Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

вывод, с которым никто из взрослых, видимо, не догадался поспорить.

Я пересела ближе.

— Посмотрите на меня.

Он поднял глаза.

— Ваша мама умерла не из-за вас.

— Но они пришли за мной.

— Виноваты люди, которые напали. Не ребенок, которого они хотели забрать.

— Если бы меня не было...

— Нет.

Я сказала жестче, чем собиралась.

Теон замер.

Я продолжила спокойнее:

— Никогда не заканчивайте такую мысль за них. Если человек делает зло, ответственность лежит на нем. Не на том, кто оказался рядом.

— Отец так не говорит.

— Вы спрашивали?

— Нет.

— Тогда откуда знаете?

— Он не любит говорить про маму.

Я не могла его за это осуждать.

Но видела последствия.

— Иногда взрослые молчат не потому, что думают что-то плохое. Просто им больно говорить.

Теон подумал.

— Отцу больно?

— Думаю, да.

— До сих пор?

— Людей можно продолжать любить и после того, как их нет.

Он долго молчал.

Потом спросил:

— А он меня любил тогда?

Я чуть не спросила, что значит «тогда».

Но поняла.

— Когда устроил ваши похороны?

Теон кивнул.

Роэн сказал не рассказывать подробности.

Но мальчик уже знал о собственной могиле.

И задавал вопрос не о тайной операции.

— Думаю, именно поэтому и устроил.

Теон нахмурился.

— Странно.

— Очень.

— Если любишь человека, обычно не хоронишь его живым.

— С этим трудно спорить.

Он неожиданно улыбнулся.

Совсем немного.

— А в гробу что было?

Вот теперь я остановилась.

— Это лучше спросить у отца.

— Вы знаете.

— Знаю.

— Но не скажете.

— Не потому, что это страшная тайна. Просто такие вещи должен рассказывать он.

Теон недовольно вздохнул.

— Все самое интересное всегда должен рассказывать отец.

— Привыкайте.

— Я уже привык.

После уроков мы вышли во внутренний сад.

Погода была хорошая, и именно поэтому запрет раздражал Теона еще сильнее.

Он дошел до дальнего края, остановился перед небольшой калиткой, ведущей в старый парк, и посмотрел на охранника.

— Даже туда?

— Сегодня нет, молодой господин.

— Это внутри стены.

— Приказ лорда Ардена.

Теон повернулся ко мне.

Я покачала головой.

— Сегодня действительно нет.

— Вы же говорили...

— Что безопасность и жизнь нужно совмещать. Не что мы будем игнорировать человека, который вчера наблюдал за вашим домом.

— Он уже ушел.

— И пока мы не знаем куда.

Теон пнул маленький камень.

— Ненавижу его.

— Кого?

— Человека с трубой.

— Это уже более разумная цель для раздражения, чем ваш отец.

Он посмотрел на меня.

— Я и на него немного.

— Можно.

— Правда?

— Разумеется. Любить человека не значит никогда на него не сердиться.

Он серьезно подумал.

— Тогда я очень люблю отца.

Я рассмеялась так громко, что охранник у калитки обернулся.

Теон тоже засмеялся.

Мы пошли к пруду во внутренней части сада.

Я решила устроить урок там.

Раз уж ребенок не мог исследовать мир, пусть хотя бы не сидит весь день за столом.

Мы взяли карту Аварина и разложили на скамье.

— Покажите столицу.

Теон ткнул пальцем.

— Главный северный город.

Он показал.

— Восточную границу.

Снова правильно.

— Ранвель.

Пауза.

Он водил пальцем по северной части карты.

— Где-то здесь.

— Где именно?

— Не знаю.

Я показала.

— Здесь.

— Это близко к деревне?

— Да.

— Как она называется?

Я посмотрела на карту.

Название было напечатано мелко.

— Берен.

Теон повторил:

— Берен.

Так, будто запоминал что-то важное.

— Там большой рынок?

— Не знаю. Я там не была.

— Вы же ехали сюда.

— Проезжала через другое селение.

— Когда человека с трубой найдут, мы сможем туда?

Я не стала обещать.

— Сначала поговорим с вашим отцом.

— Значит, нет.

— Значит, поговорим.

— Вы уже говорили.

— Я умею повторяться.

— Это я заметил на письме.

Мы продолжили заниматься.

Через некоторое время со стороны дома донесся шум.

Лошади.

Голоса.

Теон моментально вскочил.

— Отец вернулся.

— Сядьте.

— Я только посмотрю.

— Карта.

Он сел.

Через две минуты в сад вошел сам Роэн.

Теон посмотрел на меня с таким выражением, будто доказал важную теорему.

— Я говорил.

— Говорили.

Роэн подошел к нам.

На сапогах была дорожная пыль.

— Как занятия?

— Ужасно, — сказал Теон.

— Хорошо, — одновременно сказала я.

Роэн посмотрел на нас.

— Понятно.

— Человека нашли? — спросил Теон.

— Нет.

Он сразу помрачнел.

— Значит, завтра тоже сад?

Роэн посмотрел на меня.

Я ничего не сказала.

Он сам обещал обсудить.

— Сегодня вечером решим.

Теон кивнул.

Не спорил.

Я оценила.

— Что на дороге? — спросила я.

— Следов немного. Один из людей видел незнакомого всадника вчера днем.

— Драконьего?

— Конного.

— Куда ехал?

— В сторону Берена.

Теон тут же ткнул пальцем в карту.

— Вот сюда.

Роэн посмотрел.

— Да.

— Мы только что учили.

— Вижу.

— Там большой рынок?

Роэн явно не ожидал вопроса.

— Средний.

— Вы были?

— Много раз.

— А я нет.

Я опустила взгляд на карту, чтобы не вмешиваться.

Тишина стала почти смешной.

Роэн понял, куда его ведут.

— Теон.

— Я просто сказал.

— Знаю.

— Когда найдете того человека, можно поехать?

Я подняла глаза.

Роэн смотрел на сына.

Первым привычным ответом, вероятно, должно было стать «нет».

Он не сказал.

— Когда разберемся с безопасностью, обсудим.

Теон моментально посмотрел на меня.

Я развела руками.

— Не я.

— Но он сказал обсудим.

— Я слышала.

— Раньше сразу говорил нет.

Роэн бросил на меня взгляд.

— Я здесь.

— Я знаю, — ответил Теон.

И совершенно спокойно вернулся к карте.

Я видела, как Роэн пытается решить, сердиться ему или нет.

Победило что-то другое.

Он сел на свободный край скамьи.

— Что проходите?

— Географию.

— Я вижу карту.

— Тогда зачем спросили?

— Теон.

— Я опять ничего плохого не сказал.

— Формулировка могла быть лучше, — заметила я.

— Как?

— «Мы изучаем северные округа».

— Но он и так видит.

— Вежливость часто состоит из слов, без которых люди технически могли бы обойтись.

Роэн усмехнулся.

— Запишите это ему как правило.

— Не давайте ей идеи, — сказал Теон.

Я