Ведьмы любят…десерты - Снеталия Морозова

к Милане медведем, боднул мордой о руку. Мила забралась на него, и он понес ее домой. Дома ее искупал, ничего не расспрашивал, Мила тоже молчала. Он замотал ее в простынь, отнес в кровать, уложил.

– Иногда то, что мы видим, таким не является на самом деле, моя любимая ревнивая девочка! Ты сердце его! Моя душа! Отдыхай!

Грег стал гладить ее по спине, ногам, расслабляя. Мила уснула.

Видар бежал без остановки два часа. Как только Мила уснула, дождь закончился. К дому подбежал уставший Видар. Обернулся, вошел.

– Она спит, Дар, иди в душ, я тебя жду, расскажешь, а то у меня чуть сердце не остановилось, пока бежал к Миле.

Видар все рассказал.

– Она обиделась, приревновала. Она доверяет нам, Дар, но сегодня почувствовала уязвимость, будто ты скрыл что-то от нее.

– Я понял уже, я даже не вспоминал никогда про эту суку, чтобы о ней рассказывать, Грег. Когда я увидел эту тварь, я чуть на месте ее не загрыз. Я испугался за Милану. Эта сука наложила на меня проклятье за то, что я жениться на ней не хотел. Я ее не только не любил, я ее терпеть не мог. Грег, Милана нас зашвырнула далеко, я там эту суку чуть не убил. Грег, наша девочка очень сильная ведьма.

Видар засмеялся.

– Люблю ее еще сильнее. Ты бы видел, как глаза ее поменялись, эту сучку чуть не стерла. Я любовался ею. Мила, выходи, слышу тебя, сердце мое, замерзнешь стоять босиком!

Мила стояла и подслушивала. Она проснулась, когда Видар вышел из душа.

Милана вышла из укрытия, Видар расставил руки в стороны, приглашая на колени. Он был мокрым после душа, волосы собраны в хвост, сидел в одних штанах, красивый, сильный. Мила прошла мимо него и уселась к Грегу. Мужчины рассмеялись.

– Очень смешно! – сказала обиженно.

Милана была в простыне. Грег смеялся и целовал плечи жены.

– Милана, хочешь кое-что расскажу? – спросил Грег.

– Хочу! – надутыми губами сказала Мила.

Мужчины снова рассмеялись.

– Для оборотня истинная пара – это его жизнь. Когда оборотень ставит метку, в его жизни других женщин не существуют больше. Они есть, но они бесполые что ли. Волк, медведь, дракон и все существа с ипостасями не хотят никого, только свою. Другие пахнут плохо, пахнут не так. Истинная пара – это навсегда, – говорил Грег, раскачивая Милу, как ребенка.

– Прости меня, Видар, я не справилась с собой, эта волчица с черствой душой, – сказала Мила.

Видар подошел и взял Милану, усадил к себе на колени лицом.

– Такая красивая была, ревнивая, моя, – говорил Видар, припуская свои штаны и насаживая Милу на член.

– О! – выгнулась Мила, роняя с себя простынь.

– Злилась, обижалась, прекрасная, ведьма, – говорил волк, насаживая мощно ее на себя.

Видар хрипел, рычал, он схватил ее за сосок губами и стал сосать его.

– Никого, кроме тебя! Никогда! – вбивался Видар в Милу.

Мила сжала мышцы, Видар зажмурился в блаженстве. Мила почувствовала поцелуи Грега на шее, она развернула лицо к нему. Их губы слились. Мила взяла в кулак член Грега, он стал двигаться в нем. Мила водила по головке, чувствуя приближение своего оргазма. Она начала кончать, Грег вобрал в рот грудь, она сильнее сжала кулак, чувствуя, как Грег выстреливает в него, Видар с рыком последовал за Грегом, и Милана полетела за ними. Она сидела на коленях Видара, вздрагивая. Затем засунула два пальца в рот, слизывая сперму Грега.

– Мила! – замычал Грег, – что творишь, проказница!

27. Предчувствие.

Мила вспоминала Родина, вспоминала Ториана. Она уже приняла, что, возможно, у нее будет четыре мужа, душа ее на это откликнулась положительно. Через два дня эпохальное событие в жизни эльфов. Светлые эльфы – жители наземные, темные всегда жили под землей. Они любители ночи. Через два дня бой.

Милана стала себя чувствовать плохо, она не могла понять, что с ней происходит. Она бродила по лесу, искала подсказки, все внутри ее тела сжималось, предчувствуя что-то плохое. Беду. Она не могла спать, есть. Мужчины чувствовали тоже все. Спрашивали, чем помочь. Милана не могла себе ответить, а им тем более. Полдня провела в домике своем, полдня гуляла по лесу. Спрашивала. Ничего!

– Агнесса! – позвала Мила.

Агнесса появилась.

– Агнесса, помоги, может на земле нужна я, душа болит, внутри тряска словно, не могу управлять собой.

– На земле у твоих обычная земная жизнь, все здоровы. Сама ищи, Мила. Я могу помогать сильной ведьмовской магией только родным по крови и истинным, как и ты. Лечить, ведать – другое дело, тут мы для всех. Мили, сама.

И исчезла.

Мила ночь не спала. Ворочалась, встала, снова пошла в лес. Мужчины за ней. Она сидела на дереве, волк и медведь лежали под ним. Ничего.

И вот утром Милана впервые за сутки плотно поела, чему были рады мужья, собралась с мыслями и сказала:

– Если сегодня не пойму, что к чему, быть беде! Сильной! Долгой!

– С кем, Мила, с тобой, с семьей, с кем? – спросил Грег.

– С миром, с этим миром, – вздохнула девушка.

Милана снова пошла в лес. В этот раз Мила легла на землю животом, распластала руки и ноги. Было уже прохладно, но она словно не чувствовала холод. Мила отключила мозг, перестала анализировать, придумывать, теряясь в догадках. Она закрыла глаза и стала слушать свое дыхание, дыхание леса, земли. Мила погружалась, будто в транс. Она лежала так очень долго, ее укутал лес листвой, пушистыми ветками, она пригрелась. Мила слушала свое дыхание и дыхание леса, постепенно успокаиваясь. Стало ей очень хорошо. Мила доверилась полностью природе, она будто сама стала землей, мхом, листвой. Она не ощущала тела: ни ног, ни рук, ни головы, ни живота, – ничего.

И вот Милана стала видеть, словно фильм. Многотысячная армия темных, состоящая из темных эльфов из ста пятидесяти существ, и огромным количеством гоблинов, гмуров и троллей против трехсот воинов светлых. Бой, по договоренности между темным и сильным правителем, должен был проходить без вмешательства других рас. Это развязало бы войну во всем мире.

Темные эльфы собрали всех жителей подземного обитания. Гоблины, гмуры и тролли всегда жили под землей. Были не злые, но очень ограниченые в общении, можно сказать, наивные, даже где-то глупые. А вот работниками они были отменными. Подземные существа вели свою привычную жизнь. Они добывали руду, плавили металл, продавали эльфам, драконам, оборотням, оркам свои изделия. Это, как правило, были орудия быта: молотки, топоры, заборы, купели, раковины, ванны и прочая утварь.