Миллион евро за мою душу… - Эльвира Осетина

Время всего три часа дня, значит я успею отвезти брату вещи. И возможно успею договориться со стоматологом, и массажистом.

Наверное, начну с последнего. Вещи можно и завтра завести…

— Девушка, пожалуйста, — умоляюще смотрю на администратора на ресеппшене, уже пятой по счету клиники.

— Нет, — качает та головой, и не скрывая раздражения в голосе, добавляет: — мы не можем брать на себя такую ответственность.

— Но я же могу доплатить, и буду рядом, и…

— Нет! — прерывает она меня, даже не пытаясь выслушать, — обратитесь в другую клинику. Я последний раз вам повторяю — людей с ограниченными возможностями мы не лечим.

— Но он же такой, как все, просто немного не обычный, замкнутый…

— Девушка, если вы не прекратите мне мешать работать, то я буду вынуждена обратиться в органы правопорядка. Больше я вам ничем не могу помочь, — чеканит та, смотря на меня, как на пыль под ногами.

— Простите, — тихо шепчу извинения, хотя на самом деле, была бы очень рада, послать её куда подальше, но боюсь, что та и правда может вызвать полицию, а моим «работодателям» вряд ли это понравится.

Понуро опустив голову, выхожу из поликлиники и сажусь в машину. Время уже восемь вечера, а я так и не смогла договориться на стоматолога. И это, я еще массажиста не пыталась искать…

Я не ожидала, что так трудно будет найти стоматолога для брата, даже имея деньги.

Раньше брата лечил— дед Иван. Папин родной дядя. Но он умер еще за год до моего побега в Питер, а потом… потом я даже не задумывалась с кем отец договаривался на лечение для Лешки.

А когда ответственность за брата легла на мои плечи, у меня просто не было свободных денег, чтобы отвести его к зубному. Все откладывала, откладывала этот вопрос, вот… до откладывала…

И что теперь делать? Ума не приложу…

И к Лешке уже опоздала. У него режим, еще с детства. И нарушать его нет смысла. Лешка всегда относился к любым жизненным изменениям крайне болезненно. Поэтому лучше вернуться домой.

При слове «дом», я морщусь. Даже сама не знаю, какие чувства испытываю при этом. Не болезненные, скорее… Нет. Не хочу сейчас в этом копаться и думать. Иначе додумаюсь до чего-нибудь плохого, впаду в депрессию, и не смогу ничего делать.

Устало вздохнув, пытаюсь расслабиться и не думать о худшем. Завтра съезжу к Лешке, поговорю с главным врачом, может он что-то дельное подскажет. Хотя прорваться к нему на прием, та еще задачка.

— Домой? — спрашивает меня Гойя.

— Да, — киваю в ответ, и вновь мысленно морщусь.

Язык не поворачивается называть домом свою тюрьму… хоть и кормят сносно и отношение вроде почти нормальное, но… все равно…

А дома меня ждет очень странный сюрприз. Точнее два сюрприза.

Орант и Крид одеты в темные костюмы, словно собрались на званный ужин. И у каждого в руках по букету цветов.

Я даже теряюсь на пару мгновений и останавливаюсь, чтобы рассмотреть этих двух красавцев, а они в этот момент подходят ко мне, и вручают цветы, почти одновременно со словами:

— Это тебе?

— Нравится?

Кое-как удерживаю две охапки цветов, и насторожено киваю.

— Да, спасибо, очень красиво.

Заметив мои неудобства, Крид, обратно забирает цветы из моих рук, и командует:

— Гойя, поставь цветы в вазы в комнате у госпожи Евгении.

— Да, господин, — чеканит пришелец, и взяв цветы, уходит вверх по лестнице.

А Орант в этот момент подходит ближе, подхватывает меня под руку, и ведет обратно к входной двери.

— Мы заказали столик в ресторане, и решили пригласить тебя на ужин, — ошарашивает меня мужчина, продолжая вести к выходу.

Крид следует тенью за нами.

Мне же остается лишь неуверенно пожать плечами. Вообще-то мне сейчас не то, что ужинать, мне ноги-то передвигать сложно. И я бы с удовольствием отказалась от этой чести, если бы не некоторые пункты в моем рабском контракте.

В который раз мысленно поморщившись, следую за Орантом.

В машине же, пришельцы очень странно себя веду. Сели оба напротив меня и смотрят так, словно хотят съесть с потрохами, причем глаза не отводят не на мгновение. Другие мужчины бы схватились за телефоны, начали бы названивать кому-нибудь, обсуждать какие-то свои рабочие дела, но эти же… смотрят и смотрят. Может и правда голодные? Тогда чего резину тянут? Быстро «поели» бы, и спать. К чему эти цветы, ресторан?

Что-то я уже запуталась в наших отношениях.

Или это игры такие? Типа порадуй своего питомца?

Кое-как сдерживаюсь, чтобы не хмыкнуть на собственные циничные мысли, и делаю вид, что меня интересует пейзаж за окном. Правда, смотреть там особо не на что — дорога, фонари, другие машины, дома, витрины, немногочисленные прохожие, спешащие по своим делам. На улице все же уже девять вечера.

— Женя, как у тебя день прошел? — слышу я неожиданный вопрос от Крида.

Поворачиваю голову и смотрю на пришельца с удивлением. В голову приходит сразу несколько вопросов: зачем он спросил? Неужели всерьез интересуют мои дела? Или это стандартный вопрос, который задают для того, чтобы развеять тишину?

Неуверенно пожимаю плечами.

— Как обычно.

— Как обычно плохо, или как обычно хорошо? — от пристального взгляда мага, хочется куда-нибудь спрятаться.

Вообще-то я не привыкла особо жаловаться на свои проблемы. И всегда старалась решать все сама. А сейчас… сейчас мне почему-то захотелось попробовать рассказать… Вдруг они мне помогут? Это же не для меня, а для брата.

— У меня возникла небольшая проблема, — прочистив голос, начинаю я, и тут же вижу, как внимательно смотрят на меня оба мужчин, даже как-то неловко становится на мгновение, но вспомнив про брата, я одергиваю себя и продолжаю: — Хотела договориться на стоматолога для брата, объехала несколько клиник, но мне почему-то все отказывают.

Оба мага приподнимают брови от удивления.

— И чем мотивируют свой отказ? — этот вопрос задает Орант.

— У него аутизм, и они боятся ответственности, — с усилием выдыхаю я, и зачем-то начинаю оправдывать неизвестных мне людей. — Видимо думают, что причинят брату какой-то вред. Ну или считают его почти ребенком…

В конце мой голос становится совсем тихим, и неуверенным, потому что я вижу, как начинают светиться глаза у обоих пришельцев. Такое ощущение, будто они чем-то разгневаны… Или мне это кажется?

— Сейчас ты скажешь адреса клиник, в которых сегодня побывала, и где тебе отказали в помощи, — не скрывая злости в голосе говорит мне Орант. — А завтра мы съездим в одну