Саша Лорски. Пламенный Факультет. 5 курс. - Дроздова Александра

– А эту, – мой кивок в сторону сестры, – зачем с собой притащил?

– А эту? – гневно спросила Бэлла. – Да, без меня они вообще ничего не могут!

Тут, я согласна, Бэлла была очень хорошей водницей и притворщицей, хитрой и ловкой, но ее талантов было мало для участия во всеземельном контроле. Тем более она все еще младшекурсница…

– Я сказала, что расторгну помолвку, если Андироган не сделает так, чтобы я сюда попала и увидела тебя… – краснея, призналась она.

– Ну… теперь все понятно! – протянула я, рассматривая это кудрявое чудо.

Все теряло смысл, если Бэлла станет препятствовать браку с Шеслейсом.

Остальное, что они поведали мне на пару, было не столь интересным. Матери давили на них обоих, все хотели урвать свою пайку. Сирилл злился, но терпел. Бэлла принимала свою судьбу, в тайне ото всех восхищаясь Андироганом и мечтая о его любви.

Что ж, веселье продолжалось…

– В университете все еще считают меня виноватой во всех покушениях?

– Знаешь, – почесал затылок Сирилл, – все как-то сильно загружены учебой. В этом году Розария и Левофус просто озверели, и ректор Склифор ужесточил правила, ввел комендантский час на постоянку. Времени больше ни на что не хватает кроме, как на зубрежку и отработки стихий.

Это правильно. Это верно, а то нашли время подсматривать за мной аж на крыше… И кому это было нужно? Но ничего из этого в слух я не сказала.

– Мы все тебе рассказали! Теперь твоя очередь! – сказала Бэлла и завалилась на мою кровать. Я легла следом за ней. Время было уже позднее и, если честно, я измотана до предела. Сирилл от нас не отстал, а плюхнулся прямо между нами.

– Эй! – возмутилась Бэлла. – Ты нас так раздавишь!

Мы рассмеялись, но пришло время и мне открывать свои тайны.

– Вы помните Сиурда?

– Да, – охотно ответила Бэлла, – тот, что был на выпускном контроле в прошлом учебном году. Выпускник.

– Угу, – подтвердила я. ­– Это Его Владычество.

– ЧТО? – хором заорали Бэлла и Сирилл.

– Встретила его случайно на посвящении первокурсников, а там, он, и Андироган был. – продолжала я.

И брат, и сестра впали в задумчивость. Я примерно представляла, что за мысли роились в их головах, но одна была явно основная – никто в серьез относится ни к ним, ни ко мне не станет. И Андироган лишних сведений не предоставит.

Бэлла не смогла оставаться, лежа на постели, она встала и стала расхаживать по комнате, туда-сюда, туда-сюда. Согласна, мое открытие было не самым приятным. Она взяла мое платье, что я бросила на кресло. Стала его складывать, потому что не знала, куда деть руки.

– Вот, козел! – наконец, выговорилась она.

– Я бы высказался несколько жестче, но, в принципе, согласен с ходом твоих мыслей, сестра. – спокойно произнес Сирилл, закладывая руки за голову. Его, судя по всему, не так сильно расстроило молчание Андирогана.

– Ладно, еще что? – продолжила спрашивать Бэлла.

Я рассказала про клятву, про проклятье Дракгхила, не вдаваясь в подробности, но, чтобы они знали, что земля проклята. И, если в будущем они собираются остаться в Дракгхиле, им придется стать добровольно проклятыми. Я поведала: про свои подозрения на одну из участниц от академии, про подслушанный разговор, про нехорошего, распускающего руки преподавателя, которого подозревала, про то, что им следует быть осторожнее на играх и опасаться Элайзу – у нее явно была какая-скрытая цель! Вообщем-то, я рассказала про все, не считая своего наставничества с Заком и личных любовных расстройств. И про то, как получила новый цвет глаза, я тоже рассказала.

– Всего лишь тренировка с рожденными драконами… – закончила я.

– Всего лишь… – заворчала Бэлла, приглаживая ладонью воротничок от моего платья. – Погоди! А это что?

Бэлла подняла краешек белого уголка и разглядела эмблему пламенного факультета, которую я приделала на форму академии совсем недавно.

Сирилл приподнялся, чтобы увидеть, что же такого интересного обнаружила Бэлла, и заржал самым натуральным образом, громко, держась за живот!

– Это что? Это что, я спрашиваю тебя! – ярилась Бэлла. – Эмблема пламенного факультета?

– Не понимаю причин твоего бешенства… – теряясь, ответила я и, действительно, не догоняла, почему Бэлла так злилась.

– Скучала! Ты скучала! И не строчки не написала! Бегала-скрывалась, бросила нас и перевелась в эту безднову академию! – кричала она.

Ах, я поняла – Бэлле было тяжело смириться с коварством Андирогана, с моим уездом и, вообще, со всей несправедливостью, по ее мнение! И таким нехитрым образом она решила все свои эмоции слить.

Бэлла рукой ухватила покрепче жесткое платье и начала им лупить меня.

Я смеялась, но быстренько переместилась к ржущему Сириллу поближе, чтобы и этому придурку досталось от свирепой сестрицы!

Он свалил ее на кровать тогда, когда она уже вымоталась, но не смогла самосостоятельно остановиться… Тяжело дыша, мы втроем лежали на развороченной постели, побитые парадной академической формой (отличное оружие, кстати), лежали и улыбалась, полоумные.

– Хорошо, что мы снова друзья… – счастливо произнесла Бэлла.

– Хорошо… – согласилась я.

– Пойдет, – произнес Сирилл и добавил – но нам уже пора возвращаться к себе, если Бэн или Ручеек поймет, что мы отсутствуем, то нам влетит.

– Точно. – подскакивая, сказал Бэлла и ринулась к выходу.

Сирилл понялся не так быстро. Ему еще надо было выпутаться из одеяла, покрывала, простыни.

– Встретимся завтра, – бросил он, прежде, чем они оба ушли.

– Встретимся-встретимся…– прошептала я, закрывая дверь.

Одни камнем на душе стало меньше…

Когда Бэлла и Сирилл вернулись, они думали, что никто их не видел. Бэлла тепло распрощалась со своим братом. Теперь она была спокойна за подругу и за себя, мир казался светлее, чем был на самом деле, и Бэлла уверилась, что все образуется и будет хорошо.

Сирилл же не был так уверен, однако, злость, которая не покидала его все это время, наконец-то свернулась гладким клубочком и опустилась на самое дно. Он чувствовал, что ему стало легче дышать после разговора с Сашей. Уверенный, что никто не заметил их уход, он отпер дверь своей комнаты и сразу же столкнулся с холодом, холодом, который исходил от одного из их кураторов, и от тяжелого взгляда почти белых глаз. Бр-р-р, аж мороз по коже…