выпирающих бугров, но даже в темноте заметно, как туго переплетены мускулы, как крепкие корабельные канаты. А белые рубцы шрамов немного светятся. И их так много, господи…

Касаюсь пальчиком грубого рваного шрама под соском, вижу, как Лев закрыл глаза. Не мешает, пока я рассматриваю его, знакомлюсь с его телом. Кладу обе свои руки на его грудь, с изумлением замечая, какая она твердая. Словно гранит. Он твердый везде, где я нежно и трепетно провожу своими ладошками.

Я даже не боюсь положить руку на его гордо стоящий член, он такой огромный, что я испуганно вздрагиваю. Но на этом мое знакомство с телом Сухого закончилось, он со стоном опрокидывает меня на кровать, наклоняется сверху, опираясь о локти…

– София, ты такая красивая… Пахнешь так, что иногда я просто схожу с ума! – Его губы и руки начинает неспешное путешествие по моему телу, и он прикасается именно там, где я наиболее чувствительна. Как он это понимает, не знаю, но уже через несколько минут я сдаюсь и начинаю молить о чем-то большем. Лев зубами стаскивает мои трусики, и я с готовностью раздвигаю бедра еще шире. Его пальцы проникают во влажную расщелину, раздвигая складочки и начиная легонько пощипывать клитор. Это просто невыносимо, как он может так долго сдерживаться? А я кричу и умоляю о большем!

Наслаждение накатывает волнами, пока я не взрываюсь. Кончаю только от движений его рук и губ. На мгновение расслабляюсь и слышу, как он шуршит, разрывая пакетик с презервативом.

– София, посмотри на меня!

Нехотя открываю глаза, вижу, как Лев склонился надо мной, а на его скуле нервно дергается мускул. Я понимаю, что он вовсе не так спокоен, как хочет показать. Кладу ладонь ему на щеку, на миг он закрывает глаза и прислоняется к ней сильнее. Поднимает мои руки над головой, сплетая наши пальцы.

– Хочу тебя целовать! Очень хочу… соскучился…

Не совсем понимаю, о чем он, но с готовностью раздвигаю бедра, чувствуя медленное проникновение. Страсть разгорелась снова, словно пожар! Лев с каждым движением наращивает свой темп, доводя его до бешеного. Пока снова не замелькали звезды в глазах, и я не закричала от испытываемого удовольствия. И он, ловя мой крик губами, летит вслед за мной…

Я так и засыпаю, крепко обнимая Сухого руками и ногами. Не хочу отпускать ни на мгновение, чувствуя себя самой счастливой на свете…

Глава 25 София

Когда я проснулась, смутные картинки прошедшей ночи сразу замелькали перед глазами. Я даже не пошевелилась, боюсь! Чувствую, что лежу на крепком плече и его рука сжимает мне попу, мягко поглаживая.

Лев не спит, я знаю. Чувствую. И, как самая последняя трусиха, продолжаю делать вид, что сплю. Как я могла так себя вести? Как самая последняя… Пара его слов, и я сразу прыгнула к нему в постель. От воспоминаний начинаю краснеть, даже затошнило от стыда. Что он подумает обо мне? Или привык, что в клубах девушки вешаются ему на шею?

– Я знаю, что ты проснулась! – Слышу тихий голос и перестаю притворяться. Открываю глаза, представляя, как выгляжу с утра. С размазанной по лицу вчерашней косметикой. Медленно сажусь и оглядываюсь по сторонам, замечая хороший ремонт спальни в темных тонах. Занавески плотно задвинуты. После того, как осмотрелась, осмеливаюсь перевести взгляд на Льва. Он выглядит просто прекрасно. Лежит, закинув руку за голову и ехидно улыбается, прикрытый до талии лишь тонкой простыней. Я вижу, что сильно отлежала ему плечо, оно красное.

– Доброе утро. Сколько времени?

– Почти восемь…

Непроизвольно закрываю грудь руками, просто не могу побороть стеснительность, и улыбка у Сухого сразу пропадает.

– Никогда не прячься от меня! –