Возьми меня с собой - Нина Дж. Джонс

Затем приближается ко мне и стаскивает с меня одеяло. Я сопротивляюсь, дергая за другой конец.

— Ты сказал, что оно мое! — вскрикиваю я.

Мужчина вырывает его из моей руки и бросает на пол позади меня, дав понять, что у этого одеяла есть только одно назначение, и оно не в том, чтобы прикрываться им от его взгляда.

Меня буравят глаза цвета морской волны. Я пытаюсь рассмотреть их, пытаюсь представить, что за ними скрывается, но большая часть его лица спрятана под черной тканью. Этот человек отнял у меня все, и я даже не знаю, как он выглядит. Я задаюсь вопросом, хорошо ли это. Возможно, если я не смогу его опознать, есть шанс, что он меня отпустит.

Незнакомец подходит ко мне, кладет руку мне на поясницу и притягивает к себе. Сегодня он ничего мне не дал. Может, он пришел только за тем, чтобы что-то забрать.

Мужчина проводит рукой по моей спине и хватает за волосы, обнажив шею. Он прижимается носом к моей ключице и глубоко вдыхает. Он уже возбужден, прижимается ко мне бедрами, так что я чувствую, что должно произойти.

— Вчера я видел, как ты ласкала свою киску, Весп, — угрожающе произносит незнакомец. Затем сглатывает и делает глубокий вдох, слегка касаясь губами мочки моего уха. — Теперь я знаю твой секрет. Снаружи ты прелестный маленький ангелочек. Но внутри...

Он содрогается.

— Внутри ты шлюха, которой нравится, когда я заливаю спермой твои сиськи.

Эти слова ранят сильнее, чем его физические действия. Совершая этот постыдный поступок, я думала, что осталась одна. Даже тогда я чувствовала себя грязной. Но я считала, что у меня, по крайней мере, осталась крупица достоинства.

Мой похититель лишил меня всего. Не только жизни, которая у меня была, но и элементарного права на личное пространство. Из-за того, что он говорит, я иногда задумываюсь, а не читает ли он мои мысли. Возможно, во мне не осталось уже ничего, что можно было бы назвать моим.

Это приводит меня в бешенство. Такой ярости я не испытывала с тех пор, как здесь оказалась. Меня морили голодом и держали в темном подвале, чтобы я подчинилась. Превратили в домашнее животное. Но чисто человеческого чувства стыда достаточно, чтобы разжечь огонь и вернуть Веспер Риверс.

Хотя внутри у меня все дрожит, я «надеваю» храброе лицо, надеясь вернуть себе хотя бы каплю отнятого у меня достоинства.

— Что ты сегодня мне принес? — самодовольно спрашиваю я.

Мужчина чуть сильнее дергает меня за волосы, чтобы лучше разглядеть мое лицо. Его взгляд блуждает по моим чертам, выдавая его замешательство по поводу моего ответа.

— Позволь внести ясность: все, что, как тебе кажется, ты видишь, — это просто мои попытки чего-то от тебя добиться. У тебя даже не хватает смелости показать свое лицо и заговорить со мной. Ты просто бугимен. Ты даже не человек. Все это нереально, — рычу я. — Единственный способ заставить девушку у тебя отсосать — это украсть ее и подкупить. Ты жалкий вуайерист.

Сказав эти слова, я начинаю задыхаться от страха. Черные зрачки затмевают светлые радужки его глаз, и я понимаю, что раздразнила зверя.

Мужчина делает один прерывистый вдох, и я уже со всей силы прижата к холодной, жесткой стене подвала. Я хватаю ртом выбитый из меня воздух и, как могу, вырываюсь из хватки этого психа. Я отворачиваюсь и извиваюсь, пытаясь высвободиться, но он еще крепче сжимает мои волосы. Мне в шею впивается холодное лезвие. Это больно, и впервые за долгое время мне по-настоящему страшно. Это не просто постоянная неопределенность и тлеющая где-то на заднем плане боязнь, а ужас, от которого колотится сердце и перехватывает дыхание.

— Хочешь поиграть в эту гребаную игру, Весп? Хочешь лгать мне в лицо, мать твою? Я предоставил тебе выбор. Я был к тебе снисходителен, но теперь позволь и мне внести ясность: я отымею тебя всеми гребаными способами, какие только смогу вообразить. Буду утопать в твоих криках. Ты будешь умолять меня трахнуть тебя во все дыры. Потому что ты такая, Весп. Подарки нужны для того, чтобы тебе было легче с этим смириться. Но это неизбежно. Ты не можешь это контролировать так же, как не можешь контролировать свою потребность в воздухе или воде. Я вломился к тебе в дом и трахал тебя, пока твой парень лежал связанный, как маленькая сучонок, а ты пребывала в своем собственном извращенном уголке рая. У меня для тебя новости, Весп. Когда ты насквозь порочна, как я, рай и ад не сильно отличаются.

Так много за один раз он мне еще не говорил. Я вижу, как от каждого резкого слова вибрирует его грудь, голос режет, как осколки стекла. Несмотря на разногласие, наши грудные клетки вздымаются и опадают в унисон. Мне в живот упирается его твердый член — гнев на него то ли не влияет, то ли наоборот, еще больше возбуждает.

Взгляд мужчины теряет свою напряженность, как будто он даже шокирован своей небольшой тирадой. Мой похититель принципиально перекидывается со мной лишь парой фраз, как будто это какое-то установленное им правило, и мне кажется, только что он его нарушил. Мужчина отступает назад и отталкивается от меня. Я наклоняюсь и шиплю от боли в лодыжке. Когда он прижал меня к стене, цепь содрала нежную кожу, и рана теперь адски болит. Незнакомец замечает, как я морщусь, и подходит ко мне, все еще держа в руке нож. Я отшатываюсь от него, по-прежнему опасаясь за свою жизнь. Мужчина опускается на колени, и я вижу, как он достает из кармана ключ и снимает с моей ноги цепь. По ступне стекает тонкая струйка крови.

У меня не было такой свободы с тех пор, как он меня сюда привез. Лодыжка горит от прохладного воздуха, но, в то же время, без цепи мне гораздо легче. Я подумываю о том, чтобы сбежать, но этот парень невероятно силен и быстр. Он закинул меня себе на плечо и понес, как тряпичную куклу. Лучше заслужить его доверие, чтобы, если я переживу следующие несколько минут, найти более выгодную позицию для побега.

Не произнося ни слова, мужчина стягивает с себя футболку, его грудь все еще вздымается и опадает, наполняя неровным дыханием тишину подвала. Сегодня никаких переговоров. У меня не осталось сил бороться. Говорят, есть реакция «бей или беги», но бывает и