Помощница Его Величества - Дарья Верескова

— Не смейте разговаривать со мной в таком ключе, — сглотнув, сказала я. А потом уже добавила, для остальных: — Извините, я оставлю вас ненадолго. Это… слишком.

Я изобразила высшую степень расстройства и вручила герцогу оставшийся в левой руке напиток, который каким-то чудом не расплескала, после чего быстро удалилась, чувствуя, как стремительно стучит моё сердце от волнения.

Нельзя позволять своей маске сползать. Все должны видеть только оскорблённую аристократку.

На самом деле никаких рычагов влияния против лорда Галя у меня не было, только поведение оскорбленной аристократки. И если это его не проймет…

Конечно, я могла бы обратиться к страже в заведении, но что я стану делать за его пределами? Во дворце, где слухи начнут расползаться? Защитой аристократке всегда служила её семья, но Имир не вызвал Леонарда на дуэль даже тогда, когда тот обесчестил меня и не понёс никакой ответственности.

Так что надеяться особо не на кого.

Поспешно влетела в женскую уборную и захлопнула за собой дверь, тяжело дыша и вглядываясь в изящное зеркало. С другой стороны на меня смотрела бледная, слегка растрёпанная брюнетка. Я поправила несколько выбившихся прядей и тут же добавила заколку — одну из тех, что всегда хранились в этой комнате.

Что?

Издала тяжелый, громкий выдох.

Оказалось, я была не в гостевой уборной, а в хозяйственной, предназначенной для девушек, работающих в заведении. Видимо, сработала привычка.

В зеркале на моей шее действительно отражались несколько родинок — но откуда о них мог знать лорд Галь? Я всегда тщательно скрывала их под макияжем, как и остальные девушки.

— Я говорю тебе, я точно видела его раньше. Помнишь, полгода назад? — раздались голоса у двери. Похоже, это были девушки-подавальщицы, ожидавшие своей очереди.

Ну, пусть стоят.

Я не собиралась их впускать — в конце концов, есть ещё две уборные, пусть идут туда. Хотя, судя по всему, и те сейчас заняты.

Мне нужно выждать хотя бы минут десять — надеюсь, за это время лорд Галь уже покинет игровой дом. Не станет же он донимать кронпринца подобной ерундой?

— Ты уверена, что это был Его Светлость?

— Да, говорю же тебе! Они всегда играли в самом углу, у стола Даяны. Всегда втроём, всегда в масках. Иногда с ними была ритуалистка и услышать хоть что-то из их разговоров было невозможно, но голос я запомнила.

— Но ты узнала остальных?

— Только одного. Потому что однажды он снял маску. Это был покойный граф, о котором теперь все пишут.

Я встряхнула головой, пытаясь уложить в мыслях то, что услышала. Получается, они видели вместе герцога де Вьена и графа Арвеллара? И с ними был кто-то третий и некая ритуалистка?

— А третий? Думаю, с этим стоит пойти к Его Высочеству.

— Нет, я боюсь. Пусть сами разбираются — тем более, я не знаю, кто была третьей.

— Женщина?

* * *

Из уборной я вышла через десять минут, как и планировала, надеясь найти волка и рассказать ему о том, что услышала. Расстроена я не была, но помнила, что следует это изображать. И была готова, если потребуется, упасть в обморок от оскорбления и выставить себя ещё большей жертвой.

Нужно было беречь остатки репутации — и уж точно никто не должен был узнать, что я работала в игровом доме, который женщинам при дворе казался чуть ли не борделем.

Слава богам, лорд Галь уже ушёл, но стоило мне приблизиться, как кронпринц, сидевший ко мне спиной, встал и двинулся мимо меня, направляясь в ту самую комнату, где мы проводили ритуал.

— У меня для вас задание, леди Валаре. Следуйте за мной, — бросил он громко, ледяным, почти злым тоном — таким, какого я не слышала уже очень давно.

С тех пор, как он попросил меня довериться ему.

Я шла за Каэлисом Арно, не зная, что на него нашло, отчаянно надеясь, что он обернётся. Что улыбнётся — почти незаметно. Что он действительно направляется туда, чтобы обсудить моё задание.

А затем разозлилась на саму себя — каких тёмных богов я испытываю эти чувства?!

На что бы ни разгневался Его Высочество, я не сделала ничего, что могло бы оправдать подобное обращение. Даже если он поверил, что я действительно работала здесь — я ведь уволилась сразу же, как он того потребовал, отказалась от всех своих подработок, хотя всё это время находилась на долгом и ненадёжном испытательном сроке.

Он открыл дверь, всё так же не глядя на меня, и остался стоять у входа, явно давая мне возможность пройти внутрь.

Когда мы оба оказались в комнате, я дошла до противоположной стены и резко развернулась, готовая встретить любые претензии с открытым лицом.

Молча, спокойно кронпринц закрыл за нами дверь, и щелчок замка в тишине прозвучал оглушительно.

Запахи здесь, как всегда, глушились, и не видя его лица, я не имела ни малейшего представления о том, что чувствовал Его Высочество.

Он прошёлся из стороны в сторону — спокойно, тихо.

Обманчиво.

— У вас было для меня задание, Ваше Высочество, — напомнила я, стоя прямо и тщательно скрывая своё волнение.

— Да, — все тем же ледяным тоном ответил он. — Было.

Три широких, быстрых шага — и вот он уже слишком близко, а я сама едва заметно отступила, оказавшись у стены.

Он всё так же молчал — страшно, тяжело, — но теперь поднял голову и стоял слишком близко, настолько, что я сразу поняла что происходит нечтодругое.

Лицо кронпринца оказалось совсем рядом с моей шеей, и он делал жадные, шумные вдохи.

— Ничего. Вы хорошо здесь поработали, — произнёс он.

Понятно. Видимо, лорд Мартен Галь убедил его, что я действительно работала здесь, и почему-то это очень не понравилось Каэлису Арно.

— Я давно не работаю здесь. С тех пор, как ушла со всех своих других работ.

Присутствие кронпринца так близко смущало меня, но я не двигалась. Воздух между нами казался плотным, тягучим, слишком горячим.

— Я понимаю. Наверное, вам было тяжело, и вы не видели выхода, Миолина.

«Миолина». Опять.

— Дворец выяснил о вас многое, пусть и не всё, прежде чем нанять вас, — его голос стал заметно мягче, но от этого я только сильнее заволновалась. — Я знаю, что у вас огромные долги, и что ваш брат множество раз влезал в неудачные проекты, которые заканчивались ничем. И я не осуждаю вас.

Он поднял на меня глаза — мутные, почти больные.

— Вы не видели выхода… но тогда почему я сейчас