Истинная декана. Дочь врага. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

Я не сразу понимаю, что это такое, но вчитавшись, закусываю губу. Это письмо от Флоффа. Его официальное предупреждение о том, что я часть своего времени буду проводить на работе в вольере.

— Но это…

— Честно говоря, я даже после этого допускал, что все это выдумки… Но вас регулярно замечают в обществе Филиса.

— Но это же бред! Я просто с ним разговариваю…

— Где-то просто разговариваете, а где-то имеете более близкое общение, — с каким-то новым оттенком рыка в голосе произносит Ругро. — Может, не только Курт уже в курсе ваших особенностей?

Я откидываю от себя письмо Флоффа и делаю шаг назад.

— Правду про вас говорят, нет у вас души, — в сердцах выкрикиваю я. — А я-то думала, что вы…

Договорить не успеваю, как раздается стук в дверь и еще до того, как Ругро успевает ответить что-либо, в кабинет входит ректор. Он моментально оценивает мое лицо, настроение куратора и, кажется, сам мрачнеет.

— Прошу прощения, — я заставляю себя спокойно сказать, хотя хочется кричать, а лучше ударить чем-нибудь тяжелым Ругро. — Я не буду вам мешать. К тому же я на обед могу опоздать.

Вылетаю из кабинета так, чтобы меня гарантированно никто не мог остановить. Продолжать разговор с Ругро, когда он намекал на такие глупости, которые мне никогда в жизни бы не пришли в голову, я не готова. Как он мог вообще поверить? Да вообще как смел?

Судит по себе?

Нет. По отцу. Он все еще судит меня по поступкам моего отца… Как и все.

Сбегаю вниз по лестнице и вон из корпуса, надеясь, что ни с кем не встречусь. Как бы не так! Бегу, не поднимая глаз и стараясь, чтобы никто не заметил, что я готова расплакаться.

Неожиданно для себя влетаю в мощное упругое тело и чуть не падаю. Меня успевают подхватить, и только тогда я перевожу взгляд с ботинок на лицо и понимаю, что меня держит Филис.

— Касс… Ройден? Что случилось? — он хмурится.

Я пытаюсь отвернуться, но Адреас легко подцепляет мой подбородок и заставляет посмотреть на него.

— Какой идиот опять что сделал? — недовольно произносит он.

— Да какая тебе разница? — отпихиваю Филиса, и он почти не сопротивляется. — Кому вообще какая разница. Иди лучше за своей невестой следи, а то еще какая-то бредовая идея ей в голову придет.

Обхожу его и иду в свою комнату. Мне бы не стоит пропускать обед, но я не готова сейчас прилагать усилия, чтобы игнорировать чужие взгляды и шепоточки. Я знала, что Ругро не подарок. Но я думала, что у него хотя бы есть какое-то критическое мышление. А не вот это вот все.

Да я теперь принципиально от предложения Флоффа отказываться не буду! А если Ругро будет что-то иметь против… Не знаю, что буду делать. Попробую поговорить с ректором Ферстом, он говорил, что если что, я могу прийти и решить вопрос.

Сейчас отсижусь до практических занятий в комнате, а потом буду думать.

Наш корпус оказывается пуст, что только радует. Я быстро поднимаюсь к себе и закрываюсь в комнате. Но… это никак не спасет меня от того, что после этого мне придется идти на тренировку к Ругро.

А если не пойти?

Пока нервно мерю шагами комнату, успеваю рассмотреть все зазубринки на деревянном полу, сосчитать количество досок и найти места, на которые попадает солнце, потому как там краска сильнее выцвела.

В одну из проходок замечаю под столом Эллы бумажку. Сначала пытаюсь игнорировать ее, а потом не выдерживаю и поднимаю ее, чтобы выбросить в мусор.

Что-то подталкивает меня заглянуть, что же там написано. А там всего ничего: дата, время и место. И чуть ниже слово “Ребус”. По спине пробегает холодок, а в голове ярким огоньком загорается осознание, о чем это. Это то самое приглашение… Куда-то, куда девчонки все время отказываются ходить.

И это будет сегодня.

Глава 26

Мортен Ругро

— Какого Ярхаша ты творишь? — рычит Ферст. — Мы же с тобой договаривались!

— Мы договаривались, что я ее буду учить, но я не обещал, что ей будет просто, — отвечаю я.

Хотя сам знаю, что перегнул палку. Я просто собирался вызвать ее, чтобы поговорить. Обсудить то, зачем ей тратить время на Флоффа, да и вообще иметь дело с фамильярами, если для нее они бесполезны. Лучше приложить больше усилий для упражнений на контроль…

Поверил ли я письму Риделии? Скорее, удивился, насколько сконцентрирован на себе может быть человек, раз думает, что все вокруг происходит ради него, из-за него и против него. Кассандре же некогда смотреть на других и думать, что творится в их жизни, своих забот хватает.

А потом я увидел, как Касс улыбнулась Филису. Она улыбнулась, а мне показалось, что во тьме моей жизни вышло солнце. Но… это солнце светило не мне.

— Кассандра едва не плакала, Морт, — продолжает злиться на меня Эриан. — И вовсе не от того, что ей трудно. Я смотрел за ней, я прочел много ее характеристик не от одной ищейки. Уж чего она точно не боится, так это трудностей. Что ты ей сказал?

Тру переносицу и пытаюсь осознать, что я наговорил Кассандре в запале. Чем больше я прокручиваю это в голове, тем хуже все звучит.

Выхожу из-за стола и останавливаюсь около окна, надеясь увидеть девчонку. Я должен знать, куда она побежит. Ей нельзя сейчас пропускать прием пищи… как и нервничать. И я, зная это, наговорил все то, что наговорил. Идиот.

Кассандру я действительно замечаю. Она сбегает по ступенькам, бежит прочь от корпуса так, будто за ней гонятся Ярхашевы монстры, а потом… оказывается в руках Филиса.

Пламя, которое взвивается в груди в этот момент, готово поглотить меня с головой, как это случилось уже несколько минут назад. Оно выжигает, заглушает доводы рассудка, подталкивает к совершенно идиотским действиям.

Заставляю сделать себя шаг назад. Что бы я сейчас ни увидел, может оказаться не тем, что я додумал из-за этого Ярхашева пламени.

Я намекнул, что допускаю… что она ведет себя как легкодоступная девушка. Демоны… Я попросту назвал ее шлюхой. Это звучит еще