Сердце дракона - Надежда Паршуткина

******

Я уже вторую неделю бродил по замерзшим лесам, выискивая преступника. Лететь было невозможно, этот чертов гад, прятался в снегу. Моему отряду приходилось постепенно продвигаться вглубь, кидая впереди себя заклинание поиска. Я был зол, поскольку в последнюю ночь мы напали на его след, но он успел удрать.

Взял с собой лучший свой отряд, и мы все равно копошились. Хотя нет! Это был виноват я, но никто не хотел этого признавать, даже я сам. Когда мы его выследили я стоял и смотрел, как он уходит. Лучше идти вглубь леса, чем стоять над окнами Натальи, наблюдать за ней, не разрешая к ней прийти. Ох, сколько же раз я подходил к двери ее комнаты, замахивался постучать в дверь, тут же разворачивался и уходил. А стоять на балконе и смотреть, как она рисует, злится, комкает лист бумаги выбрасывает его и рисует заново. Мурашки проходили по моему телу, но я так и стоял черной тенью на балконе не решаясь зайти к ней. А потом мне дали это задание и я взяв отряд Элитных бегом ринулся разыскивать преступника. Мне нужно было чем-то отвлечь себя. Я понимал, еще немного и я не выдержу. Мой дракон не выдержит, он словно загнанный зверь скулил и рвался к ней. А сейчас мы с ним оба заняты. И это хоть на какое-то время заставляет забыться.

– Я нашел его! – услышал я крик одного из своих солдат.

Я устремился в ту сторону. Главное перехватить его раньше всех и дать ему уйти. Вспышки огненных заклинаний, чей-то вскрик. Я перешел на бег. Черт! Не успел! Парни уже поймали преступника и вязали его. Внутри заворочался дракон, в голове билась одна мысль “Я увижу ее”. Скрутив преступника мы взлетели и направились в город.

Мы втроем вели его в камеру проходя по длинным коридорам тюрьмы. С разных боков доносились голоса заключенных. Кто-то звал на помощь, кто-то выкрикивал то, что он не виновен. Кто-то стонал после пыток. То еще зрелище скажу я вам. А проходя мимо одной камеры мы услышали, как кто-то пел. Пел?

– А я смотрю, здесь бывает весело! – сказал Эрл и мы все рассмеялись.

А потом я остановился. Меня прошибло током. Этого не могло быть. Мне показалось. Я развернулся и пошел к камере, чтобы расслышать этот голос. Эту песню. Я слышал ее уже, тогда в таверне, когда впервые увидел ее.

–Филу понравилась певица? – снова сказал Эрл.

А я остановился у камеры. Это не могло быть правдой! Наталья? Она сидела на кровати и пела осипшим голосом, периодически кашляя и продолжая петь дальше. Я не верил собственным глазам.

– Наталья? – позвал я ее. Она не сразу, но повернула голову в мою сторону. Улыбнулась.

– Филиан, как я рада тебя видеть! – и она снова запела. Я стоял как вкопанный.

–Что произошло? Почему ты здесь? – но она продолжала петь, словно не слышала меня. Я взглянул на решетку, по ней проходила магия. Я развернулся и пошел в другую сторону.

–Фил? – позвали парни.

– Идите без меня! У меня дело! – И я побежал по длинным коридорам.

Я вбежал в кабинет Гренделя. Тот стоял с рядовым и что-то ему втолковывал.

–Как она здесь оказалась? – тяжело дыша, спросил я.

–Фил ты не вовремя, – отмахнулся от меня он.

–Какого черта она сидит в камере? – рыкнул я. А сам сжал кулаки. Спокойно! Только спокойно! Вдох-выдох. Дракон внутри меня успокаивался. Грендель увидев мое состояние, отослал рядового. И спросил: – Ты о ком?

– Наталья! – я увидел недоумение на его лице, – Человеческая девушка из другого мира. Которая жила у Виолетты. Почему она здесь?

–Аааа! Черт! Я совсем о ней забыл! – сказал он, – Она больше не живет у Виолетты. Она взорвала половину их дома.

– Она? Взорвала? Ты себя слышишь?

–Да. Именно она! В ее спальне нашли взрывчатку.

– Бред какой-то! Этого не может быть! Она ждала, когда Чарльз сделает портал чтобы вернуться обратно.

– Ну видно она решила не возвращаться.

–Таким оригинальным образом?

–Ну кто их этих смертных поймет.

– Выпусти ее! Она не причем!

–Ну да! А сам ты много преступников выпустил?

– Сколько она уже здесь? – боясь ответа, спросил я.

– Две недели.

–И когда будет суд?

– Через недельки три.

– Выпусти ее! – снова начал я.

–Куда? Обратно к Виолетте?

– Она никого не убила, пострадало лишь имущество. Ты можешь ее отпустить?

– Да! Вот только некуда мне ее выпускать. На улицу же я ее не отправлю.

Я сел за его стол и стал писать. Он же вскинув бровь, наблюдал за мной.

–Фил, ты уверен? – спросил он, читая.

– Да! Под мою ответственность! В мой дом! Выпускай! – сказал я, вставая и направляясь к выходу, но Грендель стоял на месте. – Пошли! Сейчас выпускай! – приказным тоном сказал я, и он пошел за мной.

Когда мы подошли к ее камере, она продолжала петь. Грендель провел рукой у решеток и произнес заклинание, дверь камеры отворилась.

–Фил, я бы не советовал. По-моему она не в себе, – сказал он мне, глядя на Наталью.

Я зашел в камеру сказал, что мы идем домой, но она не реагировала. Я дотронулся до нее. Она вся горела, и пела в бреду. Я взял ее на руки, прижал к себе. Меня била дрожь в страхе за нее.

– Если она умрет, тебя я убью первым! – ледяным тоном сказал я, выходя из камеры. Наталья прижалась ко мне, замолчала и закрыла глаза.

Выходя из здания, я остановился. Чем ее укрыть пока мы будем ехать? Пришлось ловить солдата и отправлять его за одеялом. Укутав Наталью в одеяло, мы сели в карету. В себя она не приходила. Еще и дом у меня в самом конце города. Пока ехали на меня накатила усталость, тянуло спать. Несколько раз я зевнул. Странно! Раньше я такого за собой не наблюдал, даже когда не спал сутками.

В доме я отнес ее в спальню, положив на кровать и стал осматривать ее. Желание убить Гренделя возросло втройне. У Натальи было сотрясение, температура и воспаление легких. Черт! Придется звать лекарей. Я не смогу ее вылечить. Она повернула голову во сне. Я дотронулся до лица чтобы убрать прядь волос и понял,