Антагонизм - Натали Ният

нужно обращаться с маленькими детьми. Было решено ещё заранее, что моя бабуля поживёт несколько дней с Надей, чтобы помочь ей. А утром дедуля будет заезжать за ней пораньше и отвозить на работу, потом забирать с работы вечером и завозить ненадолго домой, чтобы она сделала все необходимые дела, а потом опять везти к Наде. И мамочка с Тасей обещали ей во всём помогать. Маленькая Лилечка сумела очаровать нас всех.

Незнайка уже три дня не ходит в школу, вроде бы он заболел ангиной. Погода сейчас холодная и ветреная. Катька говорит, что у них сейчас чёрт знает что в доме творится. Её старшая сестра встречается с парнем, и, по всей видимости, у них всё серьёзно. Он, в общем-то, неплохой парень, красивый, но у него нет денег. Сестра говорит, что для неё деньги не главное, и ей всё равно. А Катькина мама злится. Сестра убеждает их, что они собираются пожениться, несмотря ни на что. Мама вроде бы понимает, что спорить бесполезно. Скоро должны приехать к ним родственники из села, чтобы познакомиться с ним поближе. И Катька со мной поделилась, что её мама хочет продать свои золотые украшения, чтобы купить Катькиной сестре хорошую кожаную куртку (у нас во дворе один мужчина их сам шьёт на заказ) и снова купить как бы золотые украшения, но другие. И сделать вид перед родственниками, как будто это жених Катькиной сестры ей подарил. Как бы у него всё в порядке с деньгами, и он готов носить на руках и осыпать золотом с головы до ног свою невесту.

Я совершенно не понимаю, для чего все эти сложности, ведь всё равно рано или поздно все поймут про жениха Катькиной сестры. Ведь её мама не сможет постоянно продавать свои вещи и украшения? Ещё Катька злится, что её маме теперь придётся искать где-то деньги на свадьбу. У жениха и его родителей нет ни рубля на это дело.

— Мама и так должна многим, теперь ещё и на свадьбу.

— Катька, это ведь немаленькие деньги нужны.

— Я говорю маме: «Зачем тебе это надо? Пусть распишутся и всё». Сестру умоляю: «Отговори её, иди потихоньку распишись и скажи, что не надо больше ничего». А она отвечает: «Раз мама захотела так, пусть делает». Сука безмозглая! Она же это нарочно. Ещё и заявляет: «Хочу пышное платье».

— Да уж, — сочувствую ей.

— Не знаю, как мама будет отдавать эти деньги? Хоть бы ей никто не занял их!

Папа сильно поругался с Сачком, он не ночевал дома, появился утром на следующий день. Папа спросил его:

— Где ты был?

Он ничего на это не ответил. Мама предположила потом:

— У бляди. Сейчас его захомутает легко сука какая-нибудь.

Сачок потом ходил как ни в чём не бывало. Папа был на работе, а мама не выдержала и пошла к нему в дом.

— Учтите, я тут не потерплю никого. Никто не переступит порог этого дома.

Сачок в ответ на все вопросы и обвинения только молчал и спокойно продолжал заниматься своими повседневными делами.

— Вот же выблядок поганый! — сокрушалась мама. — Ещё год не прошёл с похорон, только-только жену похоронил. Совесть у него есть вообще?

К Наде я сейчас езжу в гости пореже, хоть мне и интересно наблюдать за малышкой. Бабуля рассказывала, что Наде трудно кормить Лилечку молоком, что у неё вся грудь в болячках, потому что ребёнок так пьёт грудное молоко, и она каждый раз уговаривает Надю потерпеть немного. Ещё я узнала, что Лилечка без конца капризничает, что она перепутала день с ночью и теперь спит днём, а ночью её трудно укачать, что Надя уже на грани от всего этого, как пояснила мне мама.

— Этого и следовало ожидать. Я говорила Надьке сто раз об этом. Кого она хочет обмануть? Она всё ещё ждёт, что Ляпишев придёт к ней. Она этого ребёнка для него родила, а не для себя, чтобы привязать этого кобеля.

А ещё мамочка говорит, что неизвестно, какая будет наследственность у этого ребёнка. Хоть Надя и говорит, что Ляпишев умный, кобелина он ещё тот!

Правда, почему он так плохо поступил с Надей?

Папа принёс домой с работы видеомагнитофон. Говорит, с ним надо обращаться очень осторожно, он числится рабочим. Но мы можем смотреть на нём разные видеокассеты, пока он будет у нас, а дальше будет видно. Вот это да! Мы с братиком уже пересмотрели кассету «Том и Джерри» много раз. Ещё мы смотрели разные музыкальные заграничные клипы и художественные фильмы. Посмотрели фильм, где играл Брюс Ли, братик потом стал драться со всеми, подражая ему. Когда я рассказала Катьке о видеомагнитофоне, она сказала, что очень завидует мне. Несколько дней я летела домой на крыльях, быстро делала все дела и уроки, и когда возвращались мама с братиком, она разрешала посмотреть нам мультики.

Немного погодя папа снова унес видеомагнитофон на работу: видимо, он был там нужен. Маме это очень не понравилось.

— Кто там будет смотреть его?

— Рая, ну нужно. Он же служебный.

Три дня он был на работе, потом снова вернулся в наш дом. Папа, загадочно улыбаясь маме, сказал, что у него есть один интересный фильм. Ему кто-то дал его посмотреть, и он потом покажет его маме.

На следующий день, когда я проснулась, родители не разговаривали. Видимо, ночью они поругались. Странно, но видеомагнитофона не было на его уже привычном месте.

— Пап, а где видеомагнитофон?

— Нет больше видеомагнитофона, Линда. Всё, и не будет.

— Почему? — искренне огорчилась я.

— Потому что твоя мать — сука ненормальная! — ответил папа и стал собираться на работу.

Как бы мне ни было любопытно узнать, что случилось с видеомагнитофоном, я поняла, что стоит мне поинтересоваться об этом у мамы сейчас, может разразиться буря. А мне совсем не хотелось идти в школу с заплаканными глазами. Но прежде всего мне не хотелось лишний раз тревожить мамочку. Поэтому я сделала вид, что мне пора выдвигаться в школу, и вышла на улицу. Папа ушел на несколько минут раньше, он нес в руках какую-то коробку, видимо, именно в ней и находился сейчас видеомагнитофон. За ним подъехал дядя Садир, и они уехали.

В этот же день, возвратившись из школы домой, я обнаружила, что мама с братиком уже дома.

— Линда, быстро перекуси и поедем к тете Любе.

— Хорошо.

Когда мы вышли из ворот и прошли немного до остановки, я наконец-то осмелилась задать маме мучивший меня вопрос.

— Мам, а что