Черная вдова с двумя детьми желает познакомиться! - Наталья Смеречинская

В его словах сквозил с трудом скрываемый гнев и отчаяние. Не то чтобы я его не понимала... Но вместо того чтобы оправдываться или пытаться возразить, я сделала глубокий вдох и, подавив внутреннюю дрожь, заговорила спокойно.

— У меня нет таких денег, — призналась я, стараясь говорить чётко и уверенно. — Но это не значит, что я не могу помочь.

Его брови слегка приподнялись, на лице появилась лёгкая усмешка, полная скептицизма.

— И как же ты собираешься это сделать? — спросил он, скрестив руки на груди. — Надеюсь, не махинацией?

Я покачала головой, сохраняя спокойствие.

— У меня нет дара, который может решить все проблемы, — ответила я честно. — Но я умею работать. И я знаю, как общаться с людьми. Иногда для восстановления бизнеса нужно не только золото, но и немного настойчивости, идей и готовности испачкать руки, а также понимания процессов, что происходят.

— Работать, говоришь? — Он выглядел не столько заинтересованным, сколько насмешливым, но я отнеслась с пониманием. — И что именно ты умеешь?

— Я умею торговать, вести переговоры, находить решения там, где другие видят только проблемы, — сказала я, не отводя взгляда. — И ещё я умею слушать. А это, поверь, иногда ценнее всего.

Николас не сразу ответил. Он смотрел на меня так, словно я таракан который совсем неожиданно заговорил.

— Ты действительно думаешь, что можешь помочь возродить дело, которое лежит в руинах? — спросил он, наконец.

— Думаю, у нас нет другого выбора, — ответила я. — Ты сам сказал, что у тебя есть год, чтобы вернуть долг. Выскочив из одной петли я не хочу возвращаться в другую. И все равно оказаться в тюрьме, а мои дети в работном доме.

Услышав такое признание он нахмурился.

— Кстати об этом — он закинул ногу на ногу и от этого его фигура стала выглядеть еще напряженее — Теперь твоя очередь поведать, каким образом ты женила меня на себе.

Увидев, что я попыталась возразить, он поднял руку останавливая меня.

— Только давай без лжи. Здесь точно присутствовала магия. Я не бросаюсь на незнакомых женщин в порыве страсти увидев их впервые в жизни. И не просыпаюсь на утро глубоко женатым и с огромным долгом.

Ох, без лжи не получится, милый, как ни крути.

Его взгляд был холодным, почти уничтожающим, и я знала, что каждое моё слово будет тщательно анализироваться. И как же выкрутиться, не раскрывая правды?

Я сделала вид, что обдумываю его слова, и тихо вздохнула, словно собираясь с мыслями и уже примерно представляя какую байку я сейчас ему выдам.

— Ты прав, — начала я, стараясь говорить ровным тоном. — Магия здесь действительно замешана. Но это не значит, что я всё это подстроила.

Его брови резко взлетели вверх, на лице появилась смесь раздражения и недоверия.

— Правда? — сухо произнёс он. — Давай, удиви меня. Что это за версия?

Я сцепила руки на коленях, будто стараясь удержать их от предательской дрожи.

— Есть… одна старая традиция, — начала я, глядя ему прямо в глаза. — В некоторых частях страны верят, что если попросить помощи у магической сущности, то можно решить любую проблему. Я слышала об этом от одного старого знакомого.

Он не сводил с меня взгляда, его губы сжались в тонкую линию.

— Впервые о таком слышу, но ладно, сделаем вид, что я тебе поверил. Продолжай — насмешливо прокомментировал он.

— И я была в отчаянии, — продолжила я, чувствуя, как слова сами ложатся на язык. — Я не знала, сработает это или нет. Я только хотела спасти своих детей. Я… — я запнулась, добавляя драматической паузы, — я просто произнесла слова, которые мне подсказали. Не думая, к чему это приведёт. Я не знала, что это привлечёт тебя.

— Ты хочешь сказать, что случайно выбрала меня? — его голос звучал жёстко, но я уловила в нём нотку сомнения. — И что, магия просто решила, что я подойду?

— Я не знаю, — честно ответила я, пожав плечами. — Я не понимаю, как это работает. Возможно, магия связала нас, потому что ты… — я запнулась, но решилась договорить ту лесть, которая не имела ничего общего с моими мотивами, но как ни странно оказалась правдой, — потому что ты был готов помочь, даже не осознавая этого.

Его глаза прищурились, он медленно покачал головой.

— Это звучит как полный бред, — вынес он вердикт наконец. Его голос был холодным, но я заметила, как на миг в глазах мелькнуло сомнение. — Но, учитывая обстоятельства, мне, похоже, придётся поверить. Хотя бы для того, чтобы не сойти с ума.

Я сидела молча, не смея добавить ни слова. Иногда лучше просто дать ему самому прийти к какому-то выводу, чем пытаться втолковать свою правду.

— Ты хочешь сказать, что магия выбрала меня, потому что я… — он поморщился, будто само предположение причиняло ему физическую боль, — был готов помочь?

Я лишь кивнула, не сводя с него взгляда. Это было рискованно, но сейчас от уверенности зависело всё.

— Забавно, — продолжил он, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди. — Я никогда не считал себя добросердечным. Скорее наоборот. И уж точно не тем, кто спешит спасать чужих людей.

— Может быть, магия видит то, чего не видишь ты, — осторожно предположила я.

Он замолчал, опустив взгляд на бумаги на столе. Его пальцы нервно постукивали по краю стола, выдавая внутреннее напряжение.

Глава 18

Ответить ему было не суждено.

Часы пробили полдень, и звук этих ударов разорвал повисшую в воздухе напряжённую тишину. Николас поднял глаза на массивные старинные часы на стене, и его лицо мгновенно омрачилось. Он выпрямился, словно тень упала на его плечи.

— Ну что же, — проговорил он с холодным спокойствием, словно это касалось кого-то другого. — Наше время в этом доме вышло. Отныне всё здесь принадлежит моему брату, и мы должны покинуть его.

Я растерянно моргнула, наблюдая, как он начал собирать бумаги, разбросанные по столу. Его движения были быстрыми, почти механическими, но в них чувствовалась скрытая ярость. Когда он направился к дверям, я, всё ещё пытаясь осознать его слова, внезапно вскочила.

— Подожди! — воскликнула я, чувствуя, как паника сжимает грудь. — А что будет со мной? С моими детьми?

Он остановился, но не обернулся сразу. Несколько долгих секунд прошли в тишине, прежде чем он повернул голову. Его взгляд был тяжёлым, но не жестоким.

— То же, что и со мной, — спокойно ответил он, будто речь шла о чём-то обыденном. — Ты моя жена, Элеонора. Теперь это и мои дети. Мы все связаны. И нам всем предстоит разделить одну