Капкан чувств для миллиардера - Марта Заозерная

Так о чём это я? Так уж вышло, что извиняться перед девушками я привык в материальной, точнее финансовой форме. Обычно это всех устраивало. Я был готов к тому, что Эмма, для успокоения остатков моей совести, попросит отвезти её на Гаити или в Доминиканскую республику, на худой конец в Мексику, ножки свои помочить в Карибском море. Казино в Макао. Новое авто. В общем, всё что угодно, лишь бы я мог откупиться, а она сделать вид, что звонок Ульяны её не задел. Но нет. Мы с ней почти до самого утра пробыли в Харбинском полярном парке.

Прикрываю глаза, и не потому, что мне спать хочется, хотя тоже имеет место быть: я вспоминаю с каким трепетом Эмма касалась шерсти первого в мире клонированного арктического волка. Гладила маленького хищника и рассказывала мне всё, что о них знала.

Что я запомнил об арктических волках? В природе этот подвид серых волков обитает в северных районах Канады, в Гренландии и на Аляске, климате с суровыми морозами и сильными ледяными ветрами. За раз один волк съедает до десяти килограммов мяса, зато после неделю может не есть больше. Руководят «коллективом» самец с самкой — вожаки. Только они имеют право приносить потомство. Помет других самок моментально уничтожается.

Эмма много чего рассказывала, но слушал я её вполуха. Больше смотрел за тем, как она наслаждалась тисканьем белого щенка. Я был бы не против на его месте оказаться.

— Тимур Алексеевич, ты похоже не с нами, — усмехается один из моих партнеров по бизнесу. — Я всё понимаю, но будь добр удели нам пару минут, раз уж в такую даль летел сам и красоту свою привез.

Сложно от Эммы взгляд отвести. Не одному мне сложно. Увидев её в черно-белом платье-костюме, все присутствующие дар речи потеряли, а когда она с ними на китайском заговорила, они и вовсе обомлели, да так и не отошли.

Обычно я вожу с собой экземпляры попроще, чтобы не отвлекали от важного.

В случае с Эммой белыми нитками по черному стегано. Все, кто меня хотя бы немного знают, поняли откуда у меня косоглазие взялось: Эмма, постеснявшись, осталась в сторонке стоять. Теперь она разглядывает стену аквариума, за которой акулы плавают, а я её.

Толку было приезжать? Хрен его знает. Сам от себя не ожидал. После того, как ей плохо стало и я испытал мучительную беспомощность, ни о чем другом думать у меня не выходит теперь. Совсем маленькая беспомощная девочка… Которую нужно беречь.

Кстати, в тот же момент я перестал рефлексировать по поводу нашей с ней разницы в возрасте. Эмме в силу возраста допустимо недооценивать важность состояния здоровья, но контролировать всё равно нужно. Сомневаюсь, что какой-нибудь сверстник способен на это будет. Хорошую я себе отмазку придумал? Мне кажется, да.

Полчаса уходит на бестолковое обсуждение проекта по строительству завода по производству съедобных стаканчиков для мороженого, которые на вид, как бумажные будут. Птиц они с внуками собрались кормить этой фигней. Не думайте, что дебильные идеи бывают только у молодых предпринимателей, деды тоже порой развлекаются. С первых минут обсуждения стало понятно, что исходную стоимость проекта можно увеличить в два раза и в путь.

Оглядываюсь в поисках восхищения глаз своих. Секундная вспышка растерянности. Эммы на прошлом месте нет.

Твою мать, обещал же себе глаз с нее не спускать.

Мне требуется немного времени, чтобы отыскать Эмму взглядом в толпе.

Первое, что испытываю — неконтролируемая вспышка ревности. Эмма сидит за столом с мужиком, который касается белого атласного рукава её платья. На её губах лёгкая искренняя улыбка. Я точно еду крышей. Внутренности скручивает от ядовитых эмоций. Лет десять подобного не испытывал.

— Красота в глазах смотрящего, — подойдя ближе, успеваю услышать только обрывок фразы Эммы.

— Тимур, это ты сюда привез наше бишкекское золото?! — на мое предплечье ложится женская рука.

Эмма и её спутник оборачиваются.

Чувствую себя ослом законченным.

Как я мог не узнать по лысеющему затылку своего знакомого — Талант Шарипов. Кыргызский промышленник. Перевожу взгляд на его жену, которая так и держит меня за руку.

— Рад тебя видеть, Амина, — произношу как можно мягче. Жаль, эмоции не щелкнуть, как выключатель.

— Тимур, ты такой молодец! Я как Эмму увидела, дар речи потеряла. Года четыре мы не виделись? — Амина Шарипова к Эмме обращается, на что последняя кивает. — Я так рада… Так рада. Всю голову сломала, куда ты после чемпионата Киргизии делась?! Мы все олимпийского золота ждали. А ты раз и пропала! Как же так?

Амина опускается на стул рядом с Эммой. Мне остается лишь напротив сесть. С другой стороны от Эм уже занято. Честно? Я бы их пересадил подальше — удерживает только то, что Эмма смутится, устрой я рокировки сейчас.

Замечаю, что малышка в лице меняется. На секунду дольше обычного моргания глаза закрывает, по видимости дух переводит. После чего, открыв глаза, плечиками своими узкими передергивает.

— Так вышло. Я улетела сразу после награждения, — Эмма сглатывает с трудом. Ей явно неприятно говорить.

Я к своему стыду, так и не удосужился получше узнать, как именно её спортивная карьера закончилась.

— Тимур, ты видел выступления Эммы? — Амина на меня переключается. — Если нет, у меня записи есть, почти всех. Она просто невероятная была. Лёгкая. Фактурная. Нежнейшая. Каждый раз весь зал на ноги поднимала! Мы всей семьей ходили на все её выступления. Какое это было счастье. Наша лучезарная девочка.

Эмма натянуто улыбается и взгляд на столешницу опускает. Вздыхает, словно сдуваясь немного.

— Не девушка — произведение искусства, — подытоживает Талант, окончательно Эмму в краску вгоняя.

Замечаю на её шейке несколько красных пятнышек. Они появляются, когда Эмма нервничает. На ладошках такие же.

Никогда «до» внимательностью к подобного рода вещам не отличался. Если спросить у меня что-то эдакое в отношении дочки, я не отвечу. Существенным мне это не казалось. Сейчас же крайне важно считать эмоции Эммы на подсознательном уровне.

— Такая же, как и все остальные девочки, — Эмма говорит спокойно, не споря излагает свою точку зрения. — Все, с кем я тренировалась, были талантливы и трудолюбивы. Я у них многому училась.

— После твоего ухода золота международного не было. Максимум в тройку входили. Если повезет. Титулованнее, чем ты, у нас чемпионки Кыргызстана нет.

Эмма хмурится. Вид такой, будто ей стыдно.

Амина рассказывает о том, как сложно замотивировать младшее поколение. Имея все блага, они