Собственность короля - Лана Кроу

мы покинули этот постоялый двор. Я не буду скучать по этому месту и по Арквилу в целом, я была бы счастлива и вовсе сюда не возвращаться. Исполнение моего желания зависит только от меня.

* * *

Анрэй

Всю дорогу леди Норисон неугомонно болтала: она рассказывала о своих собачках, о платьях и прочей ерунде, знать которую мне совершенно не хотелось. Виктория же, напротив, молчала, и это меня волновало. Портовый город являлся полной противоположностью Арквила. Мощеная дорожка была ровной, а маленькие аккуратные дома — радовали глаз. Чем ближе мы подходили к центру, тем оживленнее были улицы, и сильнее кипела жизнь. Этот серый город был более населен, чем многие другие. Все из-за моря. Сюда съезжались различные торговцы, ремесленники были заняты своей работой. Именно они отстраивали этот город раз за разом, и разваленных руин оставалось все меньше. Хотя и встречались. Но, вместе с этим, не только город становился оживленнее, леди Норисон с каждым шагом делалась всё настойчивее.

— Милорд, вам больше некого бояться! — уверяла она меня, пытаясь убедить снять капюшон.

— Леди Норисон, мое нахождение здесь должно оставаться в тайне.

— Я никому не расскажу, — пообещала Оливия. — Так ведь будет намного удобнее! Вы можете остановиться у меня, мой отец обеспечит всем необходимым спасителя дочки!

— Нет, — сказала Виктория. — Мы не будем останавливаться.

А вот я задумался: предложение было заманчивым. Виктория, как бы она ни храбрилась, устала, и ей не помешал бы отдых. Проблема была только в самой настойчивости леди Норисон.

— Леди Норисон, мы вынуждены вас оставить, — заключил я.

— Вы не проводите меня до папеньки? — искренне удивилась девушка.

— Я уверена, вы дойдете сами, — вступила в диалог Виктория.

— Милорд… — девушка захлопала глазами, словно готова заплакать.

— В центре вам нечего бояться, — пытался успокоить девушку я.

Но леди Оливия сдаваться не желала.

— Здесь совсем близко, мой папенька…

— Тем более, вы дойдете сами, — сказала Виктория.

— Он бы вознаградил вас за храбрость, — Оливия говорила только со мной, не обращая никакого внимания на слова леди Лур.

Награда мне была ни к чему. Я посмотрел на Викторию и принял окончательное решение.

— Леди Норисон, нам пора, я уверен, вы дойдете сами.

Но стоило мне развернуться, как девушка вцепилась в капюшон и изо всех сил дернула его на себя.

Ткань с легкостью соскользнула, не встретив никакого сопротивления, так как я не успел перехватить его, и мое лицо оказалось открытым.

Глаза леди Оливии расширились, а крик — не заставил себя ждать. Девушка закричала настолько громко, что улица замерла.

Причину крика нашли быстро, но к тому времени я уже накинул капюшон и бежал с Викторией к первому попавшемуся темному переулку, сбивая людей, стоящих на пути.

Как только мы с Викторией спрятались между домами, упреки леди Лур не заставили себя ждать.

— Она мне сразу не понравилась, — сказала она.

Я посмотрел в золотистые глаза Виктории, в них отражалось столько злости.

— Прости, — признал свою вину я.

Взгляд леди стал мягче.

— Ваше величество просит у меня прощения? — удивилась она.

— Я умею признавать ошибки, Виктория.

Стоя так близко в узком темном проулке, я чувствовал запах простого мыла на теле девушки, ее волосы пахли какими-то травами.

Я вспомнил, как увидел ее впервые с золотистыми волосами, и рука непроизвольно потянулась к темному локону.

— Надеюсь, вы научитесь прислушиваться ко мне, — сказала она.

Девушка отступила, от чего ее локон выскользнул у меня из рук.

— Нужно идти, — сказала она.

Глава 33

Виктория

Теперь приходилось быть еще осторожнее. Хорошо, что в таком большом городе крик Оливии остался без внимания.

Толпа все еще была взбудоражена, но уже не так сильно. Старый поток сменился новым, и жителей города больше интересовали новые ткани, чем крик сумасбродной леди.

Мы с Анрэем двигались плавно, пытаясь смешаться с толпой, но как только достигли ближайшего корабля до Северных земель, возникли новые проблемы.

— Издеваетесь?! — возмутился Анрэй, когда мужчина озвучил цену за поездку.

— Не нравится — найдите другой корабль, — спокойно сказал худощавый мужчина с густой бородой и длинными спутанными волосами.

— У нас столько нет.

— Это ваши проблемы, — безразлично сказал он.

Его взгляд скользнул по мне, и улыбка оголила желтые зубы.

— Но мы можем договориться.

Капюшон дернулся, я думаю, король понял, каким именно образом капитан предлагает ему договориться.

Я снова почувствовала себя товаром и разменной монетой. Говорят, от судьбы не убежишь, жаль, что моя судьба настолько жестока.

Но монарх удивил меня ответом.

— Нет! — жестко сказал он.

— Я мог бы предоставить вам лучшую комнату, — облизнулся мужчина, охватывая взглядом мои губы и закрытую платьем грудь.

Желтозубый сделал шаг ко мне, но король быстро преградил ему дорогу и схватил за грудки.

— Еще одно слово, и я сломаю тебе челюсть.

Голос Анрэя был настолько суровым, что даже я испугалась. Как только монарх отпустил мужчину, он отстранился, но я поспешила его остановить.

— Я согласна.

Капюшон дернулся в мою сторону, а мерзкий незнакомец снова растянул губы в мерзкой улыбке.

— Нет.

— Анрэй…

— Я сказал нет, — жестко повторил он.

Я взяла короля за руку и потянула на себя, приблизив его до такого степени, чтобы говорить шепотом.

— Доверься мне, — попросила я.

Капюшон на лице короля здорово раздражал, я не могла увидеть его глаз, понять, верит он мне или нет.

— Я не позволю тебе так поступать с собой. Я найду выход.

— Анрэй… — упертость короля раздражала. Я хотела воспользоваться силой, но в людном месте не могла, уединение было бы очень кстати.

— Нет, — повторил он голосом, не терпящим возражений.

Меня жестко схватили за руку и потащили в сторону от мерзкого незнакомца.

— И куда мы? — с раздражением спросила я.

— В ближайшую таверну.

— Будем пить, пока нас гончие не разорвут?! — предположила я.

— Будем искать того, кто передумал ехать.

* * *

Анрэй

Она хотела заплатить собой! Мерзость.

Отличный выход в данной ситуации, вот только меня он не устраивал совсем. Она сама согласна, сама просит, но внутри я чувствую, что, если я ей позволю, что-то сломается.

За то время, пока мы были с Викторией, я привык считать ее своей, она что-то неизменное, что принадлежит мне с того момента, как ее нога ступила на порог замка.

А я никогда не позволю кому-то забрать то, что принадлежит мне. Нельзя доверять Виктории, я помнил это, но, вместе с тем, нельзя отдать ее кому-то другому, и это уже мое желание.

Как только мы дошли до таверны, я приказал Виктории оставаться снаружи, на что получил