Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки - Нина Новак

Девушки выглядят напуганными, но внимательно внимают гадине, вливающей яд в их уши.

— Только от вас зависит, как вы этим шансом воспользуетесь. Честолюбие похвальная черта и сильные люди, идущие по головам, вызывают лично у меня восхищение. Вам будет предоставлена полная свобода, борьба получится жесткой, но цена за победу очень уж сладка. М? — она улыбается и щурится как кошка.

В глазах пары девушек вспыхивает алчный блеск и леди Руш это тут же подмечает.

— Выходите вперед по очереди. Нужно представиться и сказать пару слов о себе.

Из двери в задней части залы появляется секретарь леди Руш, та самая, что принесла нам стихи.

Она наклоняется и что-то шепчет на ухо своей хозяйке. Быстро передает ей в руки тонкую папку.

Руш кивает и кладет папку на столик, прямо рядом с вазочкой с конфетами. В следующий миг шоколадный шарик летит в рот леди и она делает нетерпеливый жест рукой, приглашая девушек начинать.

Я досматриваю спектакль до самого конца, и при этом не отказываю себе в удовольствии прокручивать в голове заголовки будущей статьи.

“Леди Руш призывает кандидаток отбора идти по головам”.

“ Распорядительница императорского отбора предлагает девушкам играть жестко”.

“Измельченное стекло в туфельках и яд в лимонаде — вот чего ждет леди Руш от участниц отбора”.

Ярких и смелых заголовков я не боюсь, именно так работает желтая пресса, а у меня на этот момент есть ресурс только на нее.

Леди Руш поднимает палец, когда какая-нибудь из девушек ей нравится, и секретарь, устроившаяся на низком стулике, записывает данные в блокнот.

Выбрав последнюю девицу, высокую и худощавую, леди Руш встает.

— Угощайтесь, — указывает она на столик с общипанным виноградом и с конфетами, большая часть которых вынута из фантиков.

Но бедные девицы такого никогда не видали и с радостью окружают столик. Леди Руш и ее секретарь обмениваются насмешливыми взглядами, а я успеваю запечатлеть этот момент.

Чувствую азарт — моя роль на отборе уже почти оформлена и я намерена ее четко отыграть.

“Леди Руш предложила девушкам объедки”! — перед глазами мелькает броский подзаголовок и я разворачиваюсь, неспешно возвращаюсь к себе.

Ох, остается завтра же повидать Анну Грэхем. Очень надеюсь, что она поможет с издательством или хотя бы посоветует типографию, которая согласится напечатать мою скандальную сенсацию.

Несколько часов я провожу за машинкой, набирая статью. Текст летит, хлесткие слова складываются в жесткие фразы.

Пару раз мою работу прерывает миссис Лойд, которая заносит еду.

— Во дворце к балу готовятся, — возмущается она. — Говорят, Эдриан решил закатить праздник в честь этой… — она поджимает губы, сдерживая грубое слово.

Я грустно улыбаюсь и пересаживаюсь за стол у камина. Провожу ревизию блюд и облизываюсь.

— Спасибо вам, миссис Лойд. Скажите, а где живет сейчас эта Кряк? Ее хотят убить. Вот, думаю, предупредить несчастную.

Миссис Лойд вздрагивает и качает головой.

— Я занесу вам адрес, но до завтра лучше не выходить. Весь дворец на ушах из-за бала.

— Спать лягу. Вы правы, — кладу на тарелку жареное мясо со специями и затем поливаю его остро-сладким соусом.

Только вот ночью не спится. Почему-то шум бала, на который меня даже не подумали пригласить, долетает и до отдаленных покоев.

Отлежав себе все бока, сажусь в постели и протираю глаза.

Нет, я так не засну и завтра встану совсем разбитой.

Неохотно выбираюсь из теплой постели и, закутавшись в плед, пробегаюсь по тексту статьи. Немного правлю ее, но на сердце не спокойно.

Промаявшись некоторое время, прохожу в приемную часть покоев и открываю дверь. На магический замок по моей просьбе навесили “код” и всякие вертихвостки больше не смогут врываться…

Охранники косятся на меня, но не останавливают. Я замираю в дверях. Куда я иду? Захотелось посмотреть на бал хоть одним глазком? Нет, я не такая наивная мечтательница. Меня просто потянуло наружу…

Но в этот миг из темноты коридора возникает Эдриан.

От неожиданности пугаюсь и пячусь назад, но не успеваю захлопнуть створку. Император ускоряется и толкает дверь ладонью.

Охрана не вмешивается, а мой бешеный муж врывается в покои.

Я продолжаю молча пятиться. Смотрю на его внушительную фигуру, затянутую во фрак. Бабочка развязана и свободно висит на шее, а лицо каменное, жестокое… Что за муха его укусила?

— Хочу убедиться, — хрипло тянет он и рассматривает мое тело, открытое его взору. Ведь чертов плед давно соскользнул с плеч, оставив меня в одной шелковой ночной рубашке. — Мне нужны доказательства, что ты не истинная.

26

— О чем вы? — облизываю губы, но этим лишь привлекаю его внимание.

Он опускает глаза на мой рот и хмурится.

Как же не вовремя притащился! Где там Клер Руш? Почему не удержала этого жеребца подле своей юбки?

— Я вызову служанку, — кидаюсь к звонку, которым в обычное время почти не пользуюсь.

Но дракон в два шага оказывается за моей спиной и, схватив за талию, вжимает меня в свое каменное тело.

Его сила впечатляет, я не смогу противостоять здоровому тренировонному мужику, по воле пакостников богов оказавшемуся моим мужем.

Он слегка прикусывает меня за мочку уха, раскаленная мужская ладонь прожигает живот.

— Я видел пророчество, — чеканит Эдриан.

— И что с того? — задыхаясь выплевываю в ответ.

— Я обязан проверить все варианты, — он проводит носом по моей шее, втягивая запах, и у меня по спине пробегают мурашки.

Сердце вот-вот пробьет ребра, но я знаю, что магические потоки надежно скрыты. Он не догадается…

Подавлять ипостась не очень хорошо, но пока я во дворце, придется маскироваться.

— Я не драконица. Отпустите, — вырываюсь, но тщетно — лишь трусь об его пах.

От досады кусаю губы, но освободиться нереально. Чтобы тебя, Эдриан-Шейн!

— Ты не драконица, — разочарованно соглашается он.

Разворачивает меня к себе и смотрит в глаза.

— Ты… ты подделка, которую подсунули мне боги.

— Тогда, может быть, разведемся? — я с надеждой вглядываюсь в него, но муж качает головой.

Склоняется и впивается поцелуем в мой рот. Грубовато раздвигает губы, врывается глубоко и мощно.

В голове звенит и волна возмущения поднимается в груди.

— Вы животное, ваше величество, — шиплю, когда от отрывается от моих истерзанных губ, а затем размахиваюсь и влепляю владыке пощечину. Не сдерживаюсь и ударяю его снова, пуская в ход ногти.

— Я встретил истинную, она замужем, — невозмутимо заявляет он, продолжая меня удерживать. — Видимо, поэтому я ее не чувствую. Не знаю, где искать. Как будто… она появилась и тут же с концами растворилась.

— Зачем вы рассказываете мне