Осень, когда я всё узнала - Марина Безрукова

тут голову ломать? К тому времени, Митя должен быть на мне плотно женат, лялька агукает в коляске, а он во мне души не чает и боится только одного – развода. То, что правда вылезла наружу чуть раньше, особо ничего не меняет. Наплету с три короба, поплачу, скажу, что он самый лучший, намекну на то, что у маман муж непростой человек, в постель сразу затащу, в общем, ничего сложного.

– О, Боже, какой мужчина… - рассеянно промурлыкала я, вспомнив Али.

Невскрытая баночка с витаминами для беременных, одиноко жалась за солонкой. Я налила себе колы, оперлась спиной о подоконник и, почесывая одной ногой о другую, открыла в телефоне файл.

Усмехнулась, вспомнив, какую комедию разыграла перед матерью. А что? Вдруг выгорит и до суда смогу довести? Вторжение в частную жизнь во всей красе! Готовьте кошелек, неуважаемая Лида. Мне денежки нужны.

Знала бы я раньше, что эта заискивающая продавщица в салоне, и есть Митина жена, я бы устроила ей. Она бы у меня пыль с ботинок слизывала и на коленках ползала, подшивая подол. И девчонок бы подговорила, чтобы оттоптались на ней.

Вытащила из холодильника тарелку с виноградом и, забравшись с ногами на стул, начала общипывать гроздь. Снова прокрутила видео без звука. Критически рассмотрела себя под всеми углами – очень классно смотрится! Этот Али был просто супер!

Ашера оказалась права: он появился, чтобы изменить мою судьбу. Теперь, когда и Митина жена в курсе, и на работе проблемы, он станет сговорчивее. Одно плохо – придется какое-то время терпеть его закидоны.

Раньше, только бы заикнулся, что будет жить с женой, пока не решит свои дела, сразу бы получил скандал и лишение сладкого на неделю. Или на две. А теперь придется мурлыкать и в глазки заглядывать. Ладно. Это не сложно. Спасибо, хоть поверил в фейк.

Отодвинув тарелку, положила руку на живот. Вот главный аргумент. Заполучу Митю, а дальше проще. Через пару лет можно и развестись. Отсужу, как минимум половину имущества, деньги и приличные алименты.

Стареющие отцы ради своего потомства на многое согласны. Вот и будет у меня ключик к Митиному кошелечку в кармане. На восемнадцать лет – ни забот, ни хлопот. А потом еще и ребенок наследником станет. Красота!

Я сняла с дверцы холодильника свою натальную карту. Попробовала набрать Ашеру, чтобы уточнить, на какую дату всё-таки лучше назначить свадьбу, но абонент оказался недоступен.

Странно. Исчезла так же, как появилась. Будто комета пролетела по черному небу и растворилась в темноте. Я наморщила лоб, Кажется, она говорила, что может уехать на ретрит или просто дать обет отрешения от всего и всех, чтобы накопить энергию. Кто этих ясновидящих поймет? У них свои миры, свои законы. Ладно, попробую через пару дней снова позвонить.

Отлепившись от стула, заставила себя пойти в душ. Нужно почистить перышки. Скоро заявится Митя, и мы поедем заказывать обручальные кольца.

Глава 25

Глава 25

Лида

После похода с Аароном Яковлевичем в банк на душе стало спокойнее. Зыбкая почва, колыхавшаяся подо мной, на время затихла. Перестала покачиваться студенистым киселем. Еще бы Дима исчез, и стало бы легче. Даже несмотря на то, что нужно искать работу. Кем? Снова подносить платья в салоне? Или в библиотеку податься? Пока даже не представляла.

Напрягать с этим вопросом Свету не хотелось. У нее своих забот хватает. Сдает очередные экзамены на международный сертификат, плюс ученики, да еще и один из сыновей – на год старше моего Лёньки - дурит и требует отправить жить к отцу на Кипр. Папенька, у которого недавно родилась двойня, воспитывать отпрыска желанием не горит. И его молодая супруга тоже. Вот и кипят страсти в Светкином доме.

Позвонила мама.

– Лида, жду вас в субботу к четырем? Цветов не надо. У меня аллергия, если ты помнишь.

Последняя фраза должна была меня пристыдить. Это намек на то, что я уже больше месяца не заезжала в гости и совсем забыла о матери.

Я в панике уставилась на календарь. Как? Уже 30 ноября? Мамин юбилей. Семейный сбор. А у меня вместо семьи – гальванизированный труп. Видимость есть, а суть давно умерла.

Не пойти невозможно. Пойти без Димы – невозможно. Мама не примет никаких оправданий, если только это не состояние при смерти. Сообщить, что мы разводимся – невозможно.

Для мамы семья – фетиш, божество, священная корова. Когда мой брат Пашка в тридцать лет чуть не развелся, мама бросилась слеплять разбитый горшок с таким энтузиазмом, что умудрилась попасть в больницу с гипертоническим кризом. Ее стараниями семья сохранилась, и Пашка с Галкой вполне сносно живут до сих пор, но ценой тому стали нервы, слезы и, похоже, не очень счастливый сын и брат. Но кому до этого есть дело, если идол с вырезанной на нем надписью «семья» устоял.

– Да, мама. Хорошо, мама, - покладисто сказала я.

Ничего страшного, - принялась уговаривать уже себя, после того, как закончила выслушивать мамин монолог о ценах, пенсии, соседке и неведомой мне Кларе Ивановне, которая отдала мошенникам все свои сбережения.

Придем, преподнесем мультиварку, посидим со всеми за столом, обязательно сыграем в лото, выпьем чая с тортом и разойдемся. Часа четыре на всё уйдет. Мама всех пересчитает, убедится, что священные коровы по-прежнему пасутся на лугах многолетнего брака, и можно будет эту тему на некоторое время закрыть.

Мысли снова перекинулись на поиски работы. Вот хорошо тем, у кого конкретная специальность имеется – бухгалтер или педагог. А если ты отучилась на кафедре мирового искусства и до сорока пяти лет не работала по специальности, тогда куда?

Я вздохнула. Мысли роились в голове, не давая покоя. Потихоньку снова поднимала голову тревога. Был только один способ ее угомонить – заняться уборкой.

Вспомнив, что до сих пор не достала из чехлов зимние вещи, открыла шкаф. Может быть, за этим занятием и придет в голову гениальная идея, чем я хочу заниматься дальше. Голодная смерть за плечом пока не маячит, деньги на первое время есть, и если ужаться то их хватит на пару месяцев, значит, можно не кидаться на первое попавшееся.

Я открыла шкаф и начала перебирать чехлы с одеждой. Вещи мужа перевешивала в соседний отсек, а свои и сына открывала, проходилась парогенератором и оставляла поближе. Полезла наверх за шапками и перчатками для Лёни. Конечно, заставить подростка носить шапку почти невозможно, но мне спокойнее, когда всё под