Единою судьбой. Плата за свободу - Елена Александровна Помазуева

Как и сказал лекарь, целый день боролась со слабостью. Голова кружилась, а иногда простреливала острая боль, отчего перед глазами темнело и я откидывалась на подушку. В такие моменты кто-нибудь из девушек, приставленных ко мне госпожой Соним, обтирал виски тряпицей, смоченной в цветочном отваре. Его приготовили на кухне, следуя рецептуре лекаря. Влага и запах прогоняли боль, но ненадолго. Аппетита не было, но служанки, следуя распоряжениям целителя, заставляли много пить. К концу дня почувствовала себя лучше. Сколько мне дали одурманивающего порошка, если долгое время не могу прийти в себя?

- Сестренка! – первым ворвался в комнату Чорин.

Парнишка подбежал, ухватил за плечи и затряс, словно куклу.

- Тише! Моя голова, - и снова упала на подушку.

- Прости! Прости! Прости! – покаялся Чорин.

- Аккуратней, - укорил Сорс. – Стражник Соним говорил о дурманящем порошке. Дайон совсем бледная.

- Ничего. Мы найдем гадов, - грубо пообещал Турин.

Он один из всех остался на расстоянии, но побелевшие костяшки пальцев, сжатых в кулаки, выдавали его переживание и беспокойство.

- Как вы меня нашли? – отдышавшись после приступа головной боли, спросила друзей.

- Стражник Соним разыскал нас и рассказал о случившемся, - объяснил Турин.

- Ты действительно будешь с ним жить? – ревниво спросил Чорин.

- Шутишь? С чего бы? – хмыкнула в ответ.

- Не путай, - попенял Сорс. – Не со стражником, а в доме его матери.

- Без разницы, - уперся Чорин.

- Как слабость пройдет, сразу вернусь домой, - заверила ребят.

- Узнаю мою сестренку, - обрадовался ревнивец. – Только в комнату на крыше не вернешься. Ищи другое жилье.

Троица согласно кивнула. Удивительно, насколько они хорошо понимают друг друга. Улыбнулась их солидарности, но решила не спорить. В конце концов, я не так много зарабатываю, чтобы оплачивать дорогое жилье.

- Молодые люди, вы друзья Дайон? – в комнату вошла госпожа Соним.

Она протянула руку каждому и одарила теплой, материнской улыбкой. Мальчишки смотрели на нее внимательно и насторожено, словно опасались какой-нибудь пакости. Но ее лучистые глаза и доброта во взгляде растопили недоверие в их сердцах. За короткое время они поменяли свое отношение к матери Сонима.

- Турин, - первым ответил на пожатие, самый старший и негласный лидер троицы.

- Сорс, - вторым был покорен сын купца, привыкшего не доверять людям.

- Чорин, - ревнивец сопротивлялся дольше остальных. Он не хотел делить внимание своей сестренки ни с кем, но и на него подействовало обаяние госпожи Соним.

- Вы голодны? Ужинали? – представившись, задала правильные вопросы хозяйка дома.

- Покормите нас, матушка, - ответил за всех Сорс.

Когда мальчишки отказывались от еды? Растущий организм требовал постоянного питания, а при их активной жизни необходимо подкрепляться.

За щедро накрытым столом взаимопонимание окончательно установилось. Дразнящие ароматы достигали моей кровати, и постепенно просыпался аппетит.

- Матушка, мы к вашему сыну пришли, а его до сих пор нет, - наевшись, заговорил Турин.

- А я-то думала, меня хотели увидеть, - намеренно обиженным голосом прокомментировала я.

- Сестренка, я весь день переживал и примчался сюда, - заверил Чорин.

- Матушка, а можно еще булочку? – состроил умильные глазки Сорс.

- Конечно! - госпожа Соним вышла и прислала служанку с угощением, позволяя нам побеседовать наедине.

- Смогли что-то узнать? – заинтересовалась я.

- Почти ничего, - мрачно покачал головой Сорс. – Повозку, в которой тебя пытались увезти, мы не видели, но стражник Соним подробно ее описал. Без украшений, с простыми створками – такими пользуются множество людей, которые в состоянии купить транспорт. Не новая, но и не сильно потертая.

- Лошади породистые, но недорогие. Скорее их выбирали за неприметность масти. По городу в основном гнедые перевозками занимаются, - добавил Турин.

- Я возлагаю надежды на дурманящий порошок. Отрава под запретом, поэтому наверняка сможем отследить покупателей. Подпольный рынок тщательно хранит свои секреты, но я поговорил с нужными людьми. Вскоре должны прийти известия, - заверил Чорин.

- Что-нибудь стало известно об убийстве кухарки? – выслушав добытые сведения, задала вопрос я.

- Сестренка, ты с постели не встала, а об убийстве толкуешь! – попенял Сорс.

- Ходить пока не могу, но думать мне никто не запрещал, - улыбнулась на его заботу.

- Слухи ходят, будто залетный порешил кухарку, - вздохнув, сообщил Турин. – Я им закинул удочку, мол, теперь стражники начнут трясти преступный мир, потому что воры на убийство пошли, а душегубцы кошелем не побрезговали. Вот и начались пересуды. Получается, кто-то со стороны тетушку убил.

- Невеста повесилась, кухарку убили, - задумчиво пробормотала я. – Непонятно, есть связь или нет. Эх, осмотреть бы тело молодой госпожи.

Парни помолчали, потом заговорил Сорс:

- Если тебе надо, можно что-то придумать.

- Я мертвяков боюсь! – сразу предупредил Чорин.

- Ты о храме говоришь? – понятливо протянул Турин.

- О нем. Семья устраивает прощание пышно, по всем правилам. Значит, отвезут покойницу в храм и оставят на сутки, - подтвердил Сорс.

- Рядом с ней обязательно кто-нибудь из родни будет присутствовать, - возразила им.

- Кто нам мешает переодеться в служителей храма? Всегда можно подойти и поменять благовония, - подмигнул Сорс.

- Хитрец! – погрозила ему пальцем.

Именно с них началось наше знакомство. Отец Сорса продавал поддельные смеси для ароматных палочек. Покупатель отоваривался дешевым сырьем и, когда оно начинало гореть, обнаруживался обман. Мой заказчик страдал от сыпи после зажжения благовоний, потому решил найти виновника его недомогания.

К позднему возвращению Сонима мы успели составить план. Четко обговорили кто, за что отвечает и где будет находиться. Поэтому, когда командир вошел в комнату, между нами царило веселое предвкушение перед операцией. Как в старые времена.