Рай, которого не ждала - Лана Норд

Погода была нормальная. Солнца не было, но не было и холодного, пронизывающего ветра, так что находиться возле моря мне было достаточно комфортно.

Я неспеша прогуливалась по песку, наслаждаясь видами осеннего моря. По сравнению с летом, оно сейчас было совершенно другим, но от этого не менее прекрасным. Я подошла к самой кромке воды, наклонилась и осторожно погладила кончиками пальцев набегающую волну:

— Прощай, моё разнообразное, бесконечное и такое любимое море, — тихо шепнула я, — здесь я чуть не погибла, но вместе с тем, смогла испытать самое прекрасное чувство на свете — любовь. И её плод я сейчас ношу под сердцем. Не забывай меня, не знаю увидимся ли вновь, но знаю точно, ты мне будешь часто сниться.

Я отошла от воды.

Неподалёку стоял тот самый домик спасателя, который стал пристанищем для двоих влюблённых в ту тёмную, грозовую ночь. Я отвернулась и пошла в отель. Не стоило лишний раз пробуждать воспоминания, всё закончилось безвозвратно.

Вернувшись в свой номер, забронировала билет на поезд и легла спать. Здесь мне делать больше было нечего, я возвращалась в свою повседневную жизнь, строго-настрого запретив себе даже думать о Матвее.

Пара дней дороги, и вот я снова в своём холодном, сером городке.

Дни быстро потекли один за другим, сменяя друг друга, словно калейдоскоп.

Я много спала, читала, обустраивала детский уголок и готовилась к встрече Нового года. Моя малышка должна была появится в начале весны. Живот у меня был уже достаточно большой и ограничивал некоторые мои активности. Но, несмотря на житейские трудности, я наслаждалась своим положением.

Малышка уже активно пиналась, и я любила по вечерам разговаривать с ней. Когда она слышала мой голос, то замирала, как будто прислушиваясь к моим словам.

О Матвее я старалась не вспоминать.

Это не всегда мне удавалось, особенно по ночам, когда я мучилась от одиночества в своей кровати.

Приближался Новый год.

Ничего особенного в новогоднюю ночь я не планировала, мне уже было тяжеловато праздновать. Договорились с тётей, что ненадолго заеду к ней, а сразу после боя курантов, отправлюсь домой отдыхать.

Но моим планам не суждено было сбыться.

За несколько дней до праздника, чтобы хоть как-то отвлечься от печальных мыслей и зарядиться праздничным настроением, я решила прогуляться по магазинам, чтобы прикупить подарки для родных и милые вещички для малышки. Чтобы не было скучно, позвала с собой Лену. Мы долго бродили по всевозможным магазинам, потратив на это кучу времени, энергии, и разошлись уже ближе к вечеру.

Я занесла пакеты в квартиру и со вздохом облегчения сбросила их на пол. Я чувствовала себя утомлённой, но довольной.

Поужинав, улеглась спать и почти сразу провалилась в сон.

Очнулась от резкой боли внизу живота. Часы показывали три часа ночи. Я откинула одеяло и на простыне увидела кровь. Меня парализовало от ужаса.

— Нет, только не это! Господи, спаси мою малышку, — лихорадочно причитала я, пытаясь дотянуться до телефона.

Приехала скорая, было решено госпитализировать меня в больницу. Врачи сделали мне укол и аккуратно, поддерживая под руки, помогли сесть в карету скорой помощи.

В больнице меня сразу осмотрел врач.

А потом я очутилась в палате. Всё было, как во сне, боль и резь не проходили. Я просила только об одном: чтобы Господь не лишал меня моей долгожданной малышки. У меня взяли анализы, поставили капельницу, боль начала постепенно угасать.

Примерно через час ко мне пришёл врач:

— Карина, как ваше самочувствие? — внимательно глядя на меня из-под очков, спросил он.

— Мне стало лучше, живот почти не болит, только тянет, — еле слышно прошептала я. От ужаса и страха за ребенка в горле будто стоял ком. — Скажите, что со мной происходит? Я не потеряю ребенка?

— Пока точно сказать я не могу, — сказал врач, — нужно дождаться анализов. Но то, что я успел заметить, — это сильнейший тонус матки. Срок ещё совсем маленький, но роды могут начаться в любую минуту. Наша задача не допускать как можно дольше процесс родоразрешения, вы должны круглосуточно быть под наблюдением. Я оставляю вас в больнице, а вы должны постараться не нервничать, соблюдать постельный режим и выполнять все мои указания. Будем надеяться на благоприятный результат. А теперь вам нужно постараться поспать. До завтра.

Врач ушёл.

Меня трясло словно в лихорадке, я пыталась успокоить себя и мысленно разговаривала с малышкой.

Умоляла её подождать, не появляться на свет так рано, говорила, как сильно её люблю, что она смысл всей моей жизни.

Вскоре, под действием лекарств, мои веки отяжелели, и я погрузилась в беспокойный сон.

Глава 27

Вот уже две недели я лежала на сохранение в больнице.

Настроение моё немного улучшилось, я поверила в то, что смогу доносить дочку до безопасного срока. Меня поддерживала тётя Лена: приходила в больницу, приносила всякие вкусности, пыталась развеселить, настраивала на то, что всё будет хорошо. Иногда мне звонила Мария Петровна, тоже спрашивала о моём самочувствии и поддерживала меня.

Через пятнадцать дней госпитализации, ко мне в палату зашёл врач:

— Анализы плохие, — сообщил он, — нужно готовиться к родам, срок почти семь месяцев. Конечно, риски присутствуют, но дальше ждать нельзя, это опасно для ребёнка.

Я такого поворота событий не ожидала и начала волноваться:

— У меня будут естественные роды? — спросила я.

Врач покачал головой:

— Нет, только кесарево сечение. Думаю, через пару часов и начнём. Готовьтесь. — И он вышел.

От этой новости меня начало потряхивать, я очень переживала за исход операции и здоровье малышки.

Со мной произвели нужные манипуляции, необходимые для начала кесарева и повели в операционную.

От волнения я слабо запомнила, что происходило дальше. Мне ввели анестезию, привязали руки и ноги, подключили кучу мониторов и датчиков.

Операция началась.

Я не чувствовала нижнюю часть своего тела и не видела его за перегородкой. Не знаю, сколько прошло времени, но по разговорам врачей я поняла, что операция подошла к концу.

Я ожидала, услышать плач ребёнка, что мне вот-вот приложат его к груди, но время шло, а этого не происходило.

Тревога начала разрастаться внутри меня — что-то было не так. Врачи тихонько переговаривались, поднялась суматоха, а меня все упорно игнорировали, как будто я здесь не присутствовала.

Наконец, когда меня на каталке повезли в коридор, я