Развод в 40. Уйти от предателя - Лена Грин

Как будто ему действительно не плевать ни на меня, ни на мою дочь.

— Мне неудобно, — всё-таки сказала я. — Другие, знаешь ли, тоже жаловались.

Я попыталась скрыть смущение смешком, Андрей едва заметно улыбнулся. Внезапно взял меня за руку, и мне показалось, отсутствие кольца его порадовало.

— Думаю, я никогда не смогу компенсировать тебе свою ошибку. Но буду рад, если мы начнём хотя бы с малого.

Я немного зависла, не ожидая услышать такое. Но в этот момент из дверей вышли коллеги, и я сделала шаг назад.

Андрей взглянул на меня с лёгким сожалением.

— Приятного вечера, Вера.

Я кивнула, поблагодарила его и пошла к машине. Домой ехала задумчивая. Похоже, он и правда начал мне доверять. И даже хочет что-то исправить.

Но столько времени прошло, некоторые вещи уже не изменить.

Приехав домой, я обрадовала Настю, что на выпускной она пойдёт в том самом платье.

— Ты серьёзно? — воскликнула она. — Мам, ты самая лучшая!

Она бросилась меня обнимать, прыгала от счастья, как маленькая.

— А ты уверена? — вдруг спохватилась. — И платье, и поездка, я не хочу тебя грабить.

— Брось, Настён, сейчас всё внимание тебе, понятно?

Она прослезилась, тепло обняв меня.

— Спасибо, мам, правда, — пробормотала мне в шею.

А я снова почувствовала себя, как в её детстве, когда порадовать её было так легко. Когда она бежала ко мне с объятиями. Когда проблемы были пустяковыми.

Уже позже она спросила меня:

— Слушай, а что насчёт этого папиного «подарка»? — она сделала кавычки в воздухе. — Что это было?

— Он тебе не понравился? — осторожно спросила я.

— Ну… Понимаешь, он как бы… Странный. Нет?

Я взглянула на неё, думая, стоит ли говорить.

— Ты что-то скрываешь? Ты ведь говорила с ним. О чём? Это связано?

Ладно, она уже большая девочка, и вообще, какого чёрта я должна его прикрывать?

— Он покупал его не для тебя. Для Марины.

Она округлила глаза.

— В смысле?!

— В прямом. Я видела этот кулон у неё на шее.

— Он что, забрал его у своей…

— Насть.

— У своей шлюхи!

Я закатила глаза.

— Офигеть, — пробормотала она. — Ну спасибо, папочка.

— Не расстраивайся только. Незачем…

Я не договорила, она вскочила, раздражённо пройдясь по комнате.

— Нет, как ему такое в голову пришло? Надеюсь, не получу на следующий день рождения поношенные трусы?

— О... Господи, — я уже пожалела, что призналась.

Мне вовсе не Витю было жалко. Просто Настю расстроила. Так ей и сказала.

— Это не ты расстроила! — воскликнула она. — Это он. А я ещё… Вот дура. Думала, папа запутался, злая стерва его охмурила.

Она не знала про схему, которую они устроили с другом, но уж в это я её посвящать не собиралась. Хватит с неё.

— А давай сосредоточимся на хорошем? — предложила я. — Выпускной, платье, отдых. Ничего не изменилось? Антоновы точно едут с вами?

Я переключила её внимание на приятные хлопоты, и она выбросила из головы идиотский поступок отца. Но не простила.

И он снова пожалел о нём, позвонив ей. Такую отповедь даже я бы ему не устроила. Признаться, капелька злорадства бальзамом пролилась на моё сердце.

Что посеешь, то и пожнёшь.

Глава 27

Утром в квартире стоял лёгкий хаос. Настя бегала с «Дайсоном» в руках, в халате, с одной уже уложенной прядью, и одновременно искала серёжки. Я приводила в порядок наши платья, хотя и так всё было идеально.

С кухни доносился аромат кофе, и в какой-то момент я поймала себя на мысли, что всё это похоже на сборы не на выпускной, а на свадьбу.

Она была невероятно красива, и я едва сдерживалась, чтобы не расплакаться прямо там, держа в руках флакон духов.

А ещё меня не покидало ощущение, что это последние радости, которые нам предстоят в нашей квартире. Скоро мы с Витей разведёмся, поделим её, и отсюда придётся съехать.

Если он не передумает, конечно, и не согласится на выкуп доли. Но ничего хорошего от него всё равно ждать не приходится.

Я не знала, появится ли он на выпускном. Настя всё ещё злилась, но была не против, чтобы он пришёл. Ну а я предпочла промолчать на этот счёт. Сегодня был её день.

Главное, чтобы он не испортил его каким-нибудь подарком, вроде побрякушек от любовницы.

— Мам, ты плакать собираешься или всё-таки передашь мне тушь? — Настя вынырнула из комнаты.

На ней было то самое платье, покупку которого я смогла позволить себе благодаря Андрею. Она выглядела в нём, как звезда.

— А что, нельзя и то, и другое? — улыбнулась я, подавая косметичку. — Ты потрясающая, Настён. Правда. Я тобой горжусь.

Она вздохнула, крепко обняла меня и прошептала:

— Только давай без этого, а то я точно разревусь, как дурочка.

Когда мы наконец добрались до школы, она гудела, как настоящий улей. Повсюду цветы, ленты, счастливые выпускники, взволнованные родители.

Мы с Настей пришли чуть раньше, и я радовалась, что есть время передохнуть и оглядеться. Она ушла к подружкам, смеясь и щебеча, а я как раз собиралась пойти в актовый зал, когда краем глаза заметила бывшего.

Надо признать, выглядел Виктор очень достойно. Интересно, где он сейчас живёт, если и правда Марину бросил? У матери?

О таких мелочах, как приведение костюма в порядок, он никогда не заботился, но сейчас был одет с иголочки и совсем не походил на холостяка, который не знает, с какой стороны подойти к отпаривателю.

Наверное, Тамара ради сына постаралась. Всё ещё мечтает о красивой картинке, в которой мы снова все вместе.

Оглядываясь в поисках дочери, он стоял с букетом в руках. Что это с ним? Исправиться решил? На цветы явно не поскупился.

Признаться, меня порадовало собственное спокойствие. Разве что чуть иронии. И ничего больше. Ни боли от того, что мы встречаем взросление дочери порознь, ни даже той первой болезненной обиды за предательство.

Хмыкнув, я отвернулась и пошла в актовый зал, не собираясь помогать Виктору с поиском дочери. Я бы вообще предпочла провести выпускной в разных концах зала. Жаль, не вышло.

— Вера, выглядишь великолепно.

Я не сбавила шага и не обернулась. Просто кивнула, будто это был не комплимент, а реплика о погоде.

— Спасибо, — сухо отозвалась я.

Он поравнялся со мной, похоже, не собираясь сдаваться:

— Я серьёзно. Ты изменилась. В хорошем смысле. Стала ещё красивее.

Я посмотрела на него со смесью усталости и недоверия.

— Не надо, Вить, не начинай. Сегодня не