Преследуй меня - Бьянка Коул

— Ты мало ешь, — замечает она, вытирая губы салфеткой.

— Я смакую другие вещи. — Я откидываюсь назад, упиваясь игрой света свечей на ее лице. — То, как ты закрываешь глаза с каждым кусочком. Как двигается твое горло, когда ты глотаешь.

У нее перехватывает дыхание. Она откладывает вилку, руки слегка дрожат.

Появляется официант с десертом — суфле из темного шоколада с ванильным джелато. Глаза Софии загораются при виде него.

— Поделись этим со мной, — тихо приказываю я, придвигая свой стул ближе к ней.

Она опускает ложку в теплую шоколадную серединку, и я ловлю ее за запястье, прежде чем она успевает откусить. Поднося ложку ко рту, я поддерживаю зрительный контакт, пробуя сочный десерт.

— Твоя очередь. — Я скармливаю ей следующий кусочек, наблюдая, как ее губы смыкаются вокруг ложки. Капля шоколада задерживается в уголке ее рта. Я наклоняюсь, смахивая его большим пальцем, прежде чем последовать за ним языком.

Она дрожит, прижимаясь ко мне. — Николай...

— Терпение. — Я скармливаю ей еще кусочек, моя свободная рука скользит по ее бедру под столом. — У нас впереди вся ночь, и я намерен наслаждаться каждым мгновением.

Я отставляю пустую десертную тарелку в сторону, позволяя своему большому пальцу провести по нижней губе Софии. Ее зрачки расширены, а дыхание прерывистое после нашего интимного сеанса кормления. Уединение нашей скрытой столовой придает мне смелости.

— Есть кое-что, чего я хочу от тебя, малышка. — Я наклоняюсь ближе, мои губы касаются ее уха. — Кое-что, чего, я не думаю, что ты когда-либо давала кому-либо еще.

Она слегка напрягается. — Ты хочешь сказать...

— Да. — Моя рука скользит выше по ее бедру. — Я хочу заявить права на каждую частичку тебя. Сделать тебя моей всеми возможными способами.

Дрожь пробегает по ее телу. — Я никогда...

— Я знаю. — Я покусываю мочку ее уха, наслаждаясь ее вздохом. — Я подготовлю тебя должным образом. Не торопись, я буду растягивать тебя, пока ты не начнешь умолять о моем члене.

Ее бедра сжимаются вместе. — Николай...

— Сначала пальцами. — Я рисую узоры на внутренней стороне ее бедра. — Затем специальные игрушки, которые я выбрал как раз для этой цели. К тому времени, когда я возьму тебя, ты будешь отчаянно нуждаться в этом.

Она всхлипывает, сводя ноги вместе. Я чувствую запах ее возбуждения и вижу, как затвердели ее соски под тканью платья.

— Тебе бы это понравилось? Почувствовать, как я предъявляю права на твою девственную задницу, пока ты выкрикиваешь мое имя?

Ее дыхание становится прерывистым. — Да, папочка, — шепчет она.

— Хорошая девочка. — Я целую ее в шею. — Потому что я раздражен тем, что не смог претендовать на твою девственность, но придется обойтись твоей анальной вишенкой.

Я помогаю Софии подняться на ноги, крепко целуя ее. Ее дыхание становится прерывистым, губы в синяках от моих поцелуев. Я осторожно снимаю платье с ее плеч, позволяя ему растечься у ее ног. Она стоит передо мной, воплощение женственности — пышные изгибы, медовая кожа, глаза, потемневшие от возбуждения.

Она прикусывает губу, когда я провожу пальцем по кружевному краю ее лифчика, затем вниз, чтобы подразнить шелк ее трусиков. Медленно я снимаю бретельку с ее плеча, обнажая выпуклость ее груди. Протягивая руку, я расстегиваю ее лифчик, позволяя ему упасть. Ее соски твердеют на прохладном воздухе, умоляя о моем прикосновении.

Но с этим придется подождать.

Без церемоний я снимаю с себя одежду, не прерывая зрительного контакта, обнажаясь перед ней. Ее взгляд опускается на мой твердый член, румянец заливает ее щеки.

Она дрожит, когда я беру ее в свои объятия, наши губы сливаются воедино. Ее язык переплетается с моим, безмолвное приглашение.

Мои руки скользят вниз по ее спине, обхватывают попку, прижимая ее к себе, чтобы она могла почувствовать мое возбуждение. Она идеальна. И сегодня вечером она вся моя.

Я ставлю ее на четвереньки на плюшевые подушки, ее попка преподносится мне как подарок. Поглаживая свой член, я восхищаюсь видом — ее кремовой кожей, тем, как ее тело сливается с бархатом, этими длинными ногами, которые преследовали меня в мечтах.

— Красивая, малышка, — шепчу я, проводя пальцем вдоль ее позвоночника, вниз по ложбинке между ягодиц. — Все мое.

Она хнычет, склонив голову, волосы рассыпались вперед, прикрывая ее лицо. Ее подчинение посылает во мне волну возбуждения, и мой член подпрыгивает в моей руке.

— Подними голову. Я хочу видеть твое лицо.

Она так и делает, шелк ее волос отражает свет свечей, когда она понимает, что стоит прямо перед зеркалом. Ее глаза затуманены желанием, губы приоткрыты, когда она тяжело дышит.

— Хорошая девочка. — Я провожу пальцем по ее влажности, вырывая стон из ее горла. — Тебе это нравится, не так ли? Выставляться на всеобщее обозрение для меня.

Ее грудь вздымается, когда я кружу по ее клитору, надавливая ровно настолько, чтобы свести ее с ума.

— Пожалуйста. — Она выгибает спину, предлагая мне себя. — Мне нужно больше.

— Как пожелаешь, — я усиливаю давление, скользя пальцами по ее гладким складочкам. — Но ты должна заслужить это.

Она всхлипывает, двигая бедрами в поисках трения. — Как, папочка?

Я наклоняюсь, мои губы касаются ее уха. — Скажи мне, чего ты хочешь. Умоляй об этом.

— Я хочу твои пальцы. — Ее голос хриплый и нуждающийся. — Пожалуйста, прикоснись ко мне. Заставь меня кончить.

— Какой грязный рот, малышка. — Я просовываю палец в ее жар, наслаждаясь тем, как она сжимается вокруг меня. Обводя большим пальцем ее клитор, я ввожу в нее второй палец, растягивая ее.

— Глубже, папочка, — умоляет она, откидываясь назад к моей руке. — Пожалуйста.

— Такая голодная малышка, — замечаю я, добавляя третий палец. — Тебе приятно, детка?

— Да! — Теперь она тяжело дышит, груди колышутся при каждом толчке моей руки. — Еще... Пожалуйста.

— Для тебя все, что угодно. — Я погружаю пальцы в нее, ища это волшебное местечко. — Кончи для меня.

Мой большой палец находит ее набухший клитор, потирая круговыми движениями, которые доводят ее до крайности. Она выкрикивает мое имя, ее тело содрогается, когда она распадается на части. Я продолжаю доводить ее до оргазма, вытягивая из нее все до последней капли удовольствия.

Постепенно она возвращается на землю, грудь тяжело вздымается, когда она опускается вперед на подушки. Я нежно целую ее в позвоночник, наслаждаясь вкусом ее влажной от пота кожи.

— Это было прекрасно. — Я растираю ей руки, чтобы согнать озноб. — Но мы только начали.

Ее глаза расширяются, когда я тянусь за смазкой.

— Она может показаться холодной. — Я щедро смазываю пальцы, затем провожу дорожку вниз по ложбинке между гладкими холмиками ее