Прокаженная. Брак из жалости - Маргарита Абрамова

И если совсем откровенно, у меня какое-то нехорошее предчувствие, словно что-то может пойти не так. Не знаю, что именно. Вдруг нас разоблачат или мачеха заявится без приглашения.

Внутри меня столько страхов, что лучше некоторые даже не озвучивать. Виктории непременно нужно учиться быть смелой, а не как я — трусихой.

— Потому что это ответственное мероприятие. Нужно выглядеть и вести себя соответствующим образом, — выбрала самый простой и безопасный вариант.

— Я тоже не люблю такие мероприятия, — проговорила она, смешно надувая губы, — Но на ваше я бы сходила, но папа сказал, что там будут одни взрослые.

Фредерик мне об этом ничего не сказал. Промолчал даже, когда мы говорили о платье для Виктории за завтраком. Может, именно поэтому советовал не торопиться. Или он не понял, что этот наряд именно для свадебного вечера?

— Думаю, просто он не нашел тебе гувернантку, чтобы присматривать за тобой там, — нашла вескую причину и для девочки, и для себя.

— Я умею себя вести, — тут же нахохлилась.

— Дело не в тебе.

— Тогда в чем?

— Твой отец просто не хочет, чтобы ты злилась и скучала в углу, пока мы будем выполнять свои взрослые обязанности.

Она помолчала, обдумывая мои слова, но ее нахмуренный лоб выдавал, что объяснение ее не до конца убедило.

— Действительно хочешь присутствовать?

— Да.

— Я поговорю с твоим отцом. Но ничего не обещаю, — неизвестно как он отреагирует на этот разговор.

Мы пообедали с Вики в комнате, а потом все же добрались и до платья малышки.

— И не устали вы? — вечером заглянула Марта, — Второй день иглу из рук не выпускаете?

— Мне нравиться этим заниматься. Не беспокойтесь, Марта. Мистер Демси вернулся?

— Да, только что. Хмурый пришел, я вам доложу. Вид озабоченный.

— Да? — во мне шевельнулась тревога, — Может, дела какие?

— Наверное, работы много, — предположила Марта, пожимая плечами, — Или предпраздничные хлопоты. Не люблю я, когда он такой, буря потом обязательно грянет.

Я засомневалась, что сейчас подходящий момент говорить с ним на его нелюбимую тему капризов дочери. Но, вспомнив свое обещание, коря себя за трусость, все же решилась. Подгоняемая чувством долга, отправилась к нему в комнату.

— Марта, я просил меня не беспокоить, — раздалось раздраженное после моего робкого стука в дверь. Фредерик появился на пороге в распахнутой рубашке, из-под которой на груди виднелись капли воды. А его темные волосы были мокрыми и взъерошенными после ванны.

— Простите, не хотела вас тревожить, — пробормотала, чувствуя, как горит лицо, готовая уже развернуться и уехать.

— Все в порядке, Александра, — его тон смягчился, — Я подумал это Марта. Вы что-то хотели?

— Да, — смущенно ответила, когда он отступил, приглашающим жестом пропуская меня к себе. Я заехала внутрь, старательно опуская глаза к ковру, пока он торопливо застегивал пуговицы на рубашке.

— Что-то по поводу завтрашнего вечера? — сделал верные выводы.

— Да. Виктория хотела попасть на него, — перешла сразу к делу, отчего-то чувствовала себя неловко в этой мужской комнате, наполненной ароматом и энергетикой Фредерика. Слова давались с еще большим трудом.

Он устало растер ладонью лоб, и я увидела, как напряглись его плечи.

— Александра, для нее же лучше будет остаться в своей комнате, — он говорил спокойно, но я отчетливо видела тень недовольства в его глазах. Ему явно не нравилось мое вмешательство.

— Марта может присмотреть за ней. Совсем не долго. Буквально полчаса.

Он молчал, пристально смотря на меня.

— Да, я помню, что мое прошлое предложение обернулось неудачей, но, мне кажется, она может украдкой пробраться на вечер. Это гораздо хуже. А так она утолит свое любопытство и спокойно отправиться спать.

— Тут вы правы, — наконец произнес он, и я почувствовала, как напряжение внутри ослабло, — Хорошо, я распоряжусь. Что-то еще?

— Нет, это все.

— Вы готовы? — вдруг спросил он, имея в виду нашу свадьбу.

— Нет, — замотала головой, — Но я непременно буду, — улыбнулась, — А вы? Выглядите усталым.

На секунду мне показалось, что он хочет что-то рассказать, но через миг он собрался и проговорил иное.

— Много дел. Завтра мы покончим с одним из них, и станет легче.

ГЛАВА 20

АЛЕКСАНДРА

Я вжалась в спинку своего инвалидного кресла, сжимая деревянные подлокотники так, что мои пальцы побелели и чуть ли не хрустели от напряжения. Мне было нечем дышать, грудь сдавило невидимыми тисками, в ушах зазвенело, а перед глазами поплыли темные пятна. Это была паника, сметающая все на своем пути…

— Марта, распахните окно… — сумела выдавить из себя хриплый шепот.

Служанка, что пришла помогать мне со сборами, бросилась выполнять просьбу.

В комнату хлынул холодный утренний воздух, врываясь в легкие, заставляя сделать вдох, словно я только что вынырнула из пучины.

— Я позову хозяина, — испуганная женщина направилась к выходу.

— Нет, Марта, — я успела ухватить ее за руку, — Ничего ему не говорите. Пожалуйста, — заглянула в ее глаза, — Ни в коем случае!

— Ну как же… Вы вся бледная…

— Все в порядке, я просто переволновалась, — убеждала ее и саму себя, чувствуя, как дрожь медленно отступает.

Сама не знаю, что на меня нашло, паника просто завладела мной. Я потеряла себя, как когда-то потеряла свои ноги. Я также задыхалась, когда узнала, что отец не выжил…

Меня откинуло в тот день и затопило виной, накрыло волной горя, от которого, казалось, никогда не избавиться.

— Милая, — Марта вновь не называла меня «миссис Демси», а как и в первый день нахождения в этом доме, для нее я была вновь ребенком, попавшим в беду, выглядела растерянной и напуганной. Нужно прекращать показывать свои слабости, не хочу видеть эту жалость в глазах окружающих.

Наверное, именно ее и предчувствуя на вечере, мне стало дурно. Захотелось остаться в комнате и не высовывать носа.

Но я обещала Фредерику, что буду готова, а значит, сделаю это.

Волнение отступило, оставив после себя решимость. Я все же закончила платье Виктории. И не только его…

В шкафу, прячась от всех, лежали сорочка под свадебное платье и ажурные чулочки, предназначенные для моих бесчувственных ног.

И все же, когда Марта ушла, я достала их, решив надеть это все под свадебное платье. Не для Фредерика, нет. А для себя. Чтобы под слоем шелка и жемчуга чувствовать себя увереннее. Словно я настоящая невеста, как броню от всех сомневающихся.

Вечер неумолимо приближался.

Марта и горничная Кора хлопотали вокруг, завершая последние приготовления к выходу. В воздухе витали ароматы пудры, лавандовой помады и легкого, ненавязчивого парфюма. Волосы уложили в элегантную, но