Попаданка даст вам к(с)екса - Татьяна Бэк

магический бизнес поддерживает нашу паутину контроля, в которую эти наивные женщины попадают, словно легкокрылые бабочки. Собрав все нужные сведения о новом предприятии Мадам Шпротс, я поставил свою подпись под лицензией, но не без условий: процент от всех продаж пойдёт в Святой орден. Деньги, словно кровь для хищника, необходимы для дальнейшего существования нашей сети. Каждый инквизитор обязан подчинить себе не только магию, но и богатство, которое она приносит. Пусть я и отрицал мирские блага, не построив себе дворца и довольствуясь скромной монастырской кельей, но золото необходимо для святого братства. Так что грех тщеславия и жадности был мне не знаком.

Слава богу, наш контроль крепок и неоспарим, никто не рискнёт бросить вызов Инквизиции в здравом уме. Мы знаем, что мир не только полон магии, но и скрывает немало зла. Мы лишь выполняем свою священную миссию — освобождаем людей от обмана прекрасных, но греховных женщин.

Каждый раз, расправляясь с ведьмами, я ощущал, как воля к власти растёт внутри, растекаясь по венам. Это было не просто моей работой, но и призванием, печатью всевышнего! Я — Верховный инквизитор, и мой путь был лишь началом великого пути, который ради очищения мира был предначертан свыше.

Я — охранитель порядка, и моя ненависть к магии станет мечом, что сразит всех колдуний. Верьте мне, эта битва будет долгой, но я не остановлюсь, пока все ведьмы не будут под контролем. И особенно Лана!

Глава 42

Ларион

— Где Лана? — орал я так, что слуги разбежались по самым дальним и укромным уголкам дворца и носу не высовывали, словно испуганные мыши.

Пол устилал ровный слой черепков и осколков, а на стене красовалась внушительная вмятина от моего кулака. Но отвечать мне было некому.

Конечно, проснувшись с первыми лучами солнца, я удивился, не обнаружив рядом волшебной женщины, которая подарила мне настоящее счастье. Но, возможно, она просто боялась, что при свете дня не получится выйти незаметно из моей опочивальни. Я пообещал не волноваться и не накручивать себя, но сердце сжималось от дурного предчувствия. Казалось, что красавица просто растаяла, словно мираж. Я даже осмотрел постель, надеясь отыскать хотя бы светлый волос Ланы, но ничего не напоминало о её присутствии.

Башмачок! Как мог забыть про него? Небольшой ботиночек, который подсказал мне, кто на самом деле моя возлюбленная. Я метнулся к полке с самыми ценным и редкими артефактами, свитками и диковинами, но там не было и следа девичьей обуви. Теперь я понял, что Лана действительно исчезла, причём не известно, по своей ли воле.

Поэтому вот уже час я неистовствовал, сокрушая всё, что попадалось под руку, требовал у слуг и стражников предоставить ответ, но никто не мог пояснить, куда делась девушка. Ощущение такое, что её и не было вовсе, будто она была приведением. Нет, тело ещё помнило тепло и нежность её прикосновений. Лана была настоящей, не эфемерным призраком, а прекрасной девой из плоти и крови. Потрясающей, соблазнительной и такой желанной плоти!

— Ваше Высочество, вы желали меня видеть? — раздался вдруг из-за двери вкрадчивый голос распорядителя Азефа.

Я как раз взвешивал в руках очередную вазу, раздумывая, не запульнуть ли и её в стену. Но явление юркого придворного, который знал всё и обо всех, несколько успокоило меня. Тем более, это именно он представил Лану ко двору в качестве своей протеже, значит, он должен знать, что случилось с красавицей и почему я потерял ту тонкую связующую нить, что возникла между мной и девушкой.

— Входи! — приказал, отставляя вазу на полку и устраиваясь в любимом кресле. Мне важно было сохранить лицо при вельможе, ведь, в конце концов, я будущий правитель, поэтому не имею права демонстрировать вспышки гнева при подчинённых.

— Ваше Высочество! — произнёс вельможа, низко кланяясь и с интересом осматривая комнату. — Чем могу быть вам полезен?

Что-то не понравилось мне во взгляде глубоко посаженных хитрых глаз придворного, словно некая насмешка и торжество, застыли на самом дне.

— Где сейчас твоя протеже Лана? — бросил я зло и коротко, внимательное вглядываясь в лицо собеседника.

Но старого интригана было не так легко вывести на эмоции и лишить самоуверенности.

— Дело в том, что эта прекрасная особа покинула не только дворец, но и сам город ещё на рассвете. Дева пояснила, что к ней вернулась память и она намерена возвратиться к своей прошлой жизни. К сожалению, она не пояснила, где её можно найти. Конечно, я не мог препятствовать юному созданию и искренне обрадовался, что теперь она сможет вернуться к дому и семье, которые её ждут. Уверен, супруг красавицы будет рад тому, что жена нашлась, бедняга, наверное, с ума сходил от беспокойства!

— Супруг? — переспросил я, обжигаясь о ядовитое слово, ужалившее меня, словно злая пчела.

— Конечно! Неужели вас удивляет, что столь привлекательная дева замужем? Это ведь прямое назначение любой женщины: быть верной и покорной супругой, безропотной и умелой хозяйкой, служительницей своего мужа и господина.

Я вновь потянулся к вазе, желая метнуть её прямо в голову придворного, чтобы он, наконец, замолчал, но всё же с трудом сдержался, чувствуя, как внутри на место огненному смерчу приходит вечная мерзлота. Казалось, что все органы и душа покрылись коркой льда, даже сердце билось еле-еле.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, я невольно заметил, что эта дева была вам интересна и, возможно, пришлась по сердцу. Но позволю себе напомнить… — придворный склонился передо мной ещё ниже, — что вам не следует увлекаться теми, кто не сможет стать будущей королевой. Все эти юные прелестницы хороши лишь в роли фавориток, но вашей законной женой должна стать избранница, подходящая вам по положению.

— Вон! — прошептал я, чувствуя, что вот-вот сорвусь.

— Как прикажете, Ваше Высочество, но осмелюсь напомнить, что сегодня состоится званый приём, на котором соберутся принцессы соседних королевств. Я бы рекомендовал вам присмотреться к этим прекрасным и достойным барышням.

Азеф ловко выскользнул из комнаты за секунду до того, как несчастная ваза раскололась об дверь на сотни осколков. Ловкий и скользкий тип!

Глава 43

— Да вставайте уже! Мы должны открыться через два часа, а ещё не всё готово! — громкий и настойчивый крик мадам Шпротс сотрясал стены дома.

Я лишь перевернулась на другой бок и накрыла голову подушкой, притворяясь, что ко мне яростные и недовольные призывы не относятся. Странно, ведь так ждала этого дня, а сейчас не испытывала ничего, кроме какой-то липкой усталости и внутренней пустоты.

Возможно,